В российской внутренней политике началась децентрализация вертикали власти
Из выступления Вячеслава Никонова, президента фонда "Политика", члена Общественной палаты на общественных слушаниях по теме "Модели регионального автономизма: итоги года укрепления вертикали власти", 26. 01. 2006 г.
Не существует государственности настолько прочной, чтобы она была навсегда гарантирована от каких-либо сепаратистских поползновений и которая никогда бы не подвергалась испытаниям. Таких просто не существует. Маятник отношений между Центром и регионами постоянно находится в движении, всегда, в любой стране, в любую эпоху: то в сторону централизации, то в сторону децентрализации, ничего застывшего не бывает. И очевидно, что обе крайности, как сверхцентрализация, так и сверхдецентрализация, абсолютно разрушительны, поскольку и сверхцентрализованные государства являются предельно хрупкими, и сверхдецентрализованные государства тоже.
Что касается сепаратизма нынешнего, то это во многом продукт этнический, причем это продукт того национального возрождения, которое началось в период перестройки, которое привело к распаду Советского Союза и по инерции продолжается до настоящего времени. Первая реакция была известная - это обуздать парад суверенитетов. Известен ельцинский лозунг: берите суверенитета сколько проглотите. И этого мы достаточно наглотались: наиболее яркие проявления, конечно, - это система федеративных договоров, которые не были признаком федеративного государства, это была в лучшем случае асимметричная федеративная конструкция. Все это привело к очень серьезному правовому сепаратизму, когда треть законодательных актов субъектов Федерации противоречило федеральным законам и Конституции, что невозможно ни в какой федерации. Это привело к тому, что под контроль губернаторов перешли федеральные органы власти, действующие на местах, включая милицию, включая спецслужбы, включая социальные службы и так далее, и так далее. И это привело к Чечне, к Хасав-Юрту, то есть фактически к созданию независимого государства на территории Российской Федерации, а точнее, независимого "паханата".
Путин обозначил обратный тренд - тренд, который начался с назначения полпредов, с введением института, который позволил достаточно быстро решить проблему правового сепаратизма, за исключением двух тяжелых случаев - Татарстана и Башкортостана, где остаточные явления до настоящего времени имеются. Но во всех остальных субъектах Федерации к концу 2000 года с этим безобразием было практически покончено.
В то же время сам институт полпредов надо рассматривать как потенциально опасный с точки зрения сепаратизма, потому что деление страны на семь округов, совпадающих с военными округами - это сеяние семян возможного сепаратизма в случае резкого кризиса, ослабления, революционных событий в Центре. То есть, при сильной центральной власти это абсолютно безобидно, но при разваливающейся центральной власти это возможность реализации и сильного перевыполнения плана товарища Бжезинского по созданию нескольких государств на территории Российской Федерации. То есть, конечно, институт полпредов ни в коем случае нельзя институционализировать ни в коем объеме.
Затем этот тренд проявился в известной реформе Совета Федерации и достиг уже апогея, на мой взгляд, с введением системы выдвижения губернаторов президентом с последующим назначением их законодательными собраниями субъектов Федерации. И, конечно, введением пропорциональной системы по выборам в Государственную Думу, которая, безусловно, является централизаторской мерой, прежде всего, призванной создать национальные партии и подавить партии региональные, как субъекты политического процесса.
В результате вместо двух вертикалей власти, которые возникли в ельцинское время - вертикаль президентская и вертикаль губернаторская, у нас, в общем-то, к началу прошлого года (хотя может быть, этот процесс все еще продолжается), создалась одна вертикаль власти, что на самом деле подвело маятник уже к точке высшей централизации, и маятник пошел назад. И это мы хорошо увидим, если внимательно посмотрим, что происходило в Калининграде, что происходило в Казани, и о чем шла речь на заседании Государственного Совета. Посмотрим внимательно выступление Путина и посмотрим внимательно бюджет на 2006 год. Очевидно, что с лета 2005 года маятник достаточно быстро несется в сторону децентрализации в рамках совершенно новой логики: если до этого времени централизация шла во многом благодаря тому, что, скажем, Кремль не доверял избираемым не всегда по согласованию с Кремлем губернаторам, то сейчас эта степень доверия на порядок возрастает. Фактически назначенным губернаторам можно доверить гораздо больше, чем подозрительным избранным губернаторам. И именно эта логика сейчас в Кремле и наблюдается. Если мы посмотрим количество денег, которые оказываются в руках у губернаторов в этом году, то в некоторых субъектах Федерации мы увидим просто удвоение, как минимум удвоение, а то и больше в некоторых субъектах. Причем в зависимости от степени, я так понимаю, доверия к тому или иному губернатору. Мы увидим, что сейчас опять происходит фактическое переподчинение губернаторам очень многих структур. Мы ведь помним, что после Беслана Путин заявил о необходимости новой системы избрания губернаторов во многом потому, что в Беслане Дзасохов был просто беспомощен, у него не было ни одного силовика, они все были федеральные.
Децентрализация - это то слово, которое теперь мы будем слышать все чаще и чаще. И уже сейчас можно достаточно часто услышать и на самых вершинах и в кулуарах российской власти - что самое парадоксальное - что на сегодня главными противниками этой децентрализации, особенно финансовой, являются либералы в кабинете министров, в Министерстве финансов и в Министерстве экономического развития, которые еще не пришли к выводу о том, что этим губернаторам можно доверять какие-то деньги. Что касается распада или не распада Российской Федерации, то здесь, на мой взгляд, факторы экономики не играют абсолютно никакой роли. Я не знаю ни одного случая в истории, когда бы государство распадалось по экономическим причинам или, наоборот, создавалось по экономическим причинам. Расколы всегда происходят по этническим границам, по национальным причинам. И тот фактор, что Россия действительно стала мононациональным государством впервые в своей истории, внушает серьезный оптимизм.
распечатать
