Rambler's Top100 Service

"Штаты 2008" - штаты новых интеллектуалов

шеф-редактор "Русского журнала"
29 января 2008

- Открылся новый проект "Русского журнала" - "Штаты/ States -2008". Какую миссию он призван выполнить?

 

- Действительно, открылся проект "Штаты/ States -2008". Игра заключается в том, что, во-первых, слово штаты означает не только Соединенные Штаты, но и штаты как человеческий потенциал. Нам нужен новый потенциал, нам нужны новые люди, способные что-то осмысливать, обсуждать на том уровне, на котором это делают американцы, относительно своих политических проблем.

У нас в стране никто толком не знает, кто каких экономических взглядов придерживается, и представления об этом очень смутные, в том числе и у меня. У меня есть какие-то симпатии, антипатии к тем или иным экономическим школам, концепциям, людям, так или иначе соотнесенные с моими собственными социально-классовыми интересами. Тем не менее, надо прямо сказать, что до уровня хорошей рефлексии и понимания того, к каким интеллектуальным истокам восходит мое собственное воззрение, у меня нет.

А это необходимая вещь. Это необходимая вещь для западной культуры, к которой мы все-таки себя относим. Я не хочу сказать, что мы относимся к европейской культуре, я не являюсь сторонником концепции "Россия есть Европа", но то, что мы относимся к западной культуре в широком смысле слова, это так. К западной культуре относятся и Соединенные Штаты, и Новая Зеландия, и Австралия.

Но для того, чтобы в полной степени быть её членами, участниками, мы должны обладать некоторым уровнем самоосмысления, которым обладает нормальный западный человек, участник общественной жизни, сознающий и понимающий, почему он думает то, что он думает, способный объяснить и выложить все основания своих собственных мыслей, предъявить их, для того, чтобы внятно и осмысленно участвовать в любом серьезном интеллектуальном разговоре.

Большая часть нашей дискуссии - это либо эмоциональные выкрики, связанные с ситуативной реакцией на события, либо очень прагматически обусловленное выражение точек зрения, связанное, как правило, с занятием той или иной должности или какого-то места в той или иной корпорации.

Поэтому "Штаты 2008" - это штаты новых интеллектуалов. И одна из наших задач - пробудить новое более глубокое интеллектуальное сознание.

Второе значение названия сайта - это state , что означает и "государство". То есть, это отсылка не просто к Соединенным Штатам, а к государствам всего мира.

Я думаю, что в результате этих выборов, в результате очень значимого 2008-го года, изменится не только одна страна, сменится власть в России, в США, но и произойдут серьезные изменения всего мирового расклада.

 

- Расскажите детальнее, чем проект будет отличаться от других сайтов, пишущих о внешней политике.


- Во-первых, в стране нет специализированного сайта, посвященного Соединенным Штатам Америки, способного живо и интересно подавать информацию про эту страну. Интерес к Соединенным Штатам вызван потому, что происходящее в этой стране имеет огромное значение для всего мира. Несмотря на все проблемы, которые есть в США, эта страна по-прежнему является сверхдержавой, лидером современного мира. Поэтому та повестка дня, которая там существует, так или иначе оказывается актуальной не только для самой Америки, но и для других стран. Это первое важное обстоятельство.

Второе - в России общественная жизнь скукожилась даже не столько до прагматических проблем власти, политики, сколько до неких межклановых столкновений. То есть, широкая общественная дискуссия, вне зависимости от того, к каким выводам она может прийти, не несет в себе той необходимой остроты и интереса, которую должна нести дискуссия в современном мире.

В Америке дело обстоит совершенно по-другому. К ней можно относиться как угодно. К выборам в США тоже можно относиться как угодно, там у них свои проблемы, и не следует представлять их выборы исключительно в розовом цвете. Тем не менее, чуть ли не каждый день - американские выборы, праймериз, и наш сайт в какой-то степени приурочен к выборному году в Соединенных Штатах, выплескивает на страницы газет, блогов, интернет-сайтов веер дискуссий по важнейшим вопросам современной жизни.

Мы даже не очень хорошо себе представляем объём спектра мнений по поводу этих вопросов. Например, вопрос глобального потепления. Может быть, мы представляем, что в Америке есть люди, которые выступают за Киотский протокол, за регулирование экономики в связи с глобальным потеплением, но мы не очень хорошо представляем их аргументы, мы не очень хорошо представляем, что стоит за их позицией по тем или иным вопросам.

