Rambler's Top100 Service

Кандидатский словарь

политолог, доцент Российского государственного гуманитарного университета (РГГУ)
24 января 2008

- Как Вы восприняли речь, с которой выступил кандидат в президенты Дмитрий Медведев на Гражданском форуме?

 

- Пока еще, мне кажется, это лишь одна из первых попыток Медведева нащупать свое собственное лицо и свою собственную уникальную политическую интонацию.

 

- Она прозвучала?

 

- Она фиксировалась. Многие комментаторы, которых я видел, фиксировались на отличиях в стилистике и в риторике Медведева и Путина. Естественно, это многих интересовало. Конечно, содержательные отличия было бы искать бессмысленно, их не было, но стилистика рассуждений и логика была действительно во многом другая. Если Путин говорит языком парадоксов, то Медведев пытается убедить.

Другое дело, что пока, мне кажется, Медведеву мучительно не хватает языка, не хватает лексики. Именно с этим связано то, что он разные вещи называет одними и теми же словами. Слово 'развитие' в его выступлении прозвучало запредельное количество раз, во всех мыслимых и немыслимых комбинациях. То есть, ему еще только предстоит найти какие-то свои ударные слова, свои формулы, которые будут ассоциироваться с ним и только с ним. Потому что он не может просто взять и шпарить по путинскому словарю.

 

- Есть ли у Вас замечания по самой программе, которую он озвучил?

 

- Он создал интригу, сказав, что свое мнение по поводу Стратегии развития до 2020 года он выскажет в следующий раз, как-то особенно и отдельно. Но мы и стратегии самой не видели, она еще только сводится в МЭРТе. Хотя, судя по всему, это какой-то очень важный документ. Для меня главным была именно ставка Медведева на эту Стратегию социально-экономического развития, на то, что он идет не как 'я, Медведев', а он идет как некий оператор некоей долгосрочной программы, разумеется, вытекающей из того, что принято называть Планом Путина, то есть, некоего набора идеологем, которым пользуется президент Путин, но во многом являющихся инструментами, методами и проектами ее реализации.

 

- Медведев произнес эту программную речь именно на Гражданском форуме, и в его речи очень часто звучали такие слова как 'гражданский диалог', 'гражданское общество'.

 

- Это связано с одной проблемой Медведева, заключающейся в том, что на самом деле он внепартийный кандидат. Тот факт, что он выдвинут четырьмя партиями, это, с одной стороны, расширило базу его поддержки, она шире, чем база поддержки, например, 'Единой России', а с другой стороны, и сузило. Потому что не очень понятно, как, например, партия 'Единая Россия' будет агитировать за Медведева, когда их довольно жесткий конкурент, партия 'Справедливая Россия', тоже его выдвинула. Они только что осенью друг с другом яростно спорили, а сейчас наперебой будут агитировать за Медведева. Это выглядит странно.

Поэтому у Медведева возникает некий дефицит легитимных коммуникаторов, которые могли бы полноправно от его имени призывать людей за него голосовать. И он, находясь в поиске таких коммуникаторов, в поиске сообщества, которое могло бы взять на себя роль таких коммуникаторов, обратился, что вполне естественно, к гражданскому обществу, к третьему сектору, то есть ко всему тому конгломерату совокупности некоммерческих и гражданских организаций, которые были представлены на Гражданском форуме.

 

- Следует ли ожидать, что тезис развития гражданского общества будет поддержан?

 

- Пока здесь видна идеология, но не видно методологии, то есть, не видно, что предметно означает установка на развитие гражданского общества. Та политика развития гражданского общества, которую мы видели в последние годы путинского правления, это политика во многом навязывания бюрократии необходимости диалога с гражданским обществом, когда министерства и ведомства заставляли создавать при себе общественные советы, регионы заставляли создавать при себе общественные палаты, заставляли проводить общественную экспертизу тех или иных законопроектов, бюджетов и так далее. И основной линией было инкорпорирование, интеграция гражданских институтов в большой процесс управления страной. Пока не ясно, будет ли продолжена эта линия, хотя, с моей точки зрения, ее потенциал во многом уже просто исчерпан, то есть, нельзя все время стоять с дубинкой над чиновником и говорить ему: ты обязан вести диалог с гражданским обществом, а не то тебя будут бить.

