Rambler's Top100 Service

Россия должна инвестировать в эту территорию

адвокат, к. ю. н., член экспертного совета при комитете по международным делам Совета Федерации ФС РФ
27 августа 2009

Прошел год с момента признания независимости Южной Осетии. Но по-прежнему остается несколько вопросов, которые следовало бы широко и публично обсуждать. Во-первых, это проблема международного признания. Во-вторых, проблема фиксации и расследования преступлений грузинской военщины. И, наконец, проблемы, которые можно отнести к внешнеполитическим.

Что касается признания, я бы не торопился. Это очень сложный процесс, а Южная Осетия может существовать и без признания, нет проблем. Мне кажется - пусть время покажет, год слишком мало для таких процессов как возникновение новых государств или самопровозглашенных территорий. А что касается фиксации преступлений и расследования этих преступлений, вот тут можно было бы ожидать результатов уже через год. При том, что масштаб этих преступлений со стороны грузинской военщины, да и еще неизвестно кого, огромен. Например, СМИ заговорили о том, что Украина не только поставляла оружие в Грузию, а участвовала активнее. И вот это, конечно, требует расследования, и как можно быстрее - предъявления общественности.

В свое время, в интервью радио 'Говорит Москва' я предлагал включить международных наблюдателей в процесс фиксации доказательств совершения преступлений. То есть, если даже так называемое гражданское общество отсутствует или оно пассивно, то некоторые элементы гражданского общества надо включать в такие процессы. И, может быть, в результате этого, если не абсолютно юридические оценки - суд очень трудно, практически невозможно сформировать - но суд общественности мог состояться. Можно было инициировать широкие общественные обсуждения, форумы, конференции, на которых не государственные чиновники и не следователи, а международные наблюдатели, споря друг с другом, предъявляли бы, кто в чем виноват. Этого было бы достаточно для того, чтобы не остались втуне эти преступления, никто не забыл бы эти преступления. А юридический результат в этом смысле мог бы состоять в том, что, возможно, на результате этого международного наблюдения появилась бы инициатива создания специального суда. Прошла бы она, не прошла бы - это уже другой вопрос, но это была бы не сугубо ведомственная, чиновничья инициатива, это была бы гражданская инициатива. Вот это было бы интересно.

Что касается отсутствия юридических результатов следствия - да, тут, мне кажется, надо просто спросить с организаций, которые отвечали за следствие. И если они зафиксировали преступления и расследовали их, то должна возникнуть сложность в том, что юрисдикции нет. Грузинской юрисдикции это не могут передать, потому что не признают ее. Возможно, как вариант, как способ развития этой ситуации - передать эти преступления южноосетинской юрисдикции. И второй вариант - это формирование специального международного суда-трибунала. Только в таком случае эти результаты могут быть конвертированы в пользу.

Что касается внешнеполитического аспекта, мне кажется, что Россия должна инвестировать в эту территорию, чтобы всем было понятно, что это территория, которая заслуживает всякого уважения, и ей точно предстоит развитие, а не деградация и угасание.

Наконец, касательно влияния итогов августовской войны на ситуацию в мире в целом. Здесь важно подчеркнуть, что из этого проектируется не имперское прошлое России а какое-то новое будущее, когда страны и народы, находящиеся в зоне влияния, могут себе позволить присоединиться к России в том или ином варианте. Они не обязательно должны включаться в государственное целое, возможно создать какой-то союз, и тем самым будет обеспечен прогресс. Это и есть отрицание однополярного мира само по себе.

Если не удается одолеть в идеологии и справиться с огромным потоком продуктов центров разработки разного рода новых гуманитарных технологий, то надо предъявлять результаты новых процессов на практике. В том числе, показывать практику этих территорий, которые обретают новый импульс к развитию. Именно это и можно будет демонстрировать всему миру через год, два, три, как пример новой действительности. Вот это и есть отрицание однополярного мира на практике.

Загружается, подождите...
0