Rambler's Top100 Service

Референдум не даст приднестровцам ответа на вопрос, как им жить дальше

Аналитик Центра политологии и избирательных технологий, г.Кишинев
14 сентября 2006

Приднестровье находиться сегодня на распутье. Большинство прежних иллюзий приднестровцев к настоящему времени окончательно рассеялись. Не случилось возрождения СССР. Не удалось сохранить ни советскую власть, ни социализм. 'Помаранчевая' революция на Украине сделала Киев союзником Кишинева и привела к экономической блокаде региона. Россия, которая всё ещё продолжает фактически 'содержать за свой счёт' ПМР, во всё большей степени начинает тяготиться этой немалой обузой. Безработица, низкий уровень жизни, состояние международной непризнанности побуждают всё большее число приднестровцев покидать родные места и отправляться в поисках работы и средств существования в чужие страны. Для этого им приходится обзаводиться молдавским, российским, украинским, либо даже румынским гражданством, чтобы иметь 'нормальный' паспорт, по которому можно выехать за пределы ПМР, в 'нормальные' страны.

В общем и целом, несмотря на то, что на Левобережье сосредоточен основной промышленный потенциал бывшей МССР, жизнь народа ПМР мало чем отличается от жизни граждан суверенной и независимой Республики Молдова - та же нищета, то же бесправие и забитость большинства простых граждан. И на левом, и на правом берегах Днестра люди безмерно устали от такой жизни, поэтому, если бы им дали возможность самим свободно решать свою судьбу, они уже давно бы договорились обо всём друг с другом и вновь стали бы жить вместе, как это было раньше. Это было бы очень легко осуществить хотя бы потому, что многие из них связаны родственными узами.

Можно вспомнить, как оживились отношения между Приднестровьем и Молдовой по всем направлениям после подписания в мае 1997 года Московского меморандума об основах взаимоотношений между РМ и ПМР - буквально на глазах возникали всё новые 'мосты' между берегами - политические, экономические, культурные, гуманитарные. Люди с обоих берегов Днестра потянулись друг к другу. Началась широкая дискуссия о будущем общем государстве Молдовы и Приднестровья. Многим тогда казалось, что еще несколько лет такой политики, еще несколько решительных шагов политической элиты - и все причины, породившие раскол, исчезнут, растворятся, будут сметены с пути, ведущего к созданию общего государства. Ведь простым людям на обоих берегах Днестра делить было нечего. Но временное примирение и налаживание контактов уже летом 2001 года сменилось новым витком конфронтации, причина которой кроется в том, что, в отличие от простого народа, политическая и экономическая элита Молдовы и Приднестровья никак не может поделить экономику Левобережья. Именно здесь 'зарыта собака'. Именно это является сегодня главной и, наверное, единственной причиной того, что на смену едва начавшейся 'оттепели' в отношениях между Кишиневом и Тирасполем вновь пришла война. На этот раз, к счастью, пока только 'холодная'.

О том, что власти Тирасполя тоже понимают тупиковость нынешней ситуации, свидетельствует хотя бы тот факт, что они согласились на условия создания ассиметричной федерации Молдовы и Приднестровья, изложенные в известном Меморандуме Козака, одобренном и президентом Ворониным. Но, как известно, нашлись 'заинтересованные' внешние силы, которые помешали реализации этого проекта. Хотя, как считают многие эксперты, при некоторой корректировке, он мог бы, действительно, раз и навсегда решить проблему Приднестровья.

Власти Молдовы, конечно, глубоко ошибаются, если думает, что граждане на левом берегу Днестра согласятся на 'полную и безоговорочную капитуляцию' на условиях, которые они им продиктуют. Этого, судя по всему, не случится. Граждане зажатого в тисках экономической и политической блокады Приднестровья, как бы тяжело им не приходилось, как бы критически они не относились к своему руководству, не пойдут под нынешнюю власть в Молдове, так как видят все её проблемы, в том числе и в области демократии.

