Rambler's Top100 Service

Независимость Абхазии и Южной Осетии выгодны и Грузии и России

Депутат Московской Городской Думы
14 декабря 2006

 

Как известно, Абхазия в 1999 году провела референдум о своей независимости, результаты которого не признала ни Грузия, ни международное сообщество.

Среди российских специалистов по международному праву в этой связи уже несколько лет идет весьма бесплодная дискуссия об основных принципах, заложенных еще в Уставе ООН: 'самоопределения народов' и 'территориальной целостности государств'. Вроде бы и можно было бы признать за народом Абхазии, являющийся целостным, отличным от основного грузинского, этносом, на международном уровне право на независимость, но при этом будет нарушена территориальная целостность демократической Грузии, члена ООН, общепризнанного государства. Ждали прецедента в Косово, и не дождались, а вот теперь приходится считаться и с референдумом о независимости Южной Осетии.

Россия давно находится в трудном положении: бросить своих союзников и друзей на произвол судьбы невозможно: такой слабости и унижения допустить нельзя. Признать Абхазию в одностороннем порядке, а, следовательно, испортить свою международную репутацию, и без того неоднозначную, - такая роскошь в нашем положении непозволительна. Остается только застыть в позе буриданова осла и 'ждать у моря погоды'?!

Однако если посмотреть на проблемы Абхазии и Южной Осетии с точки зрения трезвого расчета, то пребывание этих двух народов в составе Грузии, в первую очередь, не выгодно для самой Грузии. Если представить себе на минуту, что грузинскому руководству паче чаяния придется наводить 'конституционный порядок' на этих территориях, то кроме войны и даже геноцида ничего не просматривается. А это для самих грузин и потери в войсках, и рост терроризма, и проблемы беженцев и 'возвращенцев', и материальный урон, и финансовые траты, и потеря международного престижа страны, и скверные перспективы в отношениях с набирающей мощь Россией. Правильно было бы 'отпустить' Абхазию и Южную Осетию в 'свободное плавание' и связать взамен Россию соглашениями о дружбе и сотрудничестве в интересах экономического развития самой Грузии.

Ведь для России появление признанных на мировом уровне Абхазии и Южной Осетии с перспективой их вступления в состав России означает и усиление военно-политических позиций на Кавказе, что важно для борьбы с терроризмом и сепаратизмом, и наращивание экономического сотрудничества с Грузией, и приобретение возможности спокойно осваивать рекреационную зону черноморского побережья Абхазии.

Абхазия в этом случае вместе с независимостью получает экономическое процветание, а Южная Осетия воссоединяется с Северной Осетией на благо всему осетинском народу.

Таким образом, независимость Абхазии и Южной Осетии выгодны, по большому счету, и Грузии и России, и лишь внешние и внутренние психологические и политические факторы мешаю принять Грузии такого рода рациональные политические решения.

Одним из внешнеполитических факторов такого рода является отчасти влияние США на грузинское руководство, которое в высокой степени зависит от Белого дома. Другими факторами являются многолетняя конфронтация в отношениях с Россией, приобретающая все большую тяжесть и инерционность, а также надежды Грузии на нефтяной и газовый транзит из прикаспийской зоны, как на перспективу для своей экономики.

Но здесь возможны иные решения: ведь США могут при определенных условиях пойти на смягчение политики в интересах стабильности в этом стратегическом регионе, а сотрудничество с Россией в нефтегазовой отрасли может дать Грузии дополнительные экономические возможности.

Таким образом, внешнеполитические аспекты этой проблемы принципиально решаемы. Чего не скажешь о внутренних проблемах, связанных с настроениями грузинской общественности? Грузинские беженцы из этих территорий, желающие возвращения и отмщения, грузинские военные, жаждущие реванша, грузинские политики, сделавшие себе карьеру на соответствующей риторике, журналисты тбилисских газет:

Массовая психологическая инерция здесь огромна, и любой грузинский политик, публично заикнувшийся о государственной независимости Абхазии и Южной Абхазии, совершит сегодня политическое самоубийство.

Таким образом, ждать от грузинского руководства сегодня разумного политического поведения не приходится, оно само в плену у массовых психологических установок грузинского общества, тех самых, которые они во многом создавали своими руками. 'Сеющий ветер пожнет бурю'.

Таким образом, к пользе народов Абхазии, Осетии, России и, что очень важно, самой Грузии, решить эту проблему можно только через мировое сообщество с использованием ООН.

