Rambler's Top100 Service

"Мы опять вступили в полосу "мертвой зыби"

доктор философских наук, зав.кафедрой общей политологии ГУ 'Высшая школа экономики'
14 Апрель 2011

Какие новые тренды в развитии тандема уже появляются или могут появиться в преддверье выборов?

Этот вопрос тем более становится актуальным, потому что у тандема есть срок, можно сказать, промежуточный финиш. Потому что равно вероятны как шансы на то, что он продолжится в теперешнем формате, теперь уже на 6 лет, но также есть и возможность его переформатирования в обратную сторону, потому что, в общем, понятно, что когда в 2008 году решался вопрос о президентстве, то эта комбинация стала востребованной исключительно благодаря тому, что в нашей Конституции есть ограничение на два срока подряд. Не будь этого ограничения, понятно, что Владимир Путин оставался бы президентом довольно длительный период, потому что оснований менять его в смысле падения уровня поддержки или обострения какой-нибудь социально-политической и социально-экономической ситуации, таких оснований не было. И как показал финансово-экономический кризис, у страны за восьмилетие Путина накопились очень большие внутренние ресурсы, которые позволяют такие кризисы существенно смягчать.

Но сейчас мы вступили опять в полосу, которую я бы назвал мертвой зыбью. Мне этот период напоминает ситуацию 2007-го, когда часть элиты требовала от Путина, чтобы он пренебрег конституционными статьями и оставался, другая часть настаивала на конституционном варианте разрешения этой проблемы. Активно участвовал в этом Запад. Западные эксперты, западные политики считали, что Россия входит в конституционный и политический тупик, что ситуацию мирным, бесконфликтным путем не удастся разрешить. Так что теперь наступает подобное время.

Вы делаете такой вывод, поскольку часть политической элиты вновь выступает на стороне действующего Президента?

Действительно часть элиты выступает на стороне действующего Президента, но при этом еще ведет активную контрпутинскую кампанию, чего не было в 2007 году. Тогда никому в голову не приходило разворачивать некую кампанию против потенциального преемника. Сначала это был Сергей Иванов, затем Дмитрий Медведев. То есть, новизна ситуации в том, что в политической элите сложилось очень четко просматриваемое промедведевское лобби, которое одновременно себя позиционирует как откровенно антипутинское. Вопрос о том, насколько продуктивна эта ситуация, насколько она соответствует тем стандартам демократии, которые в последнее время провозглашаются как невыгодные. Например, одному из таких стандартов, как наличие политической конкуренции. Мне представляется, что действительно появление такой жесткой конкурентной среды на самом высшем уровне, а именно внутри тандема - это такая тенденция, которая может быть рассмотрена и как позитивная, и в то же время как очень опасная. Позитив может состоять в том, что наша политическая система начнет переконфигурироваться под вариант американский. А именно - с наличием двух партий, причем партий именно американского типа, партий, которые не связаны императивным мандатом и которые, скорее, являются электоральными машинами и двумя идеологическими лагерями, условно демократы и условно консерваторы, но в нашем случае - условно либералы, условно консерваторы. Это один такой тренд, который я расцениваю как позитивный.

Потому что, в конце концов, действительно та модель, которая сложилась у нас в первые 20 лет после появления независимой России и самостоятельного государства, это модель, скорее, инерционная, она, скорее, воспроизводит досоветскую традицию этой самой думской монархии или конституционной выборной монархии, когда глава государства обладает полномочиями, выводящими его за пределы разделения властей. У этой модели есть свой резон, и она легитимна во многом потому, что приходилось решать задачу такого авторитарного перехода от Советского Союза. Про это в свое время очень убедительно и аргументировано писал Иван Ильин, он прямо приписывал стране в тот большевистский период либеральную патриотическую диктатуру. Мне кажется, что эта конструкция свою роль выполнила очень удачно, и страна без великих потрясений смогла перейти из формата СССР, из формата осколка СССР в формат более-менее современного демократического государства. Но вопрос, по-моему, не закрыт. И мне кажется, что эта ситуация с тандемом ставит этот вопрос очень ясно и радикально: как дальше мы будем развиваться, должны ли мы сохранить эту инерцию и оставаться с моделью конституционной выборной монархии, где пост президента концентрирует власть максимально, или мы должны выбирать между двумя альтернативами, которые либо за океаном, либо на континенте развиты, избирать американскую модель президентской республики, либо скорее уходить в республику парламентскую. Мне кажется, что сейчас главные дебаты ведутся именно в этом регистре.

Но при этом сохраняется персонификация.

Конечно, персонификация неизбежно сохраняется, но, повторяю, эта персонификация задана самой Конституцией. Поскольку власть передается в руки одному человеку, то неизбежна вот эта альтернатива - Медведев или Путин.

Мне представляется, что сейчас было бы разумно как раз начать этот широкий внутриполитический диалог сначала, то есть, внутри самой политической элиты, среди людей, которые наделены властью и которые отвечают за будущее страны. Необходимо избежать недоговорок, "подразумеваний", подковерных движений, которые приводят периодически к тому, что какой-нибудь из членов элиты вылетает и отброшен в никуда, как это было, скажем, с Константином Затулиным. Это все, мне кажется, очень не подходящий формат для решения судьбоносной проблемы.

Поэтому было бы, наверное, разумно, чтобы по инициативе и самого Президента, и председателя партии "Единой России", премьера Путина, и самой этой партии, и других политический партий начался широкий диалог на эту тему. Какую политическую конструкцию мы реально хотим, удовлетворены ли мы тем, что имеем, и готовы ли мы жить еще в этой инерционной модели пару-тройку десятилетий или вообще на века мы ее избрали. Или все-таки под политической модернизацией в конечном итоге мы подразумеваем выбор одной из этих двух альтернатив: либо президентская республика по модели двухпартийной системы США, либо многопартийная парламентская республика, в которой суверенитет принадлежит парламенту, и правительство является подотчетным, прежде всего, именно парламенту. Так что я бы так это попытался представить, потому что персонификация, превращение этой проблемы в личную дуэль и в личную конфронтацию между Медведевым и Путиным...

Что в конечном итоге неконструктивно.

Абсолютно. То есть, мне кажется, что в целом и политическая элита, и гражданское общество должны, как огня, бояться именно такой персонификации, потому что мы уже научены конфликтами. Мы помним, насколько враждебны были отношения Горбачева и Ельцина, затем Ельцина и Хасбулатова. Мы прошли два очень серьезных и трагических урока такой политической персонификации, и мы должны всеми силами попытаться этого избежать. Мне кажется, что и Медведев, и Путин как люди профессиональные и ответственные, как люди, пользующиеся настоящей народной популярностью, в первую очередь должны быть заинтересованы в этом. У меня такое ощущение, что от них должен исходить этот сигнал, в том числе и своим сторонникам, своим лоббистам. Потому что мне кажется, что в лагерях сторонников нарастает конфликтный экстремизм, который может оказаться довольно губительным и повлиять на ситуацию в целом. 

Загружается, подождите...
0

Error: Can't open cache file!
Error: Can't write cache!