Складывается впечатление, что команда Игоря Смирнова в настоящее время просто не знает, что делать дальше и куда идти. Стало, однако, уже традицией, что в ситуациях, когда власти Приднестровья не знают, что делать и как поступать, они не находят лучшего выхода, как провести очередной 'референдум о независимости'. Так они поступили и на сей раз, назначив референдум на 17 сентября 2006 года. Сама по себе идея этого референдума в создавшейся ситуации представляется, на первый взгляд, вполне логичной: это довольно сильное политическое оружие, способ сплочения и мобилизации общества, достаточно веский аргумент в дискуссии Тирасполя с Кишиневом, своеобразное 'заявление о намерениях' перед Востоком и Западом.

Но, по здравому размышлению, нельзя не придти к выводу, что идея референдума, на которую в Тирасполе возлагается столько надежд и в подготовку которой вложено столько сил и средств, может не только не пробить брешь в политической и экономической блокаде Приднестровья, чтобы принести ему желанное международное признание, но и рикошетом ударить по всему левобережному региону. Причины этого кроются в том, что высшее руководство Приднестровья, допустило ряд серьезных просчетов, могущих иметь далеко идущие негативные последствия, слишком поспешно и необдуманно объявив о проведении этого референдума. Конечно, мало кто сомневается, что приднестровцы выскажутся против вхождения в состав Молдовы, за независимость своего края, за его объединение с Россией. Всё это так, и это, на первый взгляд, самое главное. Но дьявол, как говорится, кроется в деталях.

Во-первых, до сих пор так и не определена окончательно судьба Косово. Решение о признании его независимости, которое, казалось, вот-вот будет принято, по ряду весьма веских причин 'зависло', а потому долгожданный прецедент для признания независимости Приднестровья, на который в Тирасполе возлагалось столько надежд, сегодня, как и прежде, отсутствует. Неопределенность в этом вопросе, скорее всего, не позволит России официально признать итоги референдума в Приднестровье. К тому же, сегодня руководство России, исходя из своих высших внешнеполитических интересов, не только традиционно поддерживает Сербию в ее стремлении не потерять исконно принадлежащий ей Косовский край, но и, возможно, пойдет даже на блокирование в Совете Безопасности решения по признанию независимости Косово, если его попытаются принять вопреки позиции Сербии, которая этого упорно не желает.

Во-вторых, референдум в Приднестровье, который, по задумке его организаторов, 'должен поставить крест' на дальнейших контактах и переговорах о создании общего государства между Тирасполем и Кишиневом, странным образом, проводится в то самое время, когда Министерство иностранных дел Российской Федерации предложило новый план мер, направленных на возобновление переговорного процесса по приднестровскому урегулированию, о чём заявил на пресс-конференции в Москве спецпредставитель по связям со странами СНГ МИДа РФ, посол по особым поручениям Валерий Кеняйкин. По его словам, этот план 'содержит предложения по разблокированию переговорного процесса между Молдавией и Приднестровьем в три этапа'.

На первом этапе предлагается достигнуть консенсуса между посредниками, пока без проработки деталей между Молдовой и Приднестровьем. Для этого нужно будет разработать статус новой модели приднестровского государства. Имеются наработки в виде меморандума Козака, украинская 'дорожная карта' и план Евгения Примакова, предложенный в 1997 году, в его бытность главой МИДа России. Всё это однозначно свидетельствует лишь об одном: в то время , как Тирасполь посредством референдума пытается добиться 'окончательного ухода из Молдовы', официальная Москва, напротив, ищет варианты решения проблемы Приднестровья на условиях территориальной целостности Молдовы, а потому инициирует возобновление переговорного процесса. Маловероятно, что после такого заявления представителя своего МИДа она сможет поставить вопрос о признании независимого статуса Приднестровья.

В-третьих, затеянный Тирасполем референдум, по сути, преследует одну единственную цель - добиться присоединения Приднестровья к Российской Федерации. Безусловно, эта идея очень популярна сегодня в задушенном блокадой регионе, она обладает большой притягательной силой для большинства приднестровцев, мучительно ищущих способ вырваться из создавшейся изоляции. Но что будет после того, как референдум состоится, большинство граждан поддержат эту идею, а присоединения к России так и не произойдет? Очевидно, что наступит горькое разочарование. Будет нанесен сильнейшей удар по престижу высшего руководства Приднестровья, а заодно и по всем тем политически силам, которые его поддержали, выступив за референдум.

