Rambler's Top100 Service

Региональные элиты всегда предпочитали дружить с Центром

Заместитель генерального директора «Центра политических технологий»
5 апреля 2006

О процессах федерализации, происходящих в России, рассказывает Алексей Макаркин, заместитель генерального директора "Центра политических технологий".

 

- Какова Ваша оценка процессов федерализации, происходящих в России в настоящее время, те проекты, которые связаны с федеративной политикой президента, взаимоотношениями Центра и регионов?

 

- В этих вопросах на сегодняшний день идет перетягивание каната: перетягивание полномочий между Центром и регионами, внутри самих регионов между центрами влияния в них, между губернаторами, мэрами.

 

- Какие, на Ваш взгляд, регионы в большей степени сопротивляются этой властной вертикали?

 

- Сейчас никто открыто сопротивляться не будет. В регионах люди понятливые. Региональные элиты всегда, даже тогда, когда была очень слабая власть, во второй половине 90-х годов, избирая губернаторами коммунистов, требовали от них договариваться с Центром. Региональные элиты говорили губернаторам - извольте дружить с федеральным Центром, извольте договариваться с кем угодно, например, с Чубайсом, который тогда занимал ключевое положение в правительстве, нас не интересуют ваши политические взгляды, вы должны договариваться. Сейчас тоже никто не будет оказывать сопротивление федерализации. Но это процесс сложный, противоречивый. В значительной степени он связан с усилением влияния федерального Центра на принятие решений. И факт изменения порядка формирования губернаторского корпуса - очень хороший пример этому. Какие-либо процессы, связанные с недовольством регионов, на самом деле ведутся подковерно, никто не хочет подставлять себя и свой регион.

 

- А если взять в качестве примера Якутию, там же это превратилось, по сути, в публичное противостояние какой-то части региональной элиты Центру.

 

- В Якутии сложнее, там алмазы и это борьба за контроль над компанией "АЛРОСА". Но я думаю, что здесь речь не идет о том, что кто-то противопоставил себя Центру. Я думаю, что речь идет о конкуренции за контроль над конкретной компанией, и якуты также апеллируют к Центру за поддержкой. Они не поднимают флага сепаратизма, наоборот, они стремятся подчеркнуть, что являются сторонниками сильного государства, у них просто несколько другой подход, в том числе и к проблемам компании.

 

- То есть, на самом деле, все споры вокруг Якутии - это попытка использовать национальный или этнический фактор для решения вопросов собственности?

 

- Я считаю, что сейчас гораздо более остро стоит вопрос в Адыгее, чем в Якутии. В Якутии - вялотекущий процесс, он тянется уже достаточно долго. Это началось еще со времен отставки Николаева, прихода Штырова, неоднократных смен руководства "АЛРОСЫ". В общем, вялотекущая конкуренция, причем много вопросов там решается на аппаратном уровне. То, что федеральному Центру удалось провести Ничипорука на пост главы "АЛРОСЫ" - это для федерального Центра значит очень многое. Но, разумеется, действие рождает противодействие. Другое дело, что вся эта активность осуществляется в рамках той системы, которая задана Кремлем. И все игроки, по сути дела, обращаются к высшему руководству страны, к Кремлю в качестве суперарбитра, то есть и те люди, которые в Центре, и те люди, которые в республике. Вот в этом, может быть, и состоит отличие от 90-х годов, когда арбитраж Центра далеко не всегда признавался. Центр был слабым. Но даже в то время к некоему системному конфликту с Центром практически никто из региональных вождей, может быть, кроме руководителя Республики Ичкерия, не был готов, а сейчас не готов тем более.

 

- А что вы имели в виду, когда говорили об Адыгее?

 

- В Адыгее сейчас сложная внутренняя ситуация. Там огромные проблемы в отношениях между президентом и значительной частью политического класса. Большие ожидания были связаны с фигурой Совмена, который как успешный человек сможет создать вторую Чукотку, как Абрамович. Но дело в том, что на Чукотке и ситуация совершенно другая, она спокойнее, там отсутствует национальная проблематика, по сути дела, она там существует исключительно в культурно-этнографических формах. Здесь же Северный Кавказ, эмоций значительно больше, ставки значительно выше. Совмен оказался человеком, у которого просто не нашлось достаточной опоры в республике. Соответственно, были завышенные ожидания, соответственно, усилилась элитная борьба внутри республики. Но опять-таки здесь все стороны - равно как это было и в Осетии, когда оппозиция пыталась свергнуть Дзасохова, как и в Карачаево-Черкесии, где было столкновение нынешней власти и бывшей власти, которая сейчас оппозицией стала - рассматривают Центр как суперарбитра, везде они апеллируют к Центру. Везде они, даже самые завзятые оппозиционеры, взывают к Центру: государь, обрати внимание, разберись, пошли своих представителей, что же творится и так далее. Все приняли эти правила игры, все рассматривают Центр как суперарбитра.

 

- Но если смотрят на Центр как на суперарбитра, то как можно объяснить, что поручения В.Путина принять меры по защите государственной собственности в алмазно-бриллиантовой сфере, данные им несколько лет назад, до сегодняшнего дня так и не выполнены?

 

- С наскока нельзя это все решать, поэтому решается поэтапно. Поэтому Центр пошел по другому пути. Кстати, вспомните, как долго Газпром собирает свои активы, которые в 90-е годы ушли, во многом через тех управленцев, которые работали в этой компании в тот период. Собирание активов шло разными методами. Где-то это были очень резкие меры, как, допустим, в ситуации с 'СИБУРом', где-то это было так, что СМИ даже не заметили. Этот процесс продолжается и сейчас, хотя уже столько времени прошло. Нельзя размахивать саблей, когда речь идет, во-первых, о национальных республиках, а во-вторых, о крупных хозяйствующих субъектах, и это очень хорошо понимает Центр. Поэтому и пошли по пути инкорпорирования менеджеров, которые представляют интересы Центра, и после этого, постепенно, Центр будет добиваться развития событий в своих интересах.

Загружается, подождите...
0