Rambler's Top100 Service

Развитие наркобизнеса в условиях контр­террористической операции в Афганистане: часть вторая

Научный сотрудник Института мировой экономики и международных отношений Российской академии наук
19 октября 2005

Ровно четыре года тому назад на территории Афганистана началась "контртеррористическая операция" США и Великобритании, самым значительным итогом которой стало не уничтожение Усамы бен Ладена или разгром салафистской террористической сети Аль-Каида аль-Сульбах, а рекордный рост производства опиума, который осенью 2005 года приблизился к отметке 15.000 тонн опия-сырца в год. Kreml.Org представляет вторую из серии статей эксперта по терроризму и наркобизнесу, научного сотрудника Института мировой экономики и международных отношений РАН Игоря Хохлова, подготовленную для нашего сайта на основе исследования в рамках работы в Академии наук. Первую часть читайте здесь: Развитие наркобизнеса в условиях контртеррористической операции в Афганистане.

В серии публикаций будут освещены тенденции развития инфраструктуры опийного наркобизнеса в условиях контртеррористической операции в Афганистане .

 

В течение последних тридцати лет ситуация с производством опиумного мака в странах золотого полумесяца - Афганистане, Пакистане и Иране - неоднократно менялась в зависимости от внутриполитической ситуации.

Иран в течение десятилетий являлся основным транзитным пунктом для вывоза наркотиков из Афганистана в Турции, далее в Европу (Францию и Италию), где опий-сырец перерабатывался в героин. Если Афганистан в силу благоприятных природных условий и отсутствия иных источников доходов у населения стал основным производителем опийного мака, то Иран сосредоточился на транзите - этому способствовало наличие открытого выхода к морю, которого нет у Афганистана, а также развитая портовая и автодорожная инфраструктура.

После победы в Иране исламской революции в 1979 году и укрепления к середине 80-х годов власти Тегерана в приграничных провинциях Ирана, был объявлен джихад ("священная война") наркотикам, ужесточено законодательство, в 1989г. парламент принял закон, предусматривающий смертную казнь за торговлю наркотиками, созданы и специально обучены отряды Национальной исламской гвардии, первоочередной целью которых было пресечение транзита опия из Афганистана в Турцию.

Как пишет известный исследователь проблем наркопреступности, координатор международного антинаркотического Проекта ООН "Ошский узел" полковник Александр Зеличенко, "в горы, где никто не живет, и этим ловко пользуются контрабандисты, проложено 4,5 тысячи километров бетонных автодорог, чтобы оперативно маневрировать силами и средствами. Ущелья, тропы вдоль границы патрулируют вертолеты. Иран - не очень богатая страна. Но она пошла на такие затраты, чтобы сохранить здоровье и генофонд нации, поднять свой престиж на международной арене. Эти усилия были поддержаны ООН, выделившей за счет стран-доноров целевым назначением несколько миллионов долларов на осуществление антинаркотических мероприятий в Иране".

В настоящее время на восточной границе Ирана с Афганистаном граница оборудована таким образом, что ее несанкционированное пересечение практически невозможно. Помимо обычных мер пограничного контроля (контрольно-следовая полоса, колючая проволока, технические средства наблюдения, а также воздушное и наземное партулирование), этот участок границы перекрыт глубокими рвами, непреодолимыми как для транспортных средств, так и вьючных животных.

Таким образом, пример Ирана наглядно демонстрирует, как при наличии политической воли возможно в течение нескольких десятилетий решить проблему наркобизнеса даже в стране, традиционно являвшейся ключевым узлом международной наркоторговли.

Прямо противоположным образом развивалась ситуация в другой стране золотого треугольника - Афганистане. До середины семидесятых годов прошлого века использование опиумного мака в Афганистане носило, в основном, хозяйственный характер: сухая трава использовалась в качестве корма для скота, из семян варили мыло, из стеблей - растительные красители. Употребление опиума в качестве дурманящего средства строго контролировалось на уровне общин. Незначительная часть годового объема афганского опиума экспортировалась в Иран и Турцию - от 200 до 400 тонн.

Ситуация изменилась в 1970-е годы, когда ряд событий, произошедших на протяжении всего одного десятилетия, нарушил хрупкий баланс, существовавший в Афганистане с 1929 года. В 1973 году находившийся на лечении в Италии король Захир-Шах был свергнут своим двоюродным братом премьер-министром Дауд Ханом. Через пять лет в ходе переворота 28 апреля 1978 года был убит Дауд Хан, а власть захватили две марксистские партии - таджикский Халк ("Народ") и пуштунский Парчам ("Знамя") - образовавшиеся в 1966 году в результате раскола Народно-Демократической партии Афганистана. Между лидером партии Халк президентом Тараки и его сподвижником из партии Парчам - Бабраком Кармалем возник конфликт, приведший к серии политических убийств и начале осенью 1979 года гражданской войны, не прекратившейся по сей день. В декабре 1979 года дворец нового президента Афганистана Хафизуллы Амина был захвачен советским спецназом и в декабре 1979 года в страну были введены советские войска.

Противники кабульского режима и советских войск получали достаточно оружия и другой помощи, и не нуждались в опиумных доходах (в середине восьмидесятых годов помощь моджахедам со стороны США, Китая, Пакистана и международных организаций превышала 300 млн. долларов в год, в то время как торговля наркотиками приносила не более 20 млн.), однако ослабление власти Кабула, как в центре, так и на местах, развязывало руки контрабандистам; крестьяне, чьи обрабатываемые площади сократились из-за систематических бомбардировок и артобстрелов, были вынуждены заняться выращиванием более рентабельной культуры, чем традиционные для Афганистана злаковые.

В первую очередь, выращиванием опийного мака и ректификацей опиума занялись в районах, населенных таджикским и пуштунским населением, - в Гильмендской долине, а также в районе городов Файзабад, Кундуз, Кандагар, Джелалабад и Фарах. Эти районы были удобны тем, что находились под контролем моджахедов и пакистанской армии. Дальнейшая переработка афганского опиума осуществлялась в соседних странах, обладающих соответствующей химической промышленностью.

В 1980-е годы существовало два основных маршрута транспортировки опийных наркотиков (опия-сырца, морфия и героина): западный (Джелалабад - Кандагар - провинция Гильменд - Захедан - Тегеран - Тебриз - Стамбул - Европа) и южный (Пешавар - Карачи - морем или самолетом в Европу - на Ближний Восток - Азиатско-Тихоокеанский регион). Популярности южного маршрута способствовал тот факт, что в Пакистане проживает большая пуштунская диаспора (2 - 3 млн. человек), тесно связанная со своими родственниками в Афганистане. Менее популярными, но все равно значительными по объемам были маршруты, пролегавшие по территории Индии с перевалочным пунктом в пакистанском Суккуре и советских республик Средней Азии.

В течение 1980 годов пакистанская наркомафия сочла более выгодным переориентироваться с транспортировки сырья на его переработку и на поставки конечного продукта в ту же Европу и другие регионы. Постепенно Пакистан сам стал крупным региональным производителем героина и прекурсоров (компонентов для производства наркотика), а уже в начале 1980-х годов в северо-западной (город Читраль) и южной (Карачи) частях Пакистана была развернута сеть лабораторий по производству высококачественного героина.

Таким образом, в 1970-х - 1980-х годах были заложены основы нынешней инфраструктуры наркобизнеса на стыке восточных районов Афганистана и северо-западных Пакистана.
0

0