Rambler's Top100 Service

Центральная Европа: евроскептицизм и поворот к России

Cотрудник Центра украинистики и белорусистики МГУ и Института славяноведения РАН
11 Сентябрь 2006

В последнее время Центральная Европа переживает ряд существенных изменений в сфере своих внешнеполитических концепций. Всё больший вес в политике начинают приобретать партии, которым свойственен разной степени евроскептицизм и одновременно утверждения о необходимости возобновления и развития тесных связей с Россией. Это можно сказать буквально про все страны региона: Венгрию, Чехию, Польшу, а с июля этого года ещё и про Словакию.

Словакия - страна, вообще имеющая имидж евроскептичного государства. С 1993 по 1998 годы её лидером был Владимир Мечиар - политик, которого обвиняли в вестернофобии и авторитаризме, даже сравнивали с Александром Лукашенко. Мечиар был сторонником политики баланса между Востоком и Западом, считая, что сохранить самостоятельность Словакия может только лавируя между их интересами. Словакия сохраняла тесные связи с Россией и выступала против ускоренной интеграции в евроатлантические структуры. Своей политикой Мечиар тогда заблокировал вступление Словакии в НАТО и сильно задержал начало переговоров по вступлению Словакии в ЕС. Во внутриполитическом отношении правление Мечиара считается на Западе автократичным, деспотичным и, конечно, коррумпированным. Именно в Словакии США организовали одну из первых 'цветных революций': в 1998 году, победив на выборах, партия Мечиара не была допущена к формированию правительства, а против Мечиара тогда возбудили уголовное дело по обвинению в коррупции. Начался период скоростного движения Словакии на Запад под руководством премьера Миколаша Дзуринды. Президентом в следующем году стал также прозападно ориентированный немец Рудольф Шустер. Шустер и Дзуринда поддержали бомбардировки Югославии, а потом и вторжение США в Афганистан и Ирак. При них Словакия вошла в НАТО и ЕС. Были проведены весьма жёсткие социально-экономические реформы, осуществлена обширная программа приватизации, восстановлен положительный имидж страны на Западе.

И вот, в 2004 году, во время президентских выборов победу одерживает Иван Гашпарович, бывший ещё с 1992 года одним из сподвижников В.Мечиара (вышел из его партии только в 2002 году). При этом побеждает он у выигравшего в первом туре того же В.Мечиара. Словакия - парламентская республика, и смена президента не имела революционного значения для государственной политики. Но вот парламентские выборы 17 июня 2006 года. Выигрывает их партия 'Курс - социал-демократия' ( Smer - SD ) во главе с Робертом Фицо, известным своим евроскепсисом и именуемым иногда 'маленьким Мечиаром'. Сформированное им правительство планирует вывести войска из Ирака и сильнейшим образом пересмотреть внутреннюю политику страны. Фицо намерен отменить плоский подоходный налог, заблокировать приватизацию и возвратить 'социальную Словакию', в которой по крайней мере малоимущие не будут должны оплачивать медицинские услуги. Фицо намерен пойти на большее участие государства в экономической сфере с целью снижения безработицы и уменьшения имущественного расслоения в обществе. В общем, 'все завоевания эры Дзуринды будут теперь аннулированы', как охарактеризовала эту программу либеральная пресса.

Но ещё важнее планируемые перемены во внешней политике Словакии: Роберт Фицо выступает за многовекторность внешней политики страны, против ориентации исключительно на Вашингтон и Брюссель. Один из первых своих визитов он обещает совершить в Россию: 'Мой визит в Москву будет первым среди зарубежных поездок в качестве премьер-министра Словакии. Я считаю, что действующий премьер-министр Микулаш Дзуринда совершил грубейшие ошибки во внешней политике, игнорируя, в том числе, такую великую страну, какой является Россия. Мы однозначно отвергаем одностороннюю ориентацию Словацкой республики на Запад. Я убеждён, что Словакия должна иметь взвешенные дружеские связи с Украиной, Россией, Китаем'; 'новое правительство Словакии сделает всё, чтобы отношения с РФ поднялись на существенно новый качественный уровень по сравнению с тем, что есть сейчас'. А в ноябре 2006 года планируется визит и президента Ивана Гашпаровича в Россию.

