Удар по России

Кандидат исторических наук, руководитель аналитического отдела Балтийского Исследовательского Центра
26 Июнь 2006

В своем интервью нескольким телеканалам 24 мая текущего года Валентина Матвиенко сказала, что за убийствами иностранных студентов в Санкт-Петербурге стоят московские кукловоды. Тем самым губернатор обозначила одну из версий событий, которая до этого широко обсуждалась, но не озвучивалась официально. По ее словам заказчики преступлений намеревались дискредитировать Санкт-Петербург в преддверие саммита 'Большой восьмерки'. Однако политический контекст этих событий, значение саммита для России, антироссийская риторика на Западе и многое другое свидетельствует о том, что заказчиков интересовал не только имидж Санкт-Петербурга. Наш город в данном случае просто оказался на переднем крае, как место проведения важнейшего международного мероприятия. Основная цель провокаторов была более масштабной:

 

Национальная идея

 

В последнее время в России произошло несколько важных событий, связанных с процессом становления национальной идентичности и формулирования государственной идеологии. Во-первых, была опубликована 'Русская доктрина' - концептуальный труд целой группы авторов, посвященный осмыслению задач России как особой цивилизации; во-вторых, состоялось выступление заместителя главы администрации президента РФ Владислава Суркова перед членами партии 'Единая Россия', в котором подчеркивалась идея суверенитета нашей страны как основы ее конкурентоспособности; в-третьих, на X Всемирном русском народном соборе была принята 'Декларация о правах и достоинстве человека', посвященная идее неразрывности понятий свободы и нравственности. Эти документы отличаются по стилистике, написаны для разных аудиторий, имеют свои тактические задачи, но все они едины в главном - российское государство должно иметь собственную идеологию и в состоянии само сформулировать концепцию своего будущего развития.

Каждый документ вносит свой вклад в дискуссию об идейно-политическом 'возвращении России к себе'.

'Русская доктрина' ориентирована на постановку долгосрочных стратегических целей. Среди них выделяется становление русской нации как субъекта, создавшего государство, завоевавшего империю, сформировавшего мощную экономику и великую культуру. В царский и советский периоды нашей истории русская нация оказалась как бы в тени своей имперской роли, перед масштабностью которой меркла национальная идентичность. Сегодня, после распада империи, нация переживает непростой период своего становления, когда особенно необходимы объединяющие образы прошлого, настоящего и будущего. Без них не возможно формирование новой элиты, модернизация экономики, создание эффективных политических институтов и в целом, социально-экономическое и политическое выздоровление страны.

Владислав Сурков, формулируя идеологию власти, ставит вопрос несколько иначе. Считая главными ценностями российского общества материальный успех, свободу и справедливость, он критикует итоги развития России в 90-е годы. По его мнению, именно в этот период демократия была дискредитирована в глазах населения чудовищной социальной несправедливостью, которая воцарилась в стране. Выход из сложившейся ситуации Сурков видит в укреплении суверенитета страны, без которого не возможна борьба с основными угрозами - терроризмом, экономической отсталостью и низким общественным иммунитетом к внешним идеологическим воздействиям.

Третьим и, вероятно, наиболее глубоким и всеобъемлющим выступлением на эту тему была речь митрополита Смоленского и Калининградского Кирилла на X Всемирном русском народном Соборе. По мнению иерарха Церкви, без нравственных основ, заложенных в традиционных религиях, абсолютизация прав человека превращается в диктатуру безнравственности. Права и свободы человека неразрывно связаны с обязанностями и ответственностью. Митрополит Кирилл выступил против допущения на русской почве таких ситуаций, при которых осуществление прав человека приводит к оскорблению религиозных и национальных чувств и почитаемых святынь. Наконец, он назвал опасным изобретение таких 'прав', которые узаконивают поведение, осуждаемое традиционной моралью и всеми историческим религиями. Речь, разумеется, идет о той вакханалии распутства, которая утвердилась на Западе под прикрытием идеологии либерализма и свободы выбора (парады гомосексуалистов, легализация наркоторговли, венчание однополых браков и т.п.).

На мой взгляд, для российского общества значение этой речи состоит в том, что она задает духовные основы общественного согласия, базирующиеся на традиционных ценностях народов России. Можно сказать, что митрополит Кирилл сформулировал недостающие духовно-нравственные основы государственной идеологии, без которых вряд ли удастся обеспечить ее целостность, последовательность и устойчивость.

 

Ксенофобия

 

Одновременно, в нашей стране набирали силу совершенно иные процессы. В 2005 году в Санкт-Петербурге было совершено более 900 преступлений против иностранцев, среди которых несколько десятков избиений и убийств. Это в два раза больше чем в 2004 году. Аналогичные преступления в других городах России, прежде всего в Воронеже, послужили основой для раздувания в СМИ мифа о 'коричневой чуме', якобы охватившей российское общество. Во многих комментариях рост ксенофобии не только ставился в один ряд, но и прямо увязывался с укреплением позиций спецслужб и армии, попытками государства наладить систему идеологической работы среди молодежи, с усилением влияния Православной церкви. Иными словами, ксенофобия была объявлена следствием распространения патриотических идей в российском обществе. Фактически была предпринята попытка наклеить ярлык фашистов на всех, кто думает о русском национальном возрождении. То, что это было сделано в преддверии саммита 'Большой восьмерки' означает: эти шаги имели не только идеологические, но и политические цели. Главная из них состояла в том, чтобы не допустить реального усиления позиций России в качестве одного из лидеров мирового сообщества.

