Саммит как презентация Ханты-Мансийска

Алексей Хайтун
руководитель Центра энергетической политики Института Европы РАН, профессор, д.э.н., лауреат Государственной премии СССР
26 Июнь 2008

Завтра открывается саммит Россия - ЕС в Ханты-Мансийске. Почему выбран именно Ханты-Мансийск?

 

Ханты-Мансийск - это столица Ханты-Мансийского округа, который добывает примерно 40% нефти России. Самая богатая нефтяная провинция России и одна из богатейших в мире.

В свое время, когда стали осваивать Сибирь, о Ханты-Мансийске забыли. Там нет рядом нефти, это старинный город, еще со времен Ермака. Расположен он в очень красивом месте. Лет 15 назад там была деревня. Все нефтяные потоки проходили мимо Ханты-Мансийска как города, впрочем, они проходили и мимо округа как такового, корпорации работали напрямую на Центр. По-видимому, так долго продолжаться не могло, тем более что цены на нефть росли.

Филиппенко, который является губернатором Ханты-Мансийского округа, провел большую работу. 10 лет назад на одной конференции мы крупно с ним не поладили. Пользуясь случаем, хочу сказать, что в этом споре прав был он.

Я специалист по экспедиционно-вахтовому методу, считаю, что на Севере нужно работать, а жить нужно южнее. А он собрал большую конференцию по поводу развития Ханты-Мансийска. Я выступил: нужно работать вахтовым методом, а Ханты-Мансийск сокращать. Он очень на меня обиделся и больше на конференции не звал.

А потом, когда конференция кончилась, это была зима, я вышел и пошел по Ханты-Мансийску. Не очень сильный мороз был, градусов 15-17, но он там легко переносится, чистый снег, сосны, здоровенькие ребятишки. Я подумал, что неправ. Но поздно уже было говорить это Филиппенко после того, как я так резко выступил. Там была большая конференция, позвали меня как 'мэтра', а я такую свинью подложил.

Ханты-Мансийск сейчас очень сильно расстроился. Так и надо: это столица административной единицы, как, например, Кувейт. Добывает даже больше, чем Кувейт. И жить они хотят как в Кувейте.

В рамках этого самоутверждения и созывается данная конференция именно в Ханты-Мансийске. Я там не был много лет, но знаю, что он стал очень красивым городом. Там построили большой центр зимнего спорта, аквапарк. А поскольку в ближайшем будущем ожидаются всякие потрясения с нефтедобычей и мировыми ценами, нужно успеть все это показать.

 

Какие вопросы будут поднимать на саммите?

 

Они будут рассказывать, как у них хорошо. Я сейчас делаю тему для одной нефтяной компании относительно государственного стимулирования нефтедобычи. Понимаете, получилось, что громадные деньги проходят через этот округ и Тюменскую область, но почти все уходят в Москву. Такое впечатление, что Москва - нефтяная столица мира. То есть денег на развитие у нефтяных компаний остается мало. Из сферы геологоразведки, инноваций, науки все финансовые ресурсы изымают. Ученые что-то писали, говорили, были приняты законы о льготах для освоения Восточной Сибири.

Спор идет вот о чем: какая должна быть шкала налогообложения - 'плоская' или с учетом себестоимости, тяжести добычи, затрат на освоение и всего прочего. Сначала у нас была плоская шкала: на старых месторождениях был меньше налог, на новых - больше. Но потом, когда пришли ребята-реформаторы, я как раз на эту тему с ними говорил, это было много лет назад: вы же загубите нефтяную промышленность. Они отвечали: мы не можем собрать налоги, они мухлюют. Говорят, например, что нефть у них со старой скважины, и поэтому налоги меньше, а на самом деле - из новых скважин, и проверить невозможно. Я писал: может быть, на сегодняшний день вы и правы, надо спасать экономику страны, переводить ее на рынок. Но тем самым вы отрезаете перспективу развития нефтяной промышленности России на ближайшие 10-15 лет. Это сейчас кричат об освоении шельфов Арктики, а власти тогда казалось, что на их век хватит Саматлора.