Сама смена прежнего курса уже ожидалась: правительство М.Дзуринды оставляет после себя много проблем. Несмотря на то, что рост экономики Словакии в 2005 году составил 6,1% (самый высокий показатель среди стран Центральной Европы), средняя зарплата в Словакии - всего 500 евро в месяц. Это очень низкий уровень для региона. Разрыв между уровнем жизни и экономическим ростом - самый крупный в Европе. Безроботица сейчас составляет 15,5%, в Восточной и Центральной Словакии - до 20%. Из затянувшихся войн в Афганистане и Ираке в Словакию иногда приходят скорбные грузы. Недовольство народа прежней властью вполне оправданно.

Во многом как традиционный для Словакии воспринимается и евроскептицизм. В Словакии была довольно популярна доктрина внешнеполитического нейтралитета, получившая распространение в начале - середине 1990-х гг. Один из известных словацких публицистов Д.Шмигула так объясняет 'феномен словацкого изоляционизма': 'Все граничащие со словаками народы превосходили их по численности. За исключением мораван и русинов. Последние были поглощены соседними народами, что со всей очевидностью подтверждает тезис о том, что малый народ, не обладающий достаточной ксенофобией, неизбежно исчезает' (Š migula D . Postoje slovenskej verenosti a politick ý ch elit k zahranicnej politike a europskej integracii // Mezinarodn í vztahy . Pr ., 1999, ? 4, S .36). Я.Чарногурский, лидер Христианско-демократического движения, говорил в середине 1990-х, что Словакия из четырёх центральноевропейских государств обладает наибольшей свободой для манёвров во внешней политике, так как не имела за всю свою историю конфликтов ни с Россией, ни с Западом. По его мнению, Словакия должна была занять в Европе место, аналогичное Австрии времён Холодной войны и играть роль центра коммуникаций между Россией и Западом (Č arnogursk ý J . O Rusku , Me č iarovi a č eskem afektu // Ludov é noviny . Pr., 1995, 22. list., s.10). Народ, который только в 1993 году впервые за всю историю обрёл свою государственность и независимость, не очень легко был готов этой независимостью вновь пожертвовать.

Особый интерес представляют другие участники новой правительственной коалиции. Один из них - это 'Движение за демократическую Словакию' ( LS - HZDS ) во главе с Владимиром Мечиаром. Другой же - Словацкая национальная партия ( SNS ) во главе с Яном Слотой. И хотя в новом правительстве ' Smer `у' принадлежит 11 из 16 министерских кресел, новая правительственная коалиция уже в преамбуле коалиционного соглашения провозглашает целый ряд позиций, связанных с программой SNS , этой 'совершенно оголтелой националистической организацией', по меткому определению западной прессы. SNS получил три министерства: образования, окружающей среды и Министерство строительства и регионального развития (а значит - именно через руки этой партии будет проходить значительная часть средств ЕС, предназначенных для Словакии). Лидер этой партии Ян Слота был самым большим противником вступления Словакии в ЕС.

В программе SNS провозглашено, что ' SNS выступает за сбережение национальной обособленности европейских государств и культур и за усиление славянской взаимности и взаимопомощи в Европе'; ' SNS против формирования централизованного наднационального европейского супергосударства или сильной федерации, затрагивающей национальный суверенитет'. В связи с этим SNS ещё в 1990-е годы организовывала массовые акции за нейтральный статус Словакии.