Конечно, нельзя отрицать наличие ксенофобских настроений в нашей стране. Они, безусловно, присутствуют и даже нарастают. У нас есть агрессивная молодежь, которая совершает все больше преступлений (доля детской преступности в нашей стране растет из года в год). Наша социальная поляризация запредельна, а высокомерие власти по отношению к собственному народу потрясающе. В результате спустя 90 лет после Октябрьской революции, мы имеем классовую ненависть в качестве важной части общественного сознания. Национальная нетерпимость, в свою очередь, является одной из форм реализации агрессии, накопленной в обществе.

Однако, таков ли масштаб ксенофобии для того, чтобы считать убийства иностранцев в Петербурге ее прямым следствием? Что лежит в основе этих преступлений - тупая ярость толпы или профессиональный расчет? Распространена ли в массовом сознании особая ненависть к представителям Африки и юго-восточной Азии? Если эти убийства являются следствием взрыва национальной нетерпимости, то почему они происходят именно в Санкт-Петербурге, именно в преддверии саммита?

 

Провокация, но чья?

 

Здесь мы подходим к самому существу проблемы. Кому выгодны данные преступления?

Представляется, что в этом могут быть заинтересованы две силы: антироссийские круги на Западе и наши собственные кланы, стремящиеся к превращению России в сырьевой придаток мировой экономики. Укрепление российской государственности, преодоление последствий социально-экономической катастрофы, обретение идеологии противоречат интересам, как первых, так и вторых. В чем суть их общего дела? Главное - не допустить консолидации российского общества, установления взаимного доверия между народом и властью. Общественный раскол (или смута) всегда сопровождали кризисы российской государственности. Восстановление единства, напротив, становилось основой побед России.

Сегодня народу как воздух нужна объединяющая идеология, о которой по-разному, но в один голос говорят представители интеллигенции, высшей бюрократии и Церкви. Желающим получить дешевый доступ к российским ресурсам, напротив, совершенно не требуется консолидация общества в нашей стране. С деморализованным, циничным и оторванным от народа сословием управляющих, договариваться гораздо легче, чем с государственной элитой, обладающей национальным сознанием, и чувствующей ответственность перед народом.

В долгосрочном плане любая власть выигрывает, если вместо распродажи страны занимается укреплением ее совокупной мощи. Почет и уважение в кругу мировой элиты имеют лишь те люди, чье могущество подкреплено потенциалом нации, которую они представляют. В противном случае их величие рассыпается, как карточный домик, в тот момент, когда конкурентам надоедает терпеть колосса на глиняных ногах. Любая американская транснациональная корпорация может рассчитывать на мощную поддержку своего государства, если их интересы совпадают.

Сегодня разработанный в конце 1980-х годов сценарий установления внешнего контроля над Россией не срабатывает. Обвинения в нашу сторону по поводу авторитаризма, экономического империализма, сворачивания гражданских свобод и т.д. во многом продиктованы именно этим обстоятельством. Россия выздоравливает, и это крайне не нравится тем, кто хотел бы получить лакомый кусок 'российского наследства'.

Национальная идеология - важнейшая духовная составляющая этого процесса. На первый план выдвигаются традиционные ценности, вокруг которых, при условии честности власти и грамотной идеологической работы, российское общество может реально объединиться (вера, нравственность, семья, национальное достоинство, патриотизм и т.д.) Этого крайне боятся наши заклятые друзья как за рубежом, так и внутри страны. Следовательно, им необходимо, во что бы то ни стало опорочить идею единства российского общества, испачкав ее о ксенофобию и фашизм. Целью убийств иностранцев в Санкт-Петербурге, прежде всего, является дискредитация патриотизма в глазах населения, которое, в результате, отвернется не только от скинхедов (к которым и так относится с омерзением), но и от тех патриотических сил, которые никакого отношения к экстремизму и ксенофобии не имеют.

В целом создание фашистского образа России угрожает всему тому, что было сделано в последние годы для укрепления единства страны, ее духовного выздоровления и политического возмужания. Саммит 'Большой восьмерки' - это важнейшее международное событие года, в ходе которого Россия рассчитывает серьезно укрепить свои позиции в мире. Имидж ксенофобского государства, разумеется, будет этому мешать.

Еще одна опасность состоит в том, что в сознании российского общества может быть стерта грань между теми, кто любит свою страну и нацию, и теми, кто ненавидит другие. А это далеко не одно и то же. Есть такое понятие - позитивная этническая идентичность. Она формируется у народов, знающих и любящих свою культуру и историю. Такие народы ведут себя спокойно, достойно и уверенно.

Русский народ имеет полное право рассчитывать на то, что российское государство обеспечит ему формирование такой идентичности за счет продуманной национально-ориентированной системы образования и воспитания, основанной на тысячелетнем духовном опыте Православия и других традиционных религий России. В противном случае, уверен, патриотизм всегда будет оставаться в тени ксенофобии, а здоровое национальное чувство будет не различимо на фоне свастик и истошных выкриков 'Россия для русских!'. Вместо консолидации общества мы получим углубление его раскола по национальному признаку.

Чтобы не допустить этого, требуются решительные меры во многих сферах - социальной, образовательной, миграционной, молодежной и т.д. Разумеется, необходимо тщательно расследовать убийства иностранных граждан в Санкт-Петербурге, рассказав обществу об истинных заказчиках и мотивах преступления. Но главное понять - очередной удар по России наносится в самое уязвимое место, и цель его - сорвать процесс идейно-политического возрождения России и обретения нацией ощущения преемственности по отношению к российской истории и духовной традиции.

Интересные факты:
Загрузка ...











Европейский форум