Rambler's Top100 Service

Футурологический проект для России

Заместитель директора НИИ социальных систем, член комиссии Общественной палаты по социально-демографической политике
19 Июнь 2007

Дмитрий Бадовский, заместитель директора НИИ социальных систем:

 

- Лекцию Владислава Суркова, прочитанную в рамках Дней русской политической культуры, я воспринимаю как очередной призыв, местами интеллектуальную провокацию в хорошем смысле, как попытку стимулировать интеллектуальное сообщество, экспертов, аналитиков на то, чтобы создать в обозримой перспективе видение будущего для России. То есть у меня не сложилось ощущение, что это какой-то установочный текст, что это трансляция истины или какого-то окончательного проекта, поскольку в действительности было больше вопросов, чем ответов. Главных вопросов в этой лекции было три, на них Владислав Сурков постарался ответить, но это, очевидно, промежуточный результат.

На мой взгляд, внесено достаточно важное изменение в то, как следует понимать концепцию "суверенной демократии". Представление об этом концепте постепенно меняется, и я бы сказал, что меняется в лучшую сторону. Первый вопрос, основополагающий, который незримо присутствовал во время лекции: гарантировано ли России будущее? И я бы сказал, что ответ на этот вопрос отнюдь не однозначно положительный. Если под будущим понимать не просто наступление завтрашнего дня, а некую уверенность, что в глобальном потоке развития Россия не просто сохранит себя как государство, или не будет смыта или размыта этим потоком, а, как выразился Сурков, 'останется нацией-лидером'. И, выражаясь терминами Солженицына, что именно должно позволить России остаться Россией в мире ближайшего будущего. Поскольку ответ на этот вопрос не очевиден и будущее России не гарантировано, потому что экономическая состоятельность государственного суверенитета и российской нации в мире будущего весьма условна, пока сохраняется ресурсно-сырьевая модель развития. Дело в том, что демографическая достаточность государственного суверенитета и развития российской нации находится на весьма низком уровне. Речь идет не только о численности населения, но и о способности интегрировать это население в единый народ, включая и мигрантов, которых можно назвать в новом смысле 'новыми русскими'. Мигранты должны формировать вместе с гражданами России единую национальную идентичность и увеличивать демографический потенциал, создавать демографическую достаточность российской нации. И третий момент, почему будущее не гарантировано, заключается в том, что не решена задача культурной адаптации государственного суверенитета и российской нации к требованиям глобального будущего.

Второй вопрос, который задал в своей лекции Владислав Сурков, состоял в том, является ли политическая культура и политическая традиция России ресурсом или, наоборот, ограничителем для дальнейшего развития? Следует ли нам отказаться или существенно видоизменить российскую политическую культуру и традицию или нужно поискать в ней какие-то возможности для будущего? Собственно, вся лекция и была посвящена ответу на этот вопрос, а также демонстрации позиции, которая выражена в тезисе Владислава Суркова, что ему лично неинтересно будущее, в котором нет ничего русского, и что каждому народу его культура предоставляет уникальный код доступа к будущему. Иначе говоря, в русской политической культуре, в ее адаптации к потребностям будущего мира Владислав Сурков предложил искать новые дополнительные гарантии того, как России остаться Россией.

Ответ, который прозвучал, заключался в том, что надо видеть в культуре одновременно и ресурс, и понимание того, что особенности культуры задают и какие-то границы возможного. Мне этот ответ представляется достаточно взвешенным и адекватным. Я поддержал бы тезис Суркова о том, что у нас множество вариантов будущего, но это множество не бесконечно, оно ограничено генетической формулой национальной культуры. При этом нужно делать ставку на те черты и особенности национальной культуры, которые позволят нам иметь конкурентные преимущества, и покажут себя с наилучшей стороны. Это подход, на мой взгляд, достаточно адекватный. Здесь нет абсолютизации, апологетики российской политической культуры, ее традиций, и есть понимание опасностей и ограничителей.

Собственно, здесь и возникает третий вопрос, ответа на который лекция до конца не дала. Наверное, и не могла дать. Тем не менее, Владислав Сурков сделал важную вещь - он предложил по-новому понимать, что такое "суверенная демократия". Третий вопрос заключался в том, как наилучшим образом сформулировать проект будущего, понять его, и как к нему прийти. То есть, какова должна быть стратегия и программа действий, и какова должна быть целевая установка реализации этого проекта. На лекции не был дан однозначный ответ, не было предложено стратегии, но дан важный методологический посыл, с которым я согласен. Он заключается в том, что нам крайне важно начать мыслить категориями будущего и управления из будущего нашим развитием, а не только текущим состоянием или опытом прошлого. То есть политическая практика, реальная политика должна строиться, исходя из взгляда из будущего, отсюда в лекции возникла концепция утопического сознания. Мне представляется, что это важный тезис. И в этом было отчасти сожаление, отчасти призыв к отечественным интеллектуалам со стороны Суркова, когда он сказал о том, что, к сожалению, за последние десятилетия ни один из футурологических брендов и ни одна из футурологических концепций не имеет российского происхождения. Здесь был призыв, который звучит не первый раз - нужно мыслить, видеть, пытаться сформулировать некий проект будущего для России, оптимального желаемого будущего.

Один из главных выводов, который можно сделать из лекции, заключается в том, что российская политика нуждается в инновационной стратегии, построенной на работе с актуальными и потенциальными социальными изменениями. Она должна быть построена для управления будущими состояниями, как глобальной системы, так и российского общества. Введение понятия инновационной стратегии произвело некоторое смещение и обновление концепта "суверенной демократии", то есть инновационную стратегию Сурков и предлагает называть "суверенной демократией". Из ответов Владислава Суркова на вопросы, заданные слушателями после лекции, стало четко понятно, что Владислав Сурков предлагает видеть под термином "суверенная демократия" не описание и не констатацию нынешнего состояния политического режима в стране, но стратегию движения в будущее. Я думаю, что можно спорить, каким термином лучше описать футурологический концепт, или футурологический бренд, выражаясь словами Суркова, этой инновационной стратегии российской политики, и является ли термин "суверенная демократия" до конца адекватным и устоявшимся. Я думаю, что появятся новые определения. Но, с другой стороны, новое понимание концепции "суверенной демократии" мне нравится гораздо больше, чем прежняя трактовка, которая сводилась преимущественно к описанию структурных и функциональных изменений политического режима, которые происходили за последние годы.

Загружается, подождите...
0

Error: Can't open cache file!
Error: Can't write cache!