Высокий процент SNS , по мнению ряда аналитиков, обусловлен раздражением части словацкого общества чрезмерной сервильностью и услужливостью кабинета М.Дзуринды по отношению к Западу. Особенно большое раздражение вызвало участие Словакии в военных операциях в Афганистане и в Ираке. Согласно соцопросам, избиратели ' Smer `а' больше всего предпочитали коалиционный союз именно с SNS или HZDS , что означает формирование в современной Словакии разнообразного по взглядам, но весьма цельного в своём евроскепсисе и национальной ориентации большинства.

* * *

Очень похожая на словацкую ситуация сложилась в Польше. 5 мая сего года в польское правительство, которое прежде было сформировано только одной социал-консервативной партией 'Право и справедливость' ( PiS ), вошли крайне-левая 'Самооброна' и национал-клерикальная 'Лига польских семей' ( LPR ). Их лидеры Анджей Леппер и Роман Гертых получили портфели вицепремьеров. Одновременно лидер 'Самооброны' А.Леппер стал министром сельского хозяйства, а лидер LPR Р.Гертых - министром образования. Представители Самооброны получили ещё два портфеля - министра строительства и министра труда и социальной политики. Министерство морского хозяйства досталось Лиге.

Для правящей 'Право и справедливости' характерен умеренный евроскептицизм, основанный в первую очередь на довольно жёсткой анти-германской политике. Президент страны и один из лидеров PiS а ещё в период предвыборной кампании позволил себе такие высказывания в адрес современной немецкой политики, как и истории польско-немецких отношений, что некоторые немецкие журналисты и аналитики определили их как 'экстремистские'. Также братья Качинские многократно высказывались против принятия проекта европейской конституции. В Европарламенте семь депутатов от PiS входят в парламентскую группу евроскептиков ('еврореалистов') 'Союз за Европу наций'. Однако PiS нельзя назвать партией антизападной - её холодность к Европе компенсируется однозначно проамериканской политикой.

'Самооброна' - близкая к крайне-левым взглядам партия, ориентирующаяся в первую очередь на сельского избирателя. Такой партии естественно быть антиевропейской - от вступления в ЕС пострадало в первую очередь именно сельское хозяйство. В 1990-х годах А.Леппер возглавлял массовые акции протеста против вступления Польши в ЕС (под предлогом защиты польских крестьян и традиционного уклада жизни). Эта же партия считается в Польше одной из самых 'провосточных' - Леппер часто говорит о необходимости формирования максимально добрососедских отношений с Россией и даже о важности развития активного взаимовыгодного сотрудничества между двумя странами, в том числе и в политической сфере. 'Европа должна придавать больше значения сотрудничеству со своими естественными партнёрами на Востоке - Россией и Украиной', - говорится в программе Самооброны. А симпатии А.Леппера к режиму А.Лукашенко уже не раз становились поводом для нападок на него со стороны других польских партий и прессы.

Националистическая 'Лига польских семей' также имеет имидж лидера анти-ЕСовски настроенных избирателей. Лига выступает за сильную государственную власть и охрану суверенитета ('за развитие суверенного народа и независимой Польши'). LPR полагает, что условия участия в ЕС неприемлемы для Польши. 'Развитие Польши может наступить только вне ЕС', - записано в программе партии. Такая позиция имеет весьма схожее с SNS обоснование: процессы европейской интеграции нарушают священное право польского народа проводить самостоятельную политику, негативно влияют на развитие польской культуры, унифицируя её по западным образцам, и превращают Польшу в провинцию большой политической общности, стирающей национальные границы.

В июне 200 4 года состоялись польские выборы в Европарламент, на котором ЛПР получила 10 мандатов, значительно пополнив ряды европарламентариев-евроскптиков. Отец нынешнего лидера партии и один из её основателей Мачей Гертых является соруководителем парламентской группы 'Независимость и демократия' из 37 депутатов наравне с Найджелом Фараджем (кстати, ведь его UKIP смогла провести в Европарламент тоже только 10 депутатов) и Йенсом-Петером Бонде. Осенью того же 2004 года LPR получила на выборах 7,97% голосов, сумев стать одной из партий, поддерживающих правительство меньшинства PiSa . Однако войти в состав правительства LPR смогла только в мае 2006 года. При формировании нового состава коалиционного правительства уже летом этого года (когда премьер-министром Польши стал брат-близнец президента и лидер PiSa Ярослав Качинский) LPR смогла сохранить свои позиции в составе коалиционного правительства.

