Мнения экспертов

Казалось бы, прибавлять рекламы ДПНИ уже нет необходимости. Помимо того, что Белов & Со сами сделали во время 'полевых работ' в Кондопоге и в Петрозаводске, весомую лепту внесли СМИ, в том числе электронные. На меня лично произвело впечатление то, как было сделано политическое шоу на ТВЦ 'Народ хочет знать'. Стоявшие у стойки Затулин и Немцов были не очень-то интересны. Затулин, как всегда, глубокомысленно выдал несколько банальностей (неважно, в данном случае, что банальность - это застывшая истина; застывшая ведь, и потому не цепляющая глаз и ухо), а Немцов - тоже, как всегда - суетился и пытался подойти к предмету рассуждения со всех сторон сразу, защищая попеременно все возможные, в том числе, нестыкующиеся точки зрения, доступные его разумению. Правда, при таком 'ковровом' подходе, Немцов сумел задать непростой вопрос генералу, пытавшемуся свести кондопожскую историю к пьяной драке, затеянной компанией вернувшегося с зоны криминального ветерана. Вопрос, который заставил задуматься всех присутствующих, включая Прошутинскую и Затулина: 'Таких драк в России происходит тысячи ежедневно - и что, каждый раз в результате пьяной драки уголовников на улицы выходят тысячи людей?'.

В том политшоу мое внимание привлекли два момента. Во-первых, выхваченный кадр, когда Белов (которого уже чуть ли не Йоргом Хайдером величают) что-то тихо вещает на ухо Александру Ципко, а тот внимательно слушает, хотя и делает вид, что его нет в студии. Телевизионщики прекрасно понимают, что такой интимный момент работает исключительно на репутацию Белова. Другой момент - фрагментарная дискуссия между Беловым и Якеменко. Белов был спокоен и ироничен, поскольку в дискуссии с Якеменко очевидным образом задействовал тот уличный ресурс, который приобрел в Кондопоге. А Якеменко же 'отрабатывал номер'. Лидер 'Наших' говорил абсолютно в формате той 'параллельной' политики, которая звучит у нас на сцене ГД. Мы, мол, не позволим вам зарабатывать на трагедии в Кондопоге политический капитал.

Создалось вполне отчетливое впечатление, что наши статусные политики и публицисты не могут ничего противопоставить риторике Белова, а потому проигрывают ему в глазах публики. И вполне понятно, почему. Потому, что Белов со знанием дела выговаривает в публичном пространстве те слова, которые обыватель говорит на кухне. Впрочем, политики тоже их говорят, когда становятся обывателями у себя на кухне или на рынке. Хотя, если быть точным, Белов выговаривает в публичном пространстве не слова, а смыслы, так как за слова ответить можно в соответствии с УК, а за смыслы?..

Что такое, собственно, ДПНИ? Можно сказать, что это эффективная сетевая структура, действующая по мобилизационному принципу. Структура ДПНИ напомнила мне, признаться, латвийский Штаб защит русских школ, который я и строил вместе с коллегами задолго до появления 'Поры' на Украине, и за строительство которого был депортирован из Латвии без суда и следствия: отсутствие формальной структуры; отсутствие иерархии и формальных лидеров; наличие информационных центров по всей стране, каждый из которых является центром собственной локальной сети; определяющая роль, с одной стороны, современных информационных технологий, а с другой - протестной уличной тусовки (карнавал). В Латвии, после того, как Штаб в течении года ставил на уши всю страну (более 200 акций, самой большой из которых был 50-тысячный митинг в день вступления Латвии в Евросоюз), и после того, как ведущие иностранные СМИ брали интервью параллельно у премьер-министра и вашего покорного слуги, в полиции безопасности задавали вызванным активистам только два вопроса: кто является руководителем Штаба и каков в Штабе механизм принятия решений? Согласитесь, совсем неплохо, и это при абсолютной прозрачности работы штаба как для сочувствующих ему русских латвийцев, так и для спецслужб (опознанные агенты в штатском, обнаруженные нами жучки в помещении Штаба, прослушка телефонов и прочие прелести). В чем был секрет успеха при кажущемся отсутствии организации? В том, что и руководителей (которые все ж таки были) Штаба, и активистов, и сочувствующих, воодушевляла одна-единственная, но затрагивающая кровные интересы и абсолютно понятная цель. Конечно, за этой простой и воодушевляющей целью тянулась цепочка связанных с ней смыслов, но они только подразумевались и потому не вызывали, как правило, внутренней дискуссии, способной привести к расколу. Воодушевляющая идея/цель + сетевая структура + интернет и мобильная связь + свободное время у операторов сети + неумное давление со стороны властей = страна на ушах.