Безусловно, экономическая тема сейчас центральная вообще для мира. Естественно, эта проблема в наибольшей степени рассматривается именно в Америке, в стране, которая является лидером глобальной экономики. Можно спорить, дискутировать, до какой степени она является международным лидером и сохраняет свое лидерство, тут есть разные точки зрения. Но трудно спорить с тем, что она является лидером в глобальной экономике, что она по-прежнему сохраняет свое первенствующее место в экономическом раскладе мирового капитализма.

Мы не очень хорошо представляем себе те экономические школы, которые сейчас сталкиваются в Соединенных Штатах. Уже сейчас возникает ощущение, что все 90-е годы мы жили в каком-то полусумраке, мы говорили о монетаризме, не очень интересуясь, каковы предпосылки монетаризма, какое место, удельный вес сам монетаризм как экономическая школа занимает в контексте американской политики, и какие существуют альтернативные школы. Мы не очень хорошо представляем себе американский либерализм как экономическую и как политическую школу: что это такое, какова его эволюция, какова его история.

Между тем, пытаясь что-то копировать, - а бессознательное копирование американских идеологических, политических и других образцов происходит постоянно, - мы наталкиваемся на проблему непонимания интеллектуальных предпосылок того, что мы копируем.

Это внешнеполитическая тема, но она важна сама по себе. У нас на сайте будет отдельная рубрика, посвященная внешнеполитическим аспектам. Безусловно, она является важнейшей, потому что Америка в военном отношении - крупнейшая держава. Но дело не только в этом.

Выбирая для себя те или иные ярлыки для самообозначения, у нас появляются люди, которые называют себя неоконами, либерторианцами и так далее, опять же, копируя Америку. Однако они не очень хорошо себе представляют, что на самом деле стоит за внешнеполитическими аспектами той или иной американской политической мысли.

Но сайт был бы не так интересен, не так важен, если бы мы не пытались рассмотреть через Америку то, что сейчас происходит в мире: серию важнейших переломов. Можно назвать десяток таких переломных моментов. Эти выборы в концентрированном виде сейчас проявляют те сложные кризисные точки, вокруг которых происходит развитие современного мира.

Конкретизирую. Самое очевидное: имперская модель мира, основанная на однополярном, одностороннем подходе, не срабатывает. Видно, что Соединенные Штаты в одиночку слабо способны контролировать происходящие кризисные события в разных регионах мира. Значит, возникает какая-то новая модель миропорядка. Какой будет эта модель, сложно сказать.

Каждый из кандидатов в президенты США, находясь в очень сложных, заданных американской политической традицией идеологических рамках, пытается вынырнуть из этой ситуации, пытается предложить своё видение миропорядка в той ситуации, когда американское общественное мнение поддерживает одну точку зрения и не поддерживает другую.

Видно, что неоконсерватизм, который при Буше расцвел и сыграл значительную роль в войне в Ираке, пытается ухватиться за каких-то отдельных кандидатов, чтобы эта идеология не ушла с Бушем. Новый кандидат, республиканец или, возможно, демократ, пытается схватиться за это.

Отношения с Россией здесь тоже очень важны. Не все говорят об этом открыто, но все кандидаты так или иначе определяют свою позицию относительно России: что с ней делать, как реагировать на неё. Вопрос о Китае тоже, естественно, возникает. Это первый, самый внешний слой перелома, который есть.

Второй слой более фундаментальный, связанный с экономикой. На глазах происходит "полевение" Америки. С рейгановских времен государственное участие в экономике попиралось, считалось, что государство должно уйти из экономики. А сейчас все больше возникает мнений о том, что сама Америка страдает от отсутствия протекционизма, как по отношению к собственному производству, так и по отношению к собственной рабочей силе. Поэтому возникает, с одной стороны, левый подход, но с другой стороны, это явно подход не интернационалистский. Постоянно муссируется идея экономического национализма: Америка должна если не закрыться, то, по крайней мере, четко обозначить свои приоритеты в плане защиты своего производства. Все-таки аутсорсинг собственного индустриального производства в третий мир приводит к тому, что Америка живет за счет импорта. Она экспортирует доллар, она экспортирует свои финансовые обязательства перед всем миром и оказывается неспособной поддержать их никаким реальным производством. Это проблема важнейшая, центральная.