А сейчас вдруг оказалось, что некому осваивать эти самые новые месторождения, ни в Сибири, ни в Арктике, ни на шельфах. Геологоразведка уже 20 лет не финансируется, а она отставала и 20 лет назад: в рамках известной поправки Джексона-Вэника было наложено эмбарго на поставку геофизического оборудования. Мы технически остались на уровне 83-го года, потому что у нас не было такого оборудования, как в Америке. Поэтому для геофизики слаба технологическая база.

Геология, в отличие от нефтедобычи, очень рисковая. Если ты нашел месторождение или золотой прииск, то ты богат, купаешься в деньгах, но шанс успеха невелик, поэтому нужно закладывать ресурсы вперед, не рассчитывая на мгновенные доходы. Очень богатые предприниматели на Западе и Ближнем Востоке так и делают, думают, что лет через 10-15 будут всем этим капиталом и результатами поисков владеть. А кто из наших нефтепромышленников уверен даже на 5 лет вперед? Разве, что Ходорковскому дали возможность планировать, он знает, когда выйдет из СИЗО.

Они и не вкладывают. Государственная геология и геофизика? А кто в нашем государстве думает на 15 лет вперед?

 

Кто-то думает, наверное.

 

Из тех людей, которые обладают властью? Я - главный научный сотрудник Института Европы, лауреат Государственной премии, и, как специалист, я говорю, что не знаю ответственных чиновников, которые думает на перспективу развития промышленности нефти и газа на 15 лет. Может, это и правильно, нужно решать текущие проблемы перестройки всего этого механизма. Но, тем не менее, никто не думает.

Ханты-Мансийск пытается привлечь общественное внимание к развитию своего региона. Совсем неплохо, что саммит там собирается, это лучше, чем в Москве. Чем они там будут заниматься, мне мало интересно, уже известно, что сейчас там ничего решать не будут, отложат минимум на год.

Особенность глобальной нефтяной промышленности заключается в том, что все принципиальные решения принимаются за пределами нашей страны. Собирается ОПЕК и решает, или американцы собирают ОПЕК и тоже решают, а мы решать не можем. Потому что у нас себестоимость в три раза, а если с учетом транспорта, то в пять раз выше, чем себестоимость ближневосточной нефти. При нынешних ценах все, что угодно можно прикидывать. А если цены дестабилизируются, пусть даже стабилизируются на нынешнем уровне?

Итак, они: ЕС, и наши государственные деятели, и нефтепромышленники - соберутся, поговорят, похлопают друг другу в ладоши, но главное - они увидят красивый город Ханты-Мансийск и поймут, что наша страна села в Ханты-Мансийском округе надолго. И, второе, они поймут, что не единым Газпромом сильна Россия.

 

В чем заключается стратегия энергетической безопасности, которую мы предлагаем. Каковы наши предложения, что Европу в них не устраивает?

 

Да ничего ее не устраивает. Европе вовсе нет необходимости, чтобы казаки поили коней из Рейна. Наша концепция разработана Газпромом, и она основана на газовом монополизме и на энергетической экспансии. Это политика сверхсильного государства, которое может диктовать.

В частности, мы диктуем и Украине: я сейчас вернулся из Ужгорода, бедные украинцы только и плачут, что наш Газпром их задавил. Это не рыночная концепция, то есть она маскируется рыночными словами, а на самом деле Газпром хочет работать с позиции монопольного снабжения Европы энергетическими ресурсами.

Нефть они получают из разных источников, а с газом тяжелее. Таким образом, наше руководство пытается продлить монополию Газпрома на десятилетия вперед, делается все, чтобы отменить доктрину ЕС о том, что из одного источника не должно поставляться больше 30% энергоресурсов. Ну и кто в Европе с этим согласится? Сейчас ЕС, может быть, и согласится, при таких-то ценах, а дальше - нет. Украина в жизни не примет диктата Газпрома. А это главная страна - транзитер.

Это не экономическое решение - тащить газопроводы, Северобалтийский и по Черному морю, они там плохо лежат, строительство очень дорогое. Поэтому надо искать компромиссы-страны ЕС-Украина-Россия. Поэтому данная встреча будет полезна.

Интересные факты:
Загрузка ...












Европейский форум