Чем отличается несуществующая - сетевая - структура от существующей? Тем, что ее нельзя разрушить извне. Она может сломаться изнутри (почему - отдельный разговор), но этот срыв невозможно прогнозировать. Для любой страны такая структура в оппозиционном (и, тем более, маргинальном) поле - большая проблема. Особенно накануне выборов высшей законодательной и верховной властей. А ДПНИ, возможно, на пороге создания такой мобилизационной структуры, собранной под более чем понятную и воодушевляющую (увы, это надо признать) идею/цель - долой 'чужих'!

Если вернуться к словам, то причина, по которой риторика ДПНИ оказывается победительной в экстремальной ситуации, заключается, на мой взгляд, в сложившемся за последние почти 20 лет неправильном восприятии страны политиками и неправильной подаче страны ее гражданам. Так, власти вовсю боялись оранжевой революции и мочили НБП, а оказалось, что страна развивается совсем в другом ключе и борьба велась, по существу, с ветряными мельницами. Не пройдут у нас оранжевые технологии, и никакие американские фонды и украинские технологи не помогут. У нас, увы, будут свои. И диагноз эксперта Горбачев-фонда В.Соловья, что через год, если не будут произнесены правильные слова и произведены адекватные действия, у нас будет 'Кондопога по всей стране', звучит вполне многообещающе.

Через год предвыборная кампания будет в разгаре. И сетевая структура под названием ДПНИ (или как она там будет называться через год? - еще один способ бороться против репрессий) разрастется вширь и вглубь, накопит опыт побед и поражений. И если Государство Российское не выдвинет альтернативного проекта решения - именно решения, а не замыливания и не загона под лавку: лакировочная и репрессивная модели поведения - проблемы разнообразных 'чужих' на своей территории, то победит на выборах та партия/партии, которую поддержит ДПНИ. Если Государство Российское не найдет способа убедить русский народ в том, что он остается хозяином на своей земле, то на выборах победит та партия/партии, которую поддержит ДПНИ. Все просто.

До тех пор, пока мы не перестанем с высоких трибун транслировать фикции. До тех пор, пока не прекратим строить фиктивную федерацию и вообще непонятно какое государство. До тех пор, пока не признаем нашу страну Империей (с ее многонациональностью и многоукладностью, с ее центром и периферией, с ее титульным народом-строителем империи и с ее особым отношением к границе, с ее высшим предназначением и смыслом и с ее специальными имперскими национальными практиками), у нас, помимо прочих 'радостей', будет идти перманентная агрессия национальных окраин по отношению к имперскому центру, продиктованная в большей степени экономическими мотивами, но также и стремлением к сатисфакции со стороны нацменьшинств (ведь на протяжении ХХ века только ленивый не говорил нам о праве наций на самоопределение). Плюс еще брутальный, агрессивный в некоторых своих проявлениях ислам, который по дуге - с юга и юго-востока на восток и северо-восток к предгорьям Урала - опоясывает имперский центр.

В этом смысле события в Кондопоге стали яркой - слишком яркой?! - иллюстрацией к полемике об имперском дискурсе между Глебом Павловским и Павлом Святенковым, между державниками и антиимперцами, между имперскими националистами и националистами племенными (великорусскими). Об этом в другой раз, но стоит уже здесь сказать, что в рамках указанной дискуссии давно пора отказаться от вопроса 'Строить или не строить нам Империю?'. По той простой причине, что Государство Российское в его нынешнем виде уже является империей. И вопрос стоит лишь о том, как нам нашу Империю Российскую обустраивать.