Rambler's Top100 Service

В регионах, не задетых новой экономикой, разыгрывается драма полного опустынивания

член Общественной палаты РФ, заведующий кафедрой гуманитарных дисциплин Академии народного хозяйства при Правительстве РФ, доктор искусствоведения
5 декабря 2006

Вячеслав Глазычев, член Общественной палаты, президент Межрегионального общественного фонда 'Институт города', рассказывает об экономической ситуации, сложившейся в неблагополучных российских регионах.

 

- Событие, произошедшее 2 декабря в селе Прямухино Тверской области, всколыхнуло общественное мнение - в своем доме сгорела семья священника, по основной версии дом подожгли местные пьяницы, которые не раз пытались ограбить дом. Насколько серьезно стоит проблема пьянства в регионах, что происходит вообще сейчас в глубинке?

 

- Эта глубинка очень разная. В зоне влияния средне-здоровых городов, даже маленьких - будь то Урюпинск или Уржум - глубинка живет если не идеально, то вполне сносно, поскольку там есть рынок сбыта и деятельное отношение к жизни. В периферийных зонах, не задетых всерьез новой экономикой, где старая экономика исходно была убыточная, и выжить на ней невозможно, мы имеем драму полного опустынивания, остановить которую уже нельзя. Фактически, есть три типа. Первый тип - это когда бывшие деревни потихоньку выкупаются людьми из Москвы, Петербурга, Самары и так далее, и переходят в жанр дачных поселков. Это наилучшая из возможных схем, и сохраняющееся здесь население достаточно деятельно - поставляет молоко, огурцы и так далее. Но такая схема бывает только в привлекательных местах с хорошей доступностью. Такое удаленное место как Чекалин (Лихвин), которое находится в западной части Тульской области, ближе к Калуге, крошечный город на тысячу с небольшим жителей, фактически является неофициальным летним заповедником, куда привозят детей из Москвы и Петербурга. Это вполне здоровое место. Там, где и этого нет, например в значительной части Костромской губернии, Псковской губернии, при жизни удерживается только то, что связано или с грибно-ягодным хозяйством, если есть выход на трассу, или с охотничье-рыболовным хозяйством. То есть, это тоже неофициальная рекреационная зона, которая существует достаточно сносно.

А там, где нет ни связки с крупными городами, ни хорошей транспортной доступности, простирается зона того, что почти официально социологами называется 'пьющие деревни'. Это абсолютно деградированная среда, которая не терпит ничего инородного, попытки завести хозяйство, как правило, кончаются поджогами, а иногда и хуже. Это зоны полной деградации, черные дыры, где нужна психологическая МЧС, которой нет. Я бы не стал торопиться с выводами по трагическому случаю в Тверской области, мы не знаем точно, что там произошло, и причин может быть много. Но еще четыре года назад мы в экспедициях уже наталкивались на такие зоны, где люди заняты срезанием проводов в надежде, что в них нет тока, для их продажи, вытаскиванием из домов всего, что можно утащить, включая и воровство у таких же нищих, как они. Это действительно зоны полной деградации, процентно-пропорционально таких людей не очень много, это не какая-то национально весомая когорта. Но рассеянность почти по всей территории страны создает эффект очень сильного психологического присутствия.

 

- Как местные власти борются с этой проблемой?

 

- Власти не могут с этим бороться, у них для этого нет ни средств, ни квалификации. Моделей борьбы сколько угодно, но эти модели предполагают сильное задействование неправительственных организаций, потому что только они, а не чиновные и не казенные структуры в состоянии работать с людьми такого типа. А для этого нужно их вычленять, нужно их трактовать как партнера власти, нужно финансировать эту деятельность. Пытаться решить проблему казенными средствами - это пустое дело. Чтобы у властей появилась возможность борьбы с проблемой, нужно всего-навсего изменить налоговый кодекс, потому что сейчас действует схема, по которой местное самоуправление не имеет никаких средств даже на поддержание того, что у них есть в городах, в центрах. Смешно здесь рассчитывать на что-то другое. Тут может работать только волонтерская деятельность, и она иногда работает. В Архангельской губернии один героический человек вел такую работу, пытаясь удержать совершенно проваливающиеся деревни. Но это энергетика одного человека и двух-трех последователей. Превратить это в движение теоретически можно, но затратить на это нужно огромный объем сил, понимания и средств.

 

Беседовала Юлия Дмитриенко
Загружается, подождите...
0