Rambler's Top100 Service

Американцы реально оценивают растущую российскую мощь

Кандидат военных наук, профессор, член - корреспондент Академии военных наук, руководитель центра военного прогнозирования Института политического и военного анализа
12 февраля 2007

Анатолий Цыганок, руководитель Центра военного прогнозирования, кандидат военных наук, полковник, профессор, член корреспондент Академии военных наук, член Общественного Совета при Министерстве Обороны РФ:

 

- Заявление об угрозе со стороны России было сделано с целью добиться от американского Конгресса выделения значительно больших сумм на военные расходы. Но заявление вышло за пределы Конгресса и вызвало негативный резонанс. Многие комментируют его так, будто это заявление министра обороны говорит о новой 'холодной войне'. Я так не считаю, поскольку между Россией и США пока нет такого противоречия, из-за которого может начаться 'холодная война'. Важно то, что 'холодная война' подразумевает не словесную перепалку, которая сейчас идет в СМИ, а совмещенные дипломатические, экономические, военные, идеологические, военно-технические действия. Конечно, следует признать, что между Россией и США существует масса несогласованных вопросов. Мы конкурируем с американцами в сфере производства и продажи вооружений, на сегодняшний день Россия стоит на втором месте в мире. Но это не означает, что мы с американцами не являемся конкурентами. Я считаю, что нужно оценивать высказывание Роберта Гейтса как конкуренцию и соперничество.

И второй очень важный вывод, который я делаю из этого заявления: высказывание министра обороны о том, что Россия и Китай находятся, по его мнению, на одном уровне с Ираном и Ираком, говорит о глубокой обеспокоенности американской администрации усилением России и Китая. Более того, американская администрация видит в России и Китае страны, которые могут стать противовесом Америке во многих отношениях. Американцы реально оценивают растущую российскую мощь и начинают ее остерегаться.

Почему акцентируется внимание на высказывании министра обороны? Потому что Америка сейчас находится на очень важном этапе. До 1991 года между Варшавским договором и НАТО шло явное противоборство как между двумя полюсами. С 1991 года Америка уверенно заняла место одного-единственного полюса в мире, обеспеченного и финансами, и воинской силой. Сейчас, когда американцы ввязались в авантюру в Ираке, из которой не знают как выйти в течение года или двух, когда американцы уступили нажиму Северной Кореи после демонстрации массового пуска ракет, когда американцы и в целом НАТО теряют контроль над ситуацией в Афганистане, у мирового сообщества начинают возникать сомнения в том, действительно ли Америка является единственным центром силы.

Кстати, ситуация в Ираке показывает очень важную вещь: контрактная американская армия, на образец которой ссылается большинство экспертов и у нас, и на Западе, на самом деле не способна к длительной войне. Впервые с 1969 года, после Вьетнамской войны, количество дезертиров в американской армии достигло десятков тысяч человек. И в 2006 году Министерство обороны США не смогло найти достаточное количество призывников для своей контрактной армии. И впервые после Вьетнамской войны в американском Конгрессе раздаются голоса о том, что пора рассмотреть новый закон о возврате призыва.

В совокупности это высказывание Гейтса, во-первых, усилило вероятную мощь России в будущем, то есть были высказаны потаенные взгляды американцев, а во-вторых, оно говорит об озабоченности и боязни Америки потерять свое место. Хотя, в сущности, ни Россия, ни Китай в ближайшие 5-10 лет не способны взять на себя функцию противовеса Америке. Таким противовесом не может стать и ислам, который везде и всюду пытается пакостить американцам. Из речи министра обороны США можно сделать очень важный вывод, что мир из полосы однополюсного мира вступает в полосу многогранного мира, где будет несколько неравнозначных полюсов. Одним из полюсов может быть исламские государства, одним из полюсов может быть Китай, одним из полюсов - Юго-Западная Азия и Юго-Восточная Азия, таким полюсом практически уже является Индия и Россия. Но в целом ни один из этих полюсов пока не может взять на себя ответственность прямого противопоставления Америке.

А в военном плане это высказывание в какой-то степени развязывает руки нашего Генерального штаба, где можно говорить напрямую, что основная стратегическая направленность - оперативная боеподготовка российской армии, раз уже высказалась та страна, которая видит в нас врага.

Может быть, действительно у нас появился партнер, с которым нужно соперничать. И если мы соперничаем с Америкой в космосе, если мы соперничаем с Америкой в рамках экспорта вооружений, сейчас у нас идет какое-то соперничество и в стратегии, в оперативном искусстве. Не зря в новой военной доктрине говорится, что российские вооруженные силы должны быть способны отразить космическое воздушное нападение. Можно читать между строк, поскольку по большому счету сейчас только три страны имеют свои космические войска: Россия и США испытали космическое оружие двадцать лет назад, китайцы испытали космическое оружие на прошлой неделе.

Выступление российского президента на конференции в Мюнхене вызывает примерно такие же отклики как выступление Гейтса. Можно говорить о том, что Россия сейчас чувствует рост своего могущества и начинает говорить тем языком, который будет приветствоваться большей частью российского населения. Российскому обществу нравится, что президент высказался о тысячелетней государственности России, о том, что Россия всегда пользовалась правом самостоятельного выбора в принятии решений. Может быть, это не понравится либералам, которые в 90-е годы сделали ставку на Запад, но эта ставка не оправдалась, и все уступки, которые делались первым президентом России, в большей степени оказались незамеченными Западом, и Запад принимает решения, которые выгодны только одной стороне - самому Западу.

0