Rambler's Top100 Service

Кто ответит за "размороженные" конфликты?

председатель союза общественных объединений "Свободная Россия"
24 мая 2006

Из выступления Модеста Колерова, начальника Управления Президента РФ по межрегиональным и культурным связям с зарубежными странами на заседании круглого стола   в связи с выходом сборника 'Восстание меньшинств: Косово. Молдавия. Украина. Грузия. Курдистан' 22 мая 2006 года

 

Несколько тезисов, которые часто упускаются из виду при прикладном обсуждении вопросов нерешенных конфликтов, которые с некоторого времени стали называть "замороженными". Мне кажется, в понятии 'замороженные' заключается страшная по последствиям историческая ловушка. Называть нерешенные конфликты "замороженными" - это значит исподволь, может быть несознательно, ставить знак равенства между решением и "размораживанием" конфликтов. И каждый раз я хочу спросить тех, кто употребляет эту новацию так интенсивно: кто будет отвечать за все трудно предсказуемые последствия такого "размораживания"? И если справедливо указывается на вдумчивый, принципиальный консерватизм России в этих ситуациях, то я думаю, что это консерватизм знания и нежелания ни в коем случае увеличивать долю зла, которого и так уже достаточно.

Контекст этих конфликтов исторически чрезвычайно обширен, поскольку этот контекст начинается с распада Австро-Венгерской, Османской и Российской империй, он продолжается не только в приближающихся к Старому Свету метастазах деколонизации, но и распадом СССР, Югославии, и этот распад еще идет. Новое супергосударство ставит самоопределяющиеся нации перед выбором: "размораживание" или отказ от самоопределения в обмен на довольно условные перспективы евроинтеграции, не рассчитанное по последствиям вступление в Евросоюз вместе с "титульной метрополией". Очень часто в этом выборе забывается, что даже такая фактически очень мягкая федерация, как Испания, вовсе не гарантировала себя от прямых и настойчивых попыток вывести Басконию или Каталонию к непосредственному членству в Евросоюзе. Поэтому, если кто-то полагает, что перспективой евро-атлантической интеграции он сможет снять с себя настоятельную обязанность решать вопросы права самоопределившихся наций, то это иллюзия.

Почему мы говорим о праве? Потому что Россией было прямо и однозначно заявлено, что косовский прецедент потому универсален, поскольку любое право в принципе универсально, нет права не универсального, нет права там, где "все равны, а кто-то равнее". Следовательно, только по пути универсальности права можно исследовать, рассматривать и обсуждать те конфликты, которые относятся к разряду до сих пор нерешенных. Очевидно, что минимальный уровень соблюдения прав самоопределившихся народов находится гораздо выше культурно-национальной автономии, гораздо выше октроированной, то есть выданной из любезности, автономии. Наивно думать, что справедливость в понимании самоопределившихся государств требует себе меньших гарантий, чем те, которые обычно описываются в понятиях федерализма. Пример утраты автономии Гагаузией очевиден для всех. Недобросовестная, противопоставляемая универсальности, "избирательность права" (то есть отказ от права) как раз и выражается в истерических европейских криках, что Косово не может быть прецедентом. Любое историческое событие - прецедент, позитивный или негативный. В конце концов, и Холокост - это прецедент того, чего не должно быть. Кто из евроантлантистов рискнет отрицать такую историческую прецедентность Холокоста ради своих тактических выгод? Бессмысленно лечить народы рассказами о своих интеграторских намерениях, народы смотрят вокруг себя и видят ту реальность, что их ждет.

Загружается, подождите...
0