Необходимо вспомнить в этой связи, что в 1991 году не существовал такой субъект международного права, как республика Грузия. Появление ее в 1992 году на международном уровне сопровождалось внутренними неурядицами, среди которых проблемы Абхазии и Южной Осетии занимали отнюдь не последнее место. События того времени неправильно интерпретируются некоторыми международными юристами как региональный сепаратизм Абхазии и Южной Осетии, впрочем, вызванный межэтническими столкновениями, и потому отчасти извинительный.

Но на это все можно посмотреть и другой стороны.

Ведь вполне реально и то, что независимая республика Грузия, едва успев получить сама международное признание, лишила права на автономию народы Абхазии и Южной Осетии, которой они пользовались как самоуправляющиеся территории в составе СССР, и начала колониальную войну и осуществила репрессии, направленные на физическую ликвидацию самоуправления, лишение самостоятельности и права на самоопределение этих народов. Потерпев поражение в колониальной войне, авторитарная Грузия того времени, вопреки требованиям Декларации ООН 1960 года о предоставлении независимости колониальным странам и народам, не отказалась от попыток колонизации данных территорий.

  К сожалению, и сегодня демократическая Грузия не признает избранные народами органы самоуправления на данных территориях и создает вне этих территорий некие общественные органы, претендующие на роль возможных ассистентов колониальной администрации. Такое поведение республики Грузии, понятное при авторитарном строе, невозможно в цивилизованной стране, возглавляемой любимцем США президентом Михаилом Саакашвили. Это политический анахронизм!

В соответствии с Декларацией ООН 1970 года о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом ООН, создание суверенного и независимого государства, свободное присоединение к независимому государству или объединение с ним, или установление любого другого политического статуса, свободно определенного народом, являются формами осуществления этим народом права на самоопределение.

  При этом несамоуправляющаяся территория имеет, согласно Уставу ООН, статус, отдельный и отличный от статуса территории государства, управляющего ею, такой отдельный и отличный статус существует до тех пор, пока народ данной несамоуправляющейся территории не осуществит своего права на самоопределение (а сегодня, как это не парадоксально, с точки зрения законодательства республики Грузия, на территории Южной Осетии и Абхазии легитимных органов власти нет).

В связи с вышеизложенным народы Абхазии и Южной Осетии имеют право на международное признание как 'народы, ведущие борьбу за свою государственную независимость', за которыми международным сообществом может быть признана первичная международная правосубъектность, то есть они могут быть признаны в таком качестве мировым сообществом на уровне ООН в соответствии с Уставом ООН.

Иными словами, если признание Абхазии и Южной Осетии в качестве независимых государств наталкивается на серьезные трудности правового и политического характера, то существует возможность, несколько иначе развернув логику событий, требовать признания народов Абхазии и Южной Осетии на уровне ООН 'народами, ведущими борьбу за свою независимости', которая берет отсчет в 1992 году в связи с попытками прежнего авторитарного режима колонизировать территорию проживания этих народов, лишив их право на самоуправление и самоопределение.

Что такое решение даст Абхазии и Южной Осетии? Международное признание, трибуну ООН, защиту от оккупации Грузией, а в перспективе независимость на уровне государства.

Для России - это решение вопросов о безопасности наших границ, о пребывании наших войск в Абхазии и Южной Осетии, возможность уйти от конфронтации с Грузией.

Для Грузии это также возможность уйти от конфронтации с Россией, а во внутриполитическом диалоге - переложить вину за случившееся на прежний режим. Это возможность, сделав публичные заявления о необходимости подчиниться решению ООН, в то же время сохранить свое лицо, так как вопрос о государственной независимости Абхазии и Южной Осетии на время откладывается. А Грузия в этом случае выступит как 'метрополия', которая вслед за Великобританией и Францией цивилизованно, в духе времени отказывается от проведения колониальной политики. Неужели грузинская гордость не будет удовлетворена, если Грузия почувствует себя последней колониальной державой, а грузинское благородство получит мировое признание? Здесь открываются хорошие возможности для политического диалога власти с грузинским обществом.

Попросту говоря, если радикальное решение невозможно, а ждать до бесконечности 'у моря погоды' тоже нельзя, надо применить паллиативное решение: создать некоторый переходный правовой 'шлюз' или 'кессон' в виде статуса 'народов, ведущих борьбу за свою государственную независимость' для Абхазии и Южной Осетии. Это будет правильным шагом на пути 'цивилизованного развода' и урегулирования правоотношений в Закавказье, что полностью отвечает интересам всех народов этого региона, и в первую очередь, народа самой республики Грузия.

 

Загружается, подождите...
0