Rambler's Top100 Service

Белорусскому руководству выгодна нынешняя вялотекущая интеграция

заместитель декана факультета мировой экономики и мировой политики Государственного университета - Высшая школа экономики
31 Октябрь 2005

Из выступления Андрея Суздальцева, координатора Минской экспертно-аналитической группы на круглом столе по теме: "Белоруссия-2006: проблема легитимности", 26 октября 2005 г.

Белоруссия находится в европейском интеграционном приграничье, что подтягивает страну к крупному европейскому интеграционному проекту. В этом плане, казалось бы, преимущество российско-белорусской интеграции начинает потихонечку угасать. И действительно, возникает вопрос о легитимности. Белорусские президентские выборы 2006 года завершают предвыборный марафон по СНГ, это последние выборы, потом выборы в России, сначала парламентские, а затем президентские. И союзное государство, интеграционный вопрос России и Белоруссии, с одной стороны, а усилия запада, с другой, обеспечивают Александру Григорьевичу Лукашенко легитимность. Участие оппозиции в выборах, выдвижение единого кандидата, создание штаба объединенной оппозиции говорят о том, что оппозиция в выборах будет участвовать полномасштабно, этим она уже со своей стороны обеспечивает легитимность участия Александра Григорьевича в выборах в третий раз. То есть, в итоге подтверждается референдум 2004 года.

Остаются нерешенными вопросы интеграционные. Союзное государство России и Белоруссии не является субъектом международного права. Оно не имеет ни общепризнанных границ, ни системы власти, ни гражданства, нет договоров, закрепляющих его суверенитет, отсутствует единая финансовая система, таможенные органы, органы внутренних дел, абсолютно виртуальное, псевдогосударственное образование, PR -проект. Мы обычно, занимаясь союзным государством, делим его историю на три части. Первая - это начало экономической интеграции, вторая - это подъем политической интеграции, то есть появление содружества, союза, союзного государства. Третий этап - стагнация, которая, по нашему мнению, началась где-то в 2001г. Самая важная причина стагнации кроется в стремлении подменить экономическую интеграцию политической. С другой стороны, эта подмена находится в полном соответствии с развитием в Белоруссии авторитарного режима.

На первом этапе была создана идеология интеграции, смесь славянства, геополитики и дружбы народов. А затем были использованы все легальные и нелегальные возможности для проникновения идеологии социалистическо-коммунистического красного реванша на российское политическое поле. Особенно большое внимание уделялось как раз полю региональному. А в период стагнации Минск с успехом воспользовался обострением отношений российского руководства с западными партнерами, партнерами по 'восьмерке' и с восточноевропейскими странами, особенно Польшей и   Прибалтикой. И сейчас пытается эксплуатировать бренд единственного союзника, который остался у России.

На первом и втором этапе развития интеграционного проекта развитие шло в полном соответствии с логикой авторитарного режима, то есть режима нынешней власти президента Лукашенко. Шел процесс монополизации интеграционной темы в руках правящей верхушки. В итоге белорусская оппозиция была просто насильно вытеснена в прозападное русло, оппозиции белорусской оставили только западный вектор. Все пророссийские силы в оппозиции были истреблены совместными усилиями части оппозиционного руководства и белорусской власти, произошел жесткий раскол. Все попытки политической оппозиции воспрепятствовать превращению российско-белорусской интеграции в инструмент внутренней политической борьбы и поддержки легитимности власти являлись попытками свержения существующего строя со всеми вытекающими отсюда репрессиями.

Формально под предлогом создания союзного государства России и Белоруссии белорусское государство поставило под свой контроль все потенциально опасные для него общественные институты: СМИ, коммуникации, группы социальных интересов, молодежные организации, организации творческой и технической интеллигенции, студенчества и, конечно, профсоюзы. Идея российско-белорусской интеграции, которая на первом этапе охватила значительную часть белорусского народа, оказалась полностью приватизирована правящей верхушкой и стала, естественно, умирать.