Если сейчас Америка, несмотря на все подписанные ею международные соглашения, жестко станет на защите своего собственного работника, это "взломает" всю ситуацию в мире. Произойдет примерно то, что когда-то известный английский ученый-экономист Карл Полани назвал великой трансформацией. В середине 19-го века свободный рынок фактически надломился, и пришла эпоха протекционистских индустриальных экономических режимов. Это бисмарковский режим, американский режим, в какой-то степени советский режим. Конечно, это эпоха более взрывоопасная, более жесткая и лишенная тех амортизаторов по отношению к взрывному потенциалу агрессии, который есть в мире и который существует в эпохе свободного рынка. Это, конечно, важнейший перелом.

Но и он не является последним переломом, он не является финалом всего происходящего, потому что за ним стоит другое. За ним стоит перелом уже моральный, ценностный. В Америке его называют культурный, а можно сказать - религиозный. Это перелом, связанный с уходом от христианской традиционной ценностной системы. С одной стороны, неоконсерваторы пытаются сохранить для себя это внешнеполитическое лидерство. Ровно так же пытаются это сделать консерваторы, они называют себя социальными консерваторами - люди, которые хотят возвращения христианской традиционной Америки, которые борются против права женщины на аборт, против легализации однополых браков, против преподавания дарвинизма в школах, и так далее. В наибольшей степени выражает их точку зрения Майк Хакаби, бывший баптистский пастор.

Тут уже идет борьба внутри республиканской партии, потому что мэйнстрим республиканцев совершенно не хочет никаких консерваторов, он хочет выдвинуть фигуры, жесткие во внешнеполитическом отношении, но довольно умеренные во внутриполитическом отношении, то есть, совершенно лишённые социально-консервативного пафоса. И эта борьба очень напряженная.

А в это время есть еще и либеральное крыло, которое продвигает свою повестку дня. Например, феминизм - это тема, которая очень значима для того электората, который поддерживает как Барака Обаму, так и Хилари Клинтон.

Религиозный вопрос еще обостряется тем, что появляются фигуры, не являющиеся христианами в чисто ортодоксальном смысле этого слова. Это фигуры, представляющие мормонов, религию, которая формально себя называет христианской, но которую большая часть христиан христианской не признает. Это религия, которая не признает бога в качестве творца мира, и там есть масса чисто догматических отличий от христианства, хотя они сами называют себя церковью Иисуса Христа.

Одновременно на этих выборах неожиданно возник расовый вопрос и гендерный вопрос. Мы видим, что у демократов в запасе есть среди основных лидеров и женщина, выступающая в качестве кандидата в президенты, и человек, наполовину принадлежащий к афроамериканцам, - Барак Обама. Это тоже проблема. И оказалось, что это проблема реальная. Даже чета Клинтонов намекает: мы, конечно, стопроцентно выступаем за права чернокожего населения, но при этом все-таки лучше, чтобы президентом был белый.

Возможно, мы присутствуем при уникальном событии. Американские праймериз нам позволяют увидеть строение если не всего нашего мира, то всей современной эпохи. Может быть, нет более центрального события для всего мира, чем эта президентская гонка в США.

Для того, чтобы что-то осмысленно обсуждать здесь у нас в России, чтобы занимать те или иные позиции по вопросам культурным, экономическим и внешнеполитическим, отвлекаться от контента, который предлагают нам эти выборы, было бы самонадеянно и глупо. И, конечно, это сильно обедняет нашу собственную интеллектуальную палитру, которая, честно говоря, и без того скудная.

Нельзя сказать, что мы должны принять участие в этой дискуссии, в конце концов - это не наше дело. Но мы должны приглядеться к ней, чтобы увидеть, что в конечном счете сейчас происходит в мире. А в мире происходит масса сдвигов.

Это банальная фраза, но эти праймериз и сами выборы являются уникальным событием и для Америки. С 1928 года не было такой ситуации, когда в выборах не участвовал бы ни действующий президент, ни действующий вице-президент, по крайней мере, в праймериз. Были случаи, когда выдвинувшийся экс-президент не доходил до генеральных выборов. Но то, что экс-президент не участвует даже в праймериз, происходит впервые.

То есть, эта относительная неопределенность является некоторым символом той неопределенности, которая стоит перед нашим миром. Куда он двинется после того, как не сработают очевидные ответы на вопросы о том, что такое развитие и что такое прогресс, на вопросы об открытости рынка, глобализации, империи, неполярный мир, и так далее. И действительно выбор оказывается непредрешён, как для американского народа, так и для всего человечества.

 

0