В отличии от Словакии Польша очень стремилась стать членом ЕС, но став им, своей главной цели уже добилась: появилась масса поводов для негатива в отношении Западной Европы. Это же очень заметно и на примере восточной политики Польши: если ещё вскоре после вступления в ЕС Польша надеялась на 'формирование единой линии ЕС относительно России' с лидирующими позициями в ней у Варшавы, то со временем возобладали скептические настроения, окончательно победившие в связи с принятием плана строительства Северо-европейского газопровода. Западноевропейские страны стали всё чаще называться 'русофильскими', а главным условием проведения Польшей успешной восточной политики сообразно с её национальными интересами была провозглашена 'свобода рук' на Востоке - то есть как раз максимальная независимость Польши от внешней политики Брюсселя на этом направлении. Это и есть позиция 'Права и справедливости'.

Интересно то, что 'Лига польских семей' придерживается иной точки зрения. Наиболее чётко её сформулировал один из основателей и идейных отцов партии проф. Мачей Гертых. Ещё во время теледебатов кандидатов в президенты второго плана ( TVP 2, 03.10.05) он особо подчеркнул, что 'не стоит всё время махать саблей перед Россией по каждому возможному поводу, как делает это 'Гражданская платформа' и особенно 'Право и справедливость'; 'Мы пожинаем плоды решений Круглого стола, когда был взят курс одновременно и на разрыв с коммунизмом, и на разрыв всех связей с Россией, на конфронтацию с ней. Это представлялось единым комплексом, и мы теперь видим, что это было ошибкой'. То есть для LPR вектор неконфронтационной восточной политики представляется соответствующим польским национальным интересам. На фоне негативного отношения партии к членству Польши в ЕС такой подход вполне можно назвать курсом на политику многовекторности.

Всё это вписывается в общую эволюцию польской восточной политики, проводимой даже такой 'анти-восточной' партией, как PiS . Если ещё недавно необходимость свержения режима А.Лукашенко аргументировалась, помимо нарушения им прав человека, ещё и его пророссийской направленностью, то теперь нынешний министр иностранных дел Польши Анна Фотыга уже говорит о необходимости совместных действий с Москвой по изменению внутриполитической ситуации в Белоруссии. В связи с этим одной из главных задач Варшавы объявляется 'доведение до сознания партнёров (!) в Москве, что Украина и Белоруссия являются объектом интересов польского государства, потому что связаны с ним исторически'.

* * *

Очень схожие тенденции с описанными выше случаями Словакии и Польши мы можем наблюдать и в других странах региона. В Чехии прежде либеральная партия 'Гражданская демократическая платформа' ( ODS ) постепенно превратилась в националистическую и антиевропейскую партию, что особенно стало заметно по её избирательной кампании 2002 года. Тогда ей удалось провести своего лидера Вацлава Клауса на пост президента страны. ODS выступает против европейской конституции, введения евро и дальнейшей интеграции в ЕС, подкрепляя всё это тезисами о необходимости сохранения национального суверенитета и развития национально-ориентированного рынка, культуры, образования. Евроскептицизм и в этот раз оказался сопряжённым с декларациями о необходимости нормализовать и активно развивать отношения с Россией, подтверждением чему был визит В.Путина в Чехию в начале марта 2006 года. На парламентских выборах в июне 2006 года ODS смогла собрать 35,34% голосов, заняв первое место. Немалый процент набрала и Коммунистическая партия Чехии и Моравии ( KSCM ) - 12,83%. Компартия в предшествующие годы выступала жёстко против интеграции в ЕС. Она же имеет имидж наиболее последовательного борца с 'судетско-немецкой угрозой' и наиболее жёсткой защитницей 'декретов Бенеша' об изгнании немцев и части венгров после II Мировой войны. Ей же свойственна и традиционная ориентация на Восток, на поддержание тесных связей с Россией.