На третьем, стагнирующем этапе белорусское руководство, постепенно входя в кризис нелегитимности, постоянно предпринимало попытки опереться на союзное государство как новый источник власти. В сочетании с внутренней и внешней политической конъюнктурой использовать в качестве идеологии смесь национализма и борьбы за суверенитет. В результате произошла дезориентация общества, и непонятно, то ли независимое государство, то ли мы вот-вот войдем в состав Российской Федерации. Но надо отметить, что такие энергичные попытки белорусского руководства использовать тактику поглощения сначала встречали спонтанный отпор со стороны российского политического класса, и только с появлением в Кремле администрации второго российского президента таким попыткам был положен конец. В итоге с 2004 года российское руководство перехватило интеграционную инициативу, вынуждая белорусские власти все более открыто демонстрировать свою генетическую неспособность к реальной интеграции.

Чтобы понять, в чем тут дело, надо разобраться в том, что хочет Александр Лукашенко как приватизатор интеграционной идеи, что он хочет от интеграции с Россией. Во-первых, стремление к интеграции со стороны белорусского руководства было связано не с желанием ответить на несомненные чаяния большинства белорусского народа, связывающие в начале и середине 90-х годов свое будущее с союзным государством перспективами, а с инстинктивным стремлением избежать традиционных для режима личной власти угроз. Первая угроза - социально-экономическая нестабильность. В принципе, на эту нестабильность белорусское государство обречено без косвенных и прямых дотаций со стороны России. Вторая угроза - угроза легитимности авторитаризма. Она связана с отсутствием четко выраженного источника власти, что для авторитаризма характерно - авторитет, который не может быть поставлен общественным большинством под сомнение. Третья проблема - неспособность идеологически обосновать свое право на безраздельное авторитарное правление.

В принципе, эта проблема для всех общая, но в авторитарном обществе, особенно в белорусском, она вызывает постоянные трудности, угрозы и недовольство. Сейчас закончился этап экономического раздела внутри страны, то есть транзит, граница, все эти вещи, разделены между кланами. И с помощью интеграции была сделана попытка заменить проблему создания внутренней опоры режима на проблему создания внешней опоры, ответственной за существование режима. То есть, зачем заниматься расширением влияния в обществе, созданием гражданских институтов, когда можно переложить все на Москву? В итоге экономическая интеграция вылилась в русло кооперации, функционирования белорусского сборочного цеха. Были созданы непреодолимые препятствия для участия российского капитала в приватизации белорусских предприятий, различные ограничения, частично закрыт внутренний белорусский рынок для товаров и интервенции российских производителей, организована полномасштабная поддержка государственных предприятий, выступающих в роли конкурентов на российском рынке российским предприятиям, работающим в тяжелых рыночных условиях. Свободной экономической интеграции между Минском и Москвой не возникло. Оказались нерешенными стандартные проблемы - унификация таможенного, налогового, гражданского законодательства. Когда встал вопрос о введении единой валюты союзного государства, российского рубля, Минск оказался не готов к объединению денежных систем. Выполняя за счет российско-белорусской экономической интеграции задачу сохранения социально-экономической стабильности, не нуждается в передаче частички своей власти в виде валюты в чужие руки, все вполне устраивает. Но зачем нужна в России эта PR -акция, тянущаяся 12-й год, если она губительна для российско-белорусских отношений? Мы всегда представляли себе, что наличие непонятного виртуального мутанта - это прикрытие отсутствия реальной стратегии российского правящего класса на постсоветском пространстве. Отсюда все и получалось, изначально в российско-белорусском интеграционном проекте Москве отводилась вспомогательная роль, это было экономической и политической поддержкой правящего в Минске режима. Одновременно это была бесконечная критика и демонстрация того, что делает развязная демократия в России, что делается при руководстве Александра Григорьевича Лукашенко в Минске. В Минске можно годами сидеть у телевизора, но ничего доброго про Россию вы там не увидите - нищета, голод, проституция повальная, бандитизм. Россия заинтересована в российско-белорусском интеграционном проекте по ряду серьезных причин: сохранение своего политического влияния, устранение ограничений со стороны НАТО и ЕС, сохранение народнохозяйственного комплекса, способность в случае полномасштабной приватизации и глубоких структурных экономических реформ к быстрой интеграции с российской рыночной экономикой, сохранение позиций русского языка и недопущение каких-либо дискриминационных мер в отношении русского населения, проживающего на территории Республики Беларусь (а это больше 1,5 млн. жителей Белоруссии, для которых исторической родиной является Россия).

