Rambler's Top100 Service

НАТО - неопознанный геополитический объект

Президент Фонда эффективной политики, член Общественной палаты РФ
28 ноября 2006

Из выступления Глеба Павловского, президента Фонда эффективной политики на Международной конференции 'НАТО и безопасность в Евразии' 24 ноября 2006 г.

 

Сегодня НАТО является своего рода неопознанным геополитическим объектом. Принято считать, что причиной проблем НАТО являются разного рода неприятные новости из современного мира, которые сейчас интенсивно обсуждаются в преддверии Рижского саммита. Возникли серьезные сомнения в способности альянса выполнять базовые задачи без серьезных реформ. Доклады, которые подготовлены предварительно к этому саммиту, наполнены перечнями очень серьезных проблем и сомнений в способности альянса выполнять заявленные задачи, в особенности за пределами традиционного региона НАТО. Многие, как выразился Саймон Сарфати, опасаются, что НАТО сбилось с пути. Альтернатива, при этом, остается не вполне ясна. На меня лично документы, подготовленные к саммиту альянса, производят впечатление некоторого советского дежавю, где проблемы описываются как результат отдельных недостатков и недоработок членов альянса, а также происки тех или иных их противников.

На деле, когда мы сталкиваемся с такой риторикой, мы понимаем, что речь идет о реальности, которая концепционно и стратегически не описана. Нынешний дрейф НАТО, который обычно именуют расширением в 90-е годы, больше напоминает полураспад. И я бы обратил внимание на удивительную аналогию между мантрой о расширении НАТО и мантрой об интеграции на постсоветском пространстве в 90-е годы. И там, и там мы видели достаточно хаотические движения, разумеется, в случае НАТО значительно более финансово, материально и политически поддержанные, но результативность обоих процессов оставалась долгое время минимальной.

В России обычно говорят, что мы не против расширения НАТО и вступления новых членов, добавляя: мы против вступления новых членов в нетрансформированное НАТО. НАТО в некотором смысле трансформируется, просто процесс трансформации становится, чем дальше, тем более неуправляемым. И, я думаю, это часть неуправляемой трансформации того пространства, в котором НАТО пытается действовать. Это результат потери управляемости. Например, если мы рассмотрим постсоветское пространство, то увидим, что в течение последних пятнадцати лет Россия погасила все войны, которые шли на постсоветском пространстве, за исключением единственной войны внутри самой России, войны в Чечне, с международным терроризмом и сепаратизмом, распространения которого Россия также не допустила: Также важное обстоятельство, что Россия не допустила интернационализации войны в Чечне, а сохранив ее внутри себя, купировала конфликт, и через стадию чеченизации самого конфликта лишила его военного характера.

Итак, в течение пятнадцати лет в целом мы наблюдаем на Евровостоке мирное пространство, что означает существование той или иной формальной или неформальной архитектуры безопасности. Если есть мир, значит, действует система безопасности, устанавливающая этот мир, другого просто не бывает. И Россия не понимает, на что, собственно говоря, предлагается заменить эту систему. В этом смысле расширение НАТО реальной военно-стратегической проблемой для России не является, это скорее процесс бесконечного создания раздражителей для России с целью, достаточно прозрачной для нас, мягкого сдерживания Китая и России, этих двух новых мировых реальностей. Но я не считаю, что это сдерживание реально успешно и эффективно. Более того, я готов утверждать, что НАТО, являясь сегодня, скорее, медийно-бюрократическим артефактом, без военных усилий не способно реально разрушить архитектуру безопасности, сложившуюся на постсоветском пространстве в последние десятилетия и развивающуюся в настоящее время в таких системах, как СНГ, ОДКБ, Шанхайская Организация Сотрудничества.

Я попрошу извинить меня за одно философское утверждение: в основе самой идеи, что можно построить тот или иной мировой порядок, лежит заведомо ошибочная догма об искусственности мира, о том, что мировой порядок является чьим-то самовыражением, что его можно создать и изменять по своему произволу. Действующий мировой порядок является оформлением некой мировой реальности, и эта реальность все еще остается вестфальской системой с ее ялтинско-потсдамскими дополнениями, то есть миром суверенных наций разного веса, действующих в международно-правовом пространстве. Сегодня внутри этой реальности разворачивается ряд новых мировых держав, я бы сказал, новых мировых проектов, таких как Евросоюз, новая Россия и новый Китай. Чем же является в этой ситуации НАТО?

Я бы рискнул утверждать, что нетрансформированное НАТО превращается в то, что можно назвать постзападным миром - неуправляемое, рыхлое, расползающееся пространство, открытое для внутренних манипуляций, а со временем и для внешних. Для России это, безусловно, раздражитель, в будущем это, возможно, манипулируемый объект, но никак не военная проблема. Неправильно для России устраняться от управления трансформацией постзападным миром, потому что неконтролируемое развитие постзападного мира может создать такие же проблемы для мирового порядка, как и неуправляемое развитие постсоветского пространства. Мы видим, например, в таких странах, как Грузия и Украина, попытки создания стран-витрин для демонстрации той или иной геополитической идеологии. Такая же неудача с тяжелыми последствиями ожидала создание страны-витрины в Ливане, мы видим трагическое развитие ситуации. Такой же результат, я думаю, будет иметь попытка создания страны-витрины в Пакистане, в Афганистане и в ряде других стран. Украина потеряла полтора года на попытки создать форму, видимость соответствия тем или иным представлениям постзападного пространства о себе, войти в постзападное пространство.

Итак, с моей точки зрения, опасность представляет собой не НАТО, а разного рода манипуляции инфраструктурой НАТО, ведущие к поощрению безответственных режимов, подобных грузинскому. При этом я уточню, что имею в виду: рядом с нашей границей находится государство, руководство которого продолжает настаивать на своем намерении и способности навязать войну на Кавказе в любой момент по собственному выбору и против нашего желания. Отказываясь подписать соглашение о неприменении силы с Абхазией и Южной Осетией, Грузия еще раз демонстрирует свое намерение остаться фактором латентной войны на Кавказе. Поддержка ее со стороны НАТО, а также то, что политика Грузии заявляется как политика адаптации к условиям НАТО, делает эту ситуацию особенно опасной, но не создает реальной стратегической угрозы для Российской Федерации.

Я не буду упоминать про Афганистан, который сегодня превратился в школу мобильных молодых военизированных безответственных кадров, которые в дальнейшем будут использоваться не только в Центральной Азии, но и за пределами региона, что не является большой тайной ни для кого. Постзападное пространство тормозит развитие взаимодействия России и Евросоюза. В частности, я бы отметил такое обстоятельство, что НАТО используется сегодня для того, чтобы подрывать европейские усилия по выстраиванию европейской обороны. Это раздражает, думаю, не только Россию, но и ряд европейских стран. Итак, мы, имея дело с нынешним затянувшимся процессом перестройки постзападного пространства, в значительной мере теряем время, необходимое для того, чтобы включиться, в частности, в построение новых мировых регионов и в реорганизацию мировых регионов. И Евросоюз, и Россия, и Соединенные Штаты Америки, и новый Китай нуждаются в общепринятой и общепризнанной архитектуре новых мировых регионов, в Центральной Азии, на Ближнем Востоке, в регионе Черного моря, Кавказа, в построении архитектуры безопасности, исключающей распространение ядерного оружия и терроризма. НАТО в нынешней форме и с нынешней повесткой дня, к сожалению, не является способом перехода к этой новой глобальной адженде и в какой-то степени является угрозой либеральной перспективе построения мирового порядка.

 

0

0