В-четвертых, судя по настроениям в приднестровском обществе, можно утверждать, что референдум покажет желание граждан Приднестровья не иметь больше ничего общего не с Молдовой, как таковой, не с её народом, а, прежде всего, с её нынешним руководством во главе с Ворониным. Желание приднестровцев присоединиться к России продемонстрирует, с другой стороны, что они больше не доверяют и своему собственному руководству, которое оказалось неспособным выполнить данные народу обещания.

В-пятых, и это , пожалуй, самое важное, референдум не даст приднестровцам ответа на вопрос, как же им дальше жить, как будут решаться политические и социально-экономические проблемы региона. Даже если 100% приднестровцев проголосуют так, как их призывает команда Смирнова, они всё равно не получает ответа на вопрос, что же будет с ними завтра, наступят ли позитивные перемены, или вновь последуют призывы 'потуже затянуть ремни'? Главная ошибка высшего руководства Приднестровья, на мой взгляд, состоит в том, что оно не сумело за все 16 лет существования ПМР предложить своим гражданам такой проект развития, который объединил бы народ вокруг целей созидания, дал бы ему веру в свои силы, в счастливое будущее своего края.

В силу вышеприведенных причин, референдум, по моему мнению, не станет тем 'переломным моментом' и не сыграет той 'исторической роли', на которые надеются его организаторы. Зато он может стать катализатором последующих бурных политических событий в регионе, последствия которых пока предсказать невозможно. Во всяком случае, неизбежной станет решительная схватка в борьбе за власть между командой Смирнова и его конкурентами.

Нельзя не заметить, что предстоящему 17 сентября 2006 года в Приднестровье референдуму сопутствует ряд весьма странных моментов в поведении официального Кишинева. Прежде всего, бросается в глаза удивительная пассивность, как команды президента Воронина, так и политических партий и общественных объединений Молдовы. Складывается впечатление, что их вообще не волнует, как будет развиваться ситуация на левом берегу Днестра. Кишинев явно ждет, что все проблемы за него станут решать страны - посредники, ЕС, ОБСЕ, США, а потому ограничивается лишь декларациями своего МИДЕИ относительно того, что итоги приднестровского референдума 'никто не признает', а потому, дескать, и говорить об этом 'не стоит'.

Одновременно в самой Молдове происходят события, которые объективно оказывают значительное влияние (не в пользу Кишинева!) на волеизъявление приднестровцев. Во-первых, военные маневры НАТО на Бульбоакском полигоне, находящемся в трех километрах от Зоны безопасности, 'странным образом' совпали по срокам с подготовкой и проведением референдума в Приднестровье. Естественно, что пропагандистская машина Приднестровья не могла не обыграть в выгодном для себя свете это событие. Во-вторых, именно в эти дни в Кишиневе 'группой неизвестных лиц' начата массовая акции по направлению в консульство Румынии 'писем счастья', в которых высылаются прошения и необходимые документы на получение румынского гражданства. На Главпочтамте Кишинева толпятся сотни возбужденных людей, свыше 80 тысяч человек уже отослали такие письма, и их число продолжает расти.

В целом же, вполне очевидно, что Воронин и его команда не имеют своего собственного видения решения проблемы Приднестровья. Они, конечно, ведут себя по отношению к Приднестровью достаточно агрессивно, но это, отнюдь, далеко не лучший подход к решению столь сложной, деликатной и запутанной проблемы.

Возникает естественный вопрос, как же могут развиваться отношения между Молдовой и Приднестровьем после референдума? Вполне возможно, что после референдума вообще ничего не случится и не изменится. Референдум пройдет, о нем пошумят СМИ, но ожидаемых Тирасполем решений со стороны России не последует, и потому через некоторое время народ о нём забудет, а вот вялотекущий конфликт между Молдовой и Приднестровьем так и будет продолжаться еще очень длительное время. От этого конфликта будут по-прежнему проигрывать обе стороны, но с упорством, достойным лучшего применения, и Кишинев, и Тирасполь будут стоять на своем и метать 'громы и молнии' друг в друга. Этот вариант можно назвать 'пессимистическим', но он, судя по всему, и наиболее реалистичен в данной конкретной обстановке.