В Венгрии в апреле 2006 года снова одержала победу левоцентристская коалиция во главе с Социалистической партией премьер-министра Венгрии Ференца Дюрчаня. Правительство это также заявило о необходимости развития тесных отношений с Россией. Ф.Дюрчань называет Россию 'стратегическим партнёром' Венгрии и даже выразил желание вернуть в венгерские школы изучение русского языка. 'Пророссийскость' венгерской Соцпартии не раз отмечалась и на Украине ещё в связи с газовым кризисом. В конце февраля 2006 года Будапешт посетил с официальным визитом В.Путин.

* * *

По всему видно, что страны Центральной Европы отходят от политики безоглядного 'бегства на Запад', но это, конечно, отнюдь не означает и 'возвращения на Восток'. Скорее страны региона начали осознавать наличие у них своих, часто не совпадающих с западными, интересов, причём как внутрирегиональных, так и внешних. Начался процесс образования собственно Центральной Европы не как очереди на запад, а как особого региона со своим собственным лицом. Социологи отмечают, что идёт процесс формирования новой региональной идентичности, новых форм политического самосознания. Если смотреть на наметившийся поворот рассматриваемых стран к России именно с этой точки зрения, то мы должны будем сделать вывод о принципиальном его значении для судеб региона. Его обусловленность связана не с политическим моментом дня настоящего, а с весьма глубокими процессами регионального уровня, имеющими местное происхождение.

Бегство наперегонки на Запад проявлялось не только в разрывах связей с Востоком, но и в разрывах связей между странами внутри региона, причём почти по всем направлениям. Такова была не раз проговариваемая стратегия и самого ЕС: иметь дело с каждой страной в отдельности и препятствовать их региональной консолидации вне ЕС. 'Развал СЭВ привёл к тому, что бывшие восточноевропейские социалистические страны максимально открылись в западном направлении, но отгородились друг от друга', - говорил ещё в 1993 году Вацлав Клаус. Такая ситуация с необходимостью должна была обернуться новой политикой по налаживанию внутрирегионального сотрудничества и восстановления разрушенных связей. Этот процесс можно сравнить с 'возвращением к себе', с обретением новой региональной идентичности и основанных на ней контактах и политических стратегиях. Последнее влечёт за собой реставрацию не только связей между странами региона, но и порванных нитей, связывавших регион с Востоком.

Интересные исследования структур идентичности, о которых пишет Д.Поллак, показали, что если у человека из Центральной Европы преобладает сочетание национальной и общеевропейской идентичностей, то он настроен про-западно, а если сочетаются преобладающие национальная и региональная идентичности, то он скорее всего евроскептик или даже вестернофоб, отвергающий 'западные ценности' (см. обзор Л.Н.Шаншиевой его статьи 'Национализм и евроскептицизм в посткоммунистических государствах Центральной и Восточной Европы' в: Восточная Европа: национальные культуры в контексте глобализации и интеграции. М., 2006. С. 9-17). Центрально-европейская идентичность ещё по большому счёту не сложилась, однако именно сейчас начался активный процесс её формирования. И главным для неё становится негатив к тому понятию о Центральной Европе, которое высказано у Д.Шмигулы в цитировавшейся уже статье. Для него она является своего рода 'залом ожидания' перед вступлением в Западную Европу, а не самостоятельным и самоценным регионом. Целью центральноевропейского сотрудничества он объявляет исчезновение самой Центральной Европы, через превращение её в часть Западной Европы. Происходят процессы осознания самоценности центральноевропейского региона, наличия у его стран своих, не совпадающих с западноевропейскими, интересов, как и понимания их частичной общности. Меняется односторонне прозападная ориентация политики центральноевропейских стран и они переоценивают свои связи с Востоком.

