Rambler's Top100 Service

"Эстонцам просто было нужно найти повод публично обидеться"

Константин Косачев
Председатель Комитета Гoсдумы по международным делам
1 июля 2008

Состоялся Пятый Всемирный Конгресс финно-угорских народов. Какие вопросы были вынесены на этот конгресс и можно ли говорить о каких-то определенных результатах?

 

Движение - Объединение финно-угорских народов - выстрадано самим временем, поскольку на протяжении десятилетий советской власти эти народы были искусственным образом разъединены, был 'железный занавес'. С этой стороны 'железного занавеса' была, в том числе, Эстония и другие финно-угорские народы Советского Союза, а по ту сторону были венгры и финны. И когда 'железный занавес' исчез, объединение этих народов было очень естественным и желаемым. Первый Конгресс финно-угорских народов прошёл в 1992-м году на территории уже независимой России, он был посвящён вопросам укрепления самобытности и национальной идентичности этих народов, потому что, скажем, в Финляндии или в Венгрии они всегда были титульной нацией, в Эстонии они стали титульной нацией после обретения Эстонией независимости. В России финно-угорские народы по-прежнему остались одними из многочисленных народов Российской Федерации. Каждый из финно-угорских народов имеет свои особенности и несёт в себе определённые вызовы и проблемы. И говорить об этом на общих встречах вполне уместно и перспективно.

Всё было бы хорошо, но, к сожалению, по договоренности конгрессы проводятся раз в 4 года, и появились попытки привнести в формат сотрудничества политику, которая там неуместна. Инициатива, по моим ощущениям, большей частью исходила от эстонцев, это стало очевидно на последнем Конгрессе, который проходил в Таллинне четыре года назад. Там речь шла почти исключительно о том, как хорошо финно-уграм в Эстонии, Финляндии и Венгрии и как им плохо в России. И это нас настораживало уже тогда, потому что, безусловно, нужно способствовать решению проблем самобытности. Но когда искусственным образом наши партнёры пытаются вычленить финно-угорские народы России и представить ситуацию таким образом, что у них есть какие-то особые проблемы, и они особенным образом угнетаются, дискриминируются региональными или федеральными властями, это, конечно же, чистой воды политика. Мы отдаём себе отчёт в том, что финно-угры в России, с точки зрения их экономического и социального положения, живут пока не так хорошо, как, например, финны или венгры в своих государствах. Но сравнивать нужно в данном случае не с тем, как живут финно-угры в той или иной стране, а с тем, как живут в России те или иные народы. И говорить о том, что в России финно-угры как-то особым образом отличаются, с точки зрения своего статуса, от других народов, совершенно точно не приходится. Более того, в федеральном устройстве России большая часть республик - это национальные республики, где компактно проживает финно-угорское население: это и Удмуртия, и Мордовия, это Марий-Эл, это Карелия.

За проявившейся тенденцией политизации мы наблюдали с большой тревогой. Она определённым образом проявилась и на нынешнем Конгрессе в Ханты-Мансийске, и опять с подачи эстонской делегации. Могу добавить, что эстонцы действуют так, пытаясь создать некий контраргумент в противовес известному спору России с Эстонией по поводу положения русскоязычного населения в Эстонии. Такая бесхитростная тактика: вы нас критикуете, а у вас свои проблемы есть. Это крайне опасная ситуация, потому что в том, что касается русскоязычного населения в Эстонии, есть очевидные вещи - например, феномен массового безгражданства. Говорить о чём-то сравнимом в адрес России - по определению невозможно. У финно-угорских народов России есть все возможности для своего саморазвития, сохранения своей самоидентичности: школы, музеи, театры - всё, что нужно для того, чтобы сохранять национальную культуру, язык и традиции.

На последнем Конгрессе был стержневой здоровый элемент обсуждения вопросов укрепления и развития культур различных финно-угорских народов, обмена опытом. Вносились какие-то идеи, дополнительные предложения, и - искусственно была привнесена политика. Президент Эстонии в своём выступлении на открытии Конгресса, к сожалению, допустил весьма двусмысленные формулировки в отношении того, что, дескать, многие финно-угорские народы еще не сделали выбор в пользу демократии и свободы. Понятно, что такого рода призывы к российским финно-угорским народам - с точки зрения межгосударственных отношений - вещь крайне некорректная. Выступая в Ханты-Мансийске, он, на мой взгляд, допускал некорректные выражения, типа: "в Ханты-Мансийске очень трудно говорить о Европе, о европейских ценностях, о европейских идеях".

На следующий день была известная ситуация. Я тоже выступал на Конгрессе. И моё выступление как раз было посвящено тому, что ни в коем случае финно-угорский процесс нельзя политизировать, нельзя делать финно-угорские народы заложниками большой политики, ровно так же, как нельзя делать заложниками политики вообще никакие народы. Судя по всему, полемический задор в эстонской делегации был весьма силён, хотелось конфликта, и этот конфликт по существу был спровоцирован уходом эстонской делегации из зала во время моего выступления. Я потом ещё раз смотрел текст своего выступления, пытался найти там что-то, что могло бы спровоцировать подобного рода резкий демарш. Не нашёл и думаю, что сами эстонцы не нашли. Я видел заявление пресс-секретаря президента Эстонии, где он процитировал мою фразу, которая якобы этот процесс усугубила - при всём желании я не считаю эту фразу достойной того, чтобы предпринимать какие-то демарши. Эту фразу цитируют сами эстонцы. Я говорил о том, что России, в отличие от некоторых других государств на постсоветском пространстве, не нужно изобретать какую-то особую политику по отношению к национальным меньшинствам, потому что у нас в стране разные национальные меньшинства в равной степени чувствуют себя комфортно. Это специфика нашей страны. Я не исключаю, что только Эстония может с такой постановкой вопроса не соглашаться, но совершенно точно не вижу ни в этой фразе, ни в моём выступлении в целом каких бы то ни было неуважительных по отношению к Эстонии выражений. Есть оценки, которые, безусловно, имеют право на существование, с ними можно соглашаться, можно не соглашаться, но, совершенно точно, их нельзя таким образом давить и гасить. Поэтому в моём ощущении эстонцам просто было нужно найти повод публично обидеться, и они его нашли. Что делать? Можно только сожалеть по поводу того, что тенденция политизации финно-угорских встреч усиливается.

0