'Оптимистическим' вариантом явилась бы реализация тех предложений, которые вновь выдвинуты МИД-ом России. На базе нескольких документов, которые уже ранее обсуждались и в каждом из которых стороны находили позитивные моменты, может быть подготовлен новый, устраивающей всех, документ. Но, чтобы это произошло, нужна политическая воля нынешнего руководства Молдовы и Приднестровья (существуют, правда, большие сомнения, что она у них когда-нибудь найдется). Нужны также механизмы подготовки такого рода документов. Предложения по создания этих механизмов уже выдвигались ранее некоторыми молдавскими политиками. Озвучивались они и в России, доводились до сведения приднестровских политиков. Речь идет, в первую очередь, о формировании Молдавско-Российкого Форума политиков, бизнесменов и экспертов, который, наряду с вопросами развития отношений между Молдовой и Россией, поставил бы перед собой цель выработать реалистичные подходы к решению проблемы Приднестровья. Естественно, в работе форума приняли бы участие и представители ПМР. Насколько известно, России такие предложения уже направлены и изучаются.

Очень многое в плане позитивного решения проблемы объединения Приднестровья и Молдовы зависит от позиции ЕС, ОБСЕ, США. Односторонне поддерживая Кишинев в его антиприднестровской политике, обещая ему помощь в демократизации Приднестровья, Вашингтон и Брюссель закрывают глаза на большие проблемы с демократией в самой Молдове, на множество фактов, свидетельствующих о попрании здесь демократических свобод и прав человека. Тем самым, Запад, возможно, вопреки своему желанию, способствует ещё большему отчуждению между народом Приднестровья и Молдовы. Видя творимый нынешними кишиневскими властями произвол в отношении своего народа, мало кто из граждан Приднестровья преисполняется симпатиями к Молдове. Очевидно, что до тех пор, пока в Молдове не установится подлинно демократическая власть, политика которой станет привлекательной не только для самих молдавских граждан, но и для приднестровцев, трудно ожидать каких-либо подвижек в 'размораживании' приднестровского конфликта, в сближении правого и левого берегов Днестра.

Очень многое в решении приднестровской проблемы зависит, безусловно, и от России. Она в ответе за судьбу народа этого края хотя бы потому, что за прошедшие шестнадцать лет фактически 'приручила' его, постоянно оказывая политическую, экономическую и гуманитарную помощь. Поэтому сейчас очень важно, какой вариант развития ситуации выберет Россия. Будет ли она и далее считать своей первоочередной задачей сотрудничество только с Тирасполем, или же активизирует политику, касающуюся всей Молдовы, включая Приднестровье.

В Кишиневе есть трезвомыслящие политики, которые считают, что дружба и сотрудничество со всей Молдовой принесет несомненную выгоду как России, так и Молдове. Содействие развитию и укреплению стратегического сотрудничества России с Молдовой повысит их авторитет в глазах народа, обеспечит поддержку на выборах и позволит прийти к власти. Односторонняя же ориентация России только на поддержку ПМР объективно будет способствовать активизации и усилению в Молдове позиций русофобов, антироссийских политиков. А это негативно скажется на судьбе всех русских, проживающих в Молдове. Кстати, Москве не следует забывать, что именно в правобережной Молдове проживает основная часть русских граждан Молдовы.

Референдум - важная веха в общественно-политической жизни Приднестровья, да и всей Молдовы. Но при любом его результате точка в этой проблеме так и не будет поставлена. Просто начнется новый отсчет времени. Очень хотелось бы, чтобы это время ознаменовалось событиями, которые будут способствовать объединению страны, а не ее окончательному распаду. Сегодня это еще возможно. Завтра может быть уже слишком поздно.
0

0