На пути формирования центральноевропейской региональной идентичности стоит ряд проблем. Существует венгерский и польский мини-империализм. Польша традиционно позиционирует себя как 'первый среди равных' в Центральной Европе. А Чехия уже привычно претендует на роль наиболее продвинутого на Запад государства, лидера региона в процессах вестернизации. В Словакии центральноевропейскость традиционно не пользовалось особой популярностью, так как рождала ассоциации с Австро-Венгерской империей. Хотя с середины-конца 1990-х здесь тоже стали внимательнее относиться к центральноевропейскому сотрудничеству. Существует и ряд национально-этнических проблем, которые требуют соединения усилий разных стран региона. Есть цыганский вопрос, который может стать общим для Словакии, Чехии, Венгрии, а также Румынии. Им грозит неконтролируемый рост неквалифицированной, неадаптированной, полностью зависящей от социальной помощи государства этно-расовой группы. У Польши и Чехии есть общая проблема противостояния попыткам со стороны Германии предать осуждению на международном уровне послевоенные переселения народов и начать процесс возвращения изгнанных немцев на западные земли этих государств. Общие для Центральной Европы и проблемы энергетической политики. По мере формирования центрально-европейского самосознания и региональных связей страны региона будут более чётко определять свои национальные интересы и отстаивать их на европейском уровне.

Тем более актуальны эти перемены, что с 1 июля сего года председательство в ЕС перешло к Финляндии, которая открыто провозгласила в своей программе, что на ближайшие пол года приоритетными для ЕС станут именно отношения с Россией. Термин 'финляндизация', ставший в последнее время столь актуальным, кем-то расценивается как 'покорность и осторожная позиция к России', кем-то как 'прагматичное сотрудничество и поддержание корректных отношений с Россией', однако в любом случае означает избегания конфронтаций с нею и попытку развивать конструктивные отношения. На фоне наметившегося потепления в отношении стран Центральной Европы к России это даёт возможность значительно улучшить отношения со странами ЕС. Тем более, что за Финляндией председательство перейдёт к такому важному партнёру России в ЕС, как Германия.

Правда, стоит и помнить, что это потепление является лишь наметившейся тенденцией, имеющей немало противодействия. В первую очередь это касается общей политической нестабильности стран рассматриваемого региона, в которых политический маятник качается из стороны в сторону иногда чаще, чем раз в четыре года, а также традиционной антироссийской политики Польши. Вошедшие в состав коалиционного правительства Samoobrona и LPR пока погоды в Варшаве не делают, тогда как правящая PiS настроена весьма конфронтационно. Более того, Польша традиционно выступает с инициативами как общеевропейской, так и центральноевропейской солидарности именно в вопросах восточной политики. Последнее время, однако, польская дипломатия находится в явном кризисе: об этом свидетельствует как её относительная изоляция по линии отношений ЕС - Россия, так и внутренние конфликты и неурядицы в самом польском МИДе. При нынешних условиях терпит крах как одиночно-враждебная позиция Варшавы относительно Москвы, так и любые попытки построить под эту позицию соседние страны.

Поворот Центральной Европы к России явно наметился, но может быть и погашен действиями самой РФ. Надо признать, Россия ничего не сделала для того, чтобы этот поворот состоялся: он происходит, скорее, вопреки её политике. По сути, мы не имеем ни одной вразумительной концепции развития долгосрочных отношений, которую Россия могла бы предложить странам этого региона и которая их действительно заинтересовала бы. Однако сложившаяся ситуация даёт шанс существенно поправить дела в этом важнейшем для России регионе, который не раз уже играл ключевую роль как в её истории, так и в истории всей Европы.
Загружается, подождите...
0

Error: Can't open cache file!
Error: Can't write cache!