Kreml.org | "Ни Саакашвили, ни Ющенко "домашнего задания" не выполнили"

Упор на российскую составляющую был во второй день саммита, когда приехал Путин, и вместе с лидерами стран НАТО они обсуждали вопросы взаимодействия России и североатлантического альянса. Что касается принятия в НАТО Украины и Грузии, то в этой ситуации можно увидеть две составляющие. С одной стороны, лидеры НАТО, безусловно, подыграли нашему президенту, чтобы не ставить его в сложное положение, чтобы не ставить его перед свершившимся фактом. Вопрос отложили до следующего заседания. Когда это случится и случится ли вообще не важно. На этом заседании этот вопрос был снят, и тем самым на Путина ничего не давило. Это хорошо. Но надо понимать, что решение вряд ли было продиктовано только лишь желанием немножко подбодрить Россию. Ни Саакашвили, ни Ющенко "домашнего задания" не выполнили. Ющенко не смог убедить своих соотечественников, что надо вступать в НАТО, и большинство граждан Украины выступает против этого. И со стороны НАТО было бы безответственно не реагировать на это, идти напролом и приглашать Украину, чтобы она начинала процесс присоединения. Что касается Грузии, то все понимают, что стране, имеющей два таких серьезных конфликта, как Абхазия и Южная Осетия, в НАТО делать нечего. И Саакашвили, видимо, то ли преувеличил свои возможности, то ли чего-то не доработал. Допустим, с Аджарией он разобрался, но с Абхазией и Южной Осетией конфликт не урегулировал. И поэтому ему дали ещё время для того, чтобы он в ходе консультаций чётче сформулировал подходы к решению этих проблем. Он может либо вообще отказаться от Абхазии, сказать - да и чёрт с ними, не хотят, пусть живут, как хотят. Тем самым он облегчит своё существование и вхождение в НАТО, хотя грузины ему не простят этого. Он может еще что-нибудь предложить, но он должен разобраться с этими конфликтами, без этого Грузию в НАТО не возьмут. Поэтому на саммите в Бухаресте произошло совпадение, как ни странно, интересов России и большинства стран - членов НАТО, что с этими вопросами не надо пережимать и не надо форсировать их решение.

Как Вы оцениваете решение саммита НАТО о присоединении к американской ПРО стран Восточной Европы?

Решение о том, что ПРО становится не чисто американской программой, а НАТОвской программой означает, что Запад перебрасывает нам мостик для сотрудничества в этой области. Дело в том, что Россия активно сотрудничала с НАТО в разработке стратегии противоракетной обороны европейского театра военных действий. Причём, мы вели речь не о ракетах средней дальности, против которых создается американская ПРО, а разрабатывали с НАТО систему обороны от ракет меньшей дальности. Велась проработка подходов, мы говорили о своей технологии, они - о своей. В общем, с НАТО эта проблема обсуждалась. И вдруг на этом саммите получается, что программа противоракетной обороны, нацеленная против террористических пусков, будет теперь НАТОвской. Это значит, что и нам не будет зазорно к ней подсоединяться. Я думаю, что это достаточно хороший ход, который в чём-то снимет для нас остроту проблемы - присоединяться, не присоединяться. Мы уже столько наговорили об этой американской ПРО, что сами себя запугали. Безусловно, и Путин, и Буш уже поняли друг друга, они считают, что действительно нужно создавать общую систему противоракетной обороны против возможных террористических пусков. Даже если произойдет один или два террористических пуска, этого достаточно, чтобы уничтожить город или даже целую страну. И это наша общая задача. Кроме того, задачей России и НАТО является борьба за дальнейшее нераспространение ядерного оружия. Также наша общая задача - борьба против терроризма вообще. Но эти вопросы уже решались не на саммите в Бухаресте, а в ходе переговоров в Сочи между российским и американским президентом.

Относительно встречи в Сочи. Какие цели преследовались, и насколько обеим сторонам удалось к ним приблизиться?

С одной стороны, это последняя встреча Путина в качестве президента России с Бушем и его участие в саммите НАТО. Очень много значило, на какой ноте эта последняя встреча пройдёт: на ноте обострения полемики - и тем самым передать Медведеву эстафету ругани, или на ноте спокойного обсуждения существующих проблем. Вот эта задача была полностью выполнена. Президенты спокойно встретились, обнялись, расцеловались, сфотографировались и что-то начали обсуждать. Еще и Медведев приехал на встречу. Таким образом, получилась как бы передача эстафеты. Это всё очень хорошо. Кроме того, с февраля прошлого года, с "Мюнхенской речи" Путина обострилась международная полемика. Ни к чему хорошему это не вело, потому что ни одна из сторон уступать не собиралась, и никого не пугали ни наши заявления, ни американские заявления. В общем, происходило ухудшение отношений, и это не вело к укреплению безопасности. Наоборот, речь зашла о возвращении в "холодную войну". Можно спорить по деталям, можно спорить по терминологии, но в принципе имелось в виду - мы возвращаемся к плохому состоянию российско-американских отношений, когда начнут работать все критерии и счётчики, показывающие, а какая из сторон чего может. И для нас это было бы более опасно, чем для американцев, потому что мы знаем, чем для Советского Союза закончилась предыдущая "холодная война" - распадом страны. Считать, что Россия в этом отношении здорово отличается от Советского Союза нельзя. И если Россия даст себя вовлечь в гонку вооружений и перенапряжёт свои ресурсы - ей будет угрожать та же самая судьба, что и Советскому Союзу. Поэтому хотя обе стороны цапались, но реальные перспективы каждая из них продемонстрировала. Мне кажется, что начиная с зимы, когда стало ясно, что Путин уходит, никакого третьего срока не будет, что будет избираться новый президент, и даже он назвал того, кто будет избран, произошла своего рода ревизия наших внешнеполитических позиций в сторону сокращения спорных элементов и, наоборот, наращивания сотрудничества.

Можно ли что-нибудь говорить о перспективах российско-американских отношений после смены лидеров в обеих странах?

Я думаю, что в Москве сейчас понимают, особенно новое руководство, что дальнейшее движение России возможно через укрепление связей с Западом. Этого требует не только тот факт, что мы реализуем большую часть своего экспорта на западных рынках и получаем большую часть своих заработков со стороны Запада, и об этом всегда нужно помнить и не забывать, но плюс ещё, существуют две серьезные проблемы. Одна проблема - это западные технологии, западные инвестиции. Медведев не перестаёт говорить о том, что без новых инвестиций и новых технологий мы не поднимем экономику, а это означает, что нужно очень серьёзно думать о том, как эти инвестиции не отпугнуть, чтобы они не ушли в Китай или в Индию, а пришли сюда. А вторая вещь заключается в том, что из всей совокупности возможных партнёров, в принципе, только с Западом, а не с Китаем, Индией, "третьим миром", мы можем построить какую-то устойчивую систему отношений. Потому что есть возможность эту систему положить в какой-то баланс стратегических возможностей. А опыт уже показал, что самая надёжная система совместной безопасности, это та, которая находится в балансе взаимных возможностей. Конечно, Медведеву нужен хороший старт, который бы звучал так - "вперёд, выше, и быстрее". И этот старт может задать только Путин и только вот этой встречей. И я думаю, вот эта комбинация для обеих сторон удалась.