В итоге функционирования интеграционной модели обнаружился серьезный политический и экономический перекос, перекос в сторону получения односторонних преимуществ только одним из партнеров по союзному строительству. Какие преимущества? Первое: Минск решил вопрос своей экономической неустойчивости, он получил привилегированный доступ к российским кредитным линиям, к внутренним ценам на российские энергоресурсы, единой таможенной зоне, российскому рынку в рамках союзной программы. Кстати, в ходе выполнения этой союзной программы создается конкурентное для российских предприятий производство, появляются возможности для несанкционированного доступа к новейшим российским и зарубежным технологиям, в одностороннем порядке приватизируется совместно созданный продукт. Минск использует российско-белорусскую интеграцию на внутреннем политическом поле, вытесняя с него своих конкурентов и одновременно пытаясь с помощью союзного государства обеспечить свою легитимность. Минск активно использует российско-белорусскую интеграцию на внешнеполитическом поле в качестве политического прикрытия своего конфликта с западным сообществом, используя российский политический ресурс, место в Совете Безопасности ООН, участие в работе ПАСЕ, диалоге с ЕС, НАТО и так далее для развязывания холодной войны с ЕС и США. Минск не оставляет попыток использовать союзные соглашения, прежде всего Конституционный акт, в качестве легитимного коридора на российское политическое поле. Наличие союзного государства в усеченном варианте позволяет белорусскому руководству превратить Минск в точку опоры для российского   левого крыла политического спектра, включая их патриотических сторонников. Мы сейчас находимся в преддверии Высшего Госсовета Союзного государства, в котором должен быть утвержден текст Конституционного акта. Интенсивность союзного строительства в последние полгода выросла на порядок. Белорусское руководство стремится сохранить нынешнюю вялотекущую интеграцию. Сформулирую задачи, стоящие перед белорусским руководством в преддверии ноябрьского саммита. Прежде всего, Минск должен не допустить подписания Конституционного акта в версии, обеспечивающей реальное объединение двух государств. Стоит задача по обеспечению признания результатов всенародного референдума в Белоруссии, а также финансированию союзных программ, недопущение   ликвидации преференций, то есть изменений цен на газ и тому подобное. Поскольку эти задачи неразрешимы, нужно отложить их, чтоб не допустить кризис в Беларуси. Судя по всему, на отсрочке и построена вся система доводов, которая готовится к ноябрьскому Высшему Госсовету. Первая проблема - необходимо союзное строительство с легитимностью выборов 2006 года. Поэтому вопрос о референдуме по Конституционному акту, совмещенном с выборами 2006 года, практически решен. То есть, в случае проведения такого совмещенного референдума на выборах 2006 года, легитимность Лукашенко будет обеспечена. Далее: итоги референдума можно будет загнать в русло бесконечных дополнительных протоколов, договоров и соглашений, обеспечивающих ввод в действие Конституционного акта. То есть, скорее всего, будет предложен Конституционный акт со специальным блоком договоров, расписанных минимум до 2008 г. За это время газ по льготной цене, как и раньше, будет поступать в страну, российский рынок будет потреблять белорусскую продукцию, Лукашенко будет с усердием тянуть третий уже президентский срок и дожидаться появления в Кремле более подходящего президента, которому предложит решать свои будущие интеграционные, как он считает, проблемы.

 

Загружается, подождите...
0

Error: Can't open cache file!
Error: Can't write cache!