Возможно, само это общество должно стать объектом какой-то сознательной и осмысленной политики, как ни рискован такой путь. Мы же видим, какой визг стоит по поводу нового закона об НКО уже не первый год. Тем не менее, это была попытка хоть как-то обозначить политику в этой области.

 

- Было ли неожиданностью то, что Медведев поднял тему коррупции и сказал о том, что нужно придать этому вопросу статус национального проекта?

 

- Я думаю, что Медведев инстинктивно чувствует некую уязвимость своей кандидатуры как политика с недостаточно жестким имиджем. И, естественно, он стремится к тому, чтобы показать своим избирателям и элите, что он готов на самые крутые, самые жесткие меры и шаги. И я думаю, что антикоррупционная тема для него, как для юриста, как для специалиста по госуправлению, пожалуй, наиболее выигрышна. То есть, если ему удается заявить себя сильным игроком на этом поле, то это снимет значительную часть проблем в его президентской кампании.

 

- А такие слова как свобода слова, демократия, свобода информационного потока - это тоже часть имиджа?

 

- Это как раз не отличает и не выделяет его никоим образом от Путина, Путин тоже все время об этом говорит. Другое дело, что возникает некое ощущение, что у Медведева пока нет понимания неизбежности использования жестких инструментов. По этой речи у меня возникло ощущение, что ему кажется, что для реализации задачи построения демократии, свободы, многопартийности и так далее, достаточно проводить мягкую политику невмешательства, достаточно просто ограничить и минимизировать влияние и давление власти.

Сейчас все понимают, что это ошибочная стратегия, что исключение государства не приводит к тому, что на освобожденном месте расцветает свобода, но приводит к тому, что там расцветает какая-то совершенно другая, уже никем не контролируемая штуковина. Исключение государства из сферы регулирования отношений собственности не привело к бурному развитию частной собственности, а привело к бурному развитию рейдерства, неконтролируемому черному переделу. То есть, либеральные меры привели к заведомо антилиберальным последствиям. И это то, что приходит с опытом: понимание необходимого и достаточного места государства в реализации тех задач, которые он сам перед собой ставит.

 

- Что последует за этой первой программной речью? Остались ли у Вас вопросы, на которые Вы не услышали ответа в этой речи Медведева?

 

- Как гражданин я могу лишь сказать о том, какие вопросы меня волнуют, и на чем, с моей точки зрения, необходимо сконцентрироваться сегодня кандидату в президенты. Мне кажется, что одним из центральных вопросов в рамке стратегии развития до 2020 года, если уж сам Медведев избрал эту рамку для себя, является, конечно, вопрос кадрового потенциала страны. То есть, тот факт, что мы после 2010 года проваливаемся сразу в две демографические ямы: одна - это старое эхо Второй Мировой войны, а вторая - это перестроечная. Тем, кто родился в 90-м году, в 2010-м будет по 20 лет. Понятно, что их и тех, кто родился в последующие годы, чуть ли не в два раза меньше, чем тех, кто рождался несколькими годами раньше. Следовательно, у нас возникает резкий дефицит кадров и резкий дефицит ресурсов во всех ключевых отраслях, а у нас уже с этим проблемы.

И вот они сейчас в МЭРТе радостно расписывают то, как они будут развивать промышленный потенциал, строить новые заводы. Сейчас новый алюминиевый завод строится возле Богучанской ГЭС, но кто на них будет работать? Или мы будем поездами китайцев завозить? А как мы тогда будем строить межнациональный мир у нас в стране, если у нас даже сейчас, при нынешнем ничтожном уровне трудовой миграции, уже искрит, не Кондопога - так Ставрополь. Что нам делать в этой ситуации и как нам наиболее рационально организовать наш сужающийся, сжимающийся кадровый потенциал в сравнительно короткой перспективе, 3-5 лет, это вопрос, на которой я бы хотел получить ответ у Медведева.

Загружается, подождите...
0