Тень победы

Константин Косачев
Председатель Комитета Гoсдумы по международным делам
31 Июль 2007

Возможно, покажется не совсем корректным заострять вопрос о разногласиях между Россией и Западом в условиях, когда положительных моментов в наших отношениях и так немного. И важнее было бы, по идее, взращивать зерна позитива.

До самого недавнего времени (практически до февральского выступления В.В. Путина в Мюнхене) наша линия была именно такой. Мы старались не обращать внимания на нарастающий (не с нашей стороны) негатив и бережно относились ко всем конструктивным моментам во взаимоотношениях с США и Евросоюзом, опасаясь делать резкие шаги, чтобы не разрушить достигнутое.

Можно, конечно, утверждать, будто Россия была слишком слаба, чтобы позволить себе конфронтацию с Западом, и лишь теперь выросшие "энергомышцы" дали ей возможность осуществить давно задуманное. Это одна из самых распространенных версий, которую в скандальной форме озвучил недавно американский конгрессмен Лантос. Такая логика предполагает и соответствующий подход к нашей стране: Западу выгодна слабая Россия, ибо, укрепившись, она всегда по определению будет бросать ему вызов.

Объяснения этому даются разные - от естественных геополитических, экономических и прочих интересов, которые, разумеется, не могут во всем совпадать (Россия - продавец энергоресурсов, Запад - потребитель; Россия - восстанавливает свое влияние, Запад - удерживает и т.п.). И до самого актуального, я бы сказал, модного объяснения разногласий якобы существующего ценностного несовпадения, которое, при кажущейся умозрительности, на самом деле выглядит наиболее опасным - делая конфликт по сути имманентным нашим отношениям, так сказать, на генетическом уровне.

Но в такого рода рассуждениях коллеги на Западе делают серьезную системную ошибку, вызванную непониманием истинной природы процессов и настроений в российских властных и околовластных кругах в последние примерно 20 лет. Ни для Горбачева, ни для Ельцина, ни для Путина открытость по отношению к Западу не была следствием ощущения слабости своей страны. Все три российских лидера видели некую срединную точку в отношениях, путь к которой должны пройти обе стороны. Сначала СССР, а затем Россия уверенно пошли по своему отрезку, несмотря на то что во многих чувствительных точках собственное движение должно было быть обусловлено встречными шагами другой стороны, а не только обещаниями этих шагов.

К началу века Россия свой путь к точке предполагаемой "встречи на Эльбе" практически прошла. Дальнейшее одностороннее движение означало бы примерно следующее: внешний контроль над российскими ресурсами; построение систем европейской и глобальной безопасности по модели НАТО без России в ней; дальнейшая утрата влияния в зоне стратегических интересов ("ближнее зарубежье"); перестройка национальной политической, правовой, экономической и иных систем под "евростандарт" с утратой регулирующих функций центра и возможностей отстаивать свои интересы (фактическая десуверенизация).

У этой черты нынешнее руководство России остановилось не потому, что оно агрессивнее или более антизападно настроено по сравнению с предшественниками, а потому, что именно на период нынешнего президентства объективно пришелся последний отрезок этого пути. Идти дальше просто некуда - только за рамки национального суверенитета. В этом смысле Путину в какой-то степени не повезло по сравнению с предшественниками, ресурс движения которых был относительно велик, и они могли получать немалые личные политические дивиденды от широких политических жестов.

Уже к концу века стало выявляться то взаимное, я бы сказал, недоразумение, которое сегодня представляется очевидным: мы думали, что преодолеваем свою часть дистанции, наши же партнеры-оппоненты на Западе полагали такое поведение России естественным для проигравшего в "холодной войне".

У нас господствующим было мнение: "Какая разница, кто победил? Хотите думать, что вы? Ради бога! Главное - светлое и общее будущее". Объективно говоря, победили сами россияне, но, как это нередко бывает в истории, раздают друг другу награды и ставят памятники в честь победы совсем другие народы... Однако у нас явно недооценивают значение того, что западный (особенно - американский) истеблишмент воспринимает отношения с Россией прежде всего как послевоенные, и собственная роль победителя в "холодной войне" сомнению не подвергается.

Но этой недооценки допускать ни в коем случае нельзя, ибо в данном факторе - ключ и к пониманию многих проблем современности, и к вскрытию истории и пересмотру основ нынешнего мироустройства, унаследованных из ХХ века. Ощущение победы в "холодной войне" воспринимается как легитимизирующая база западной политики последних полутора десятилетий.

На Западе расценивали односторонние шаги России исключительно как выполнение условий капитуляции, что, естественно, не предполагает неких встречных обязательств. Обещания (вроде нерасширения НАТО, неразмещения вооружений в Восточной Европе) давались скорее для того, чтобы наши политики могли сохранить лицо у себя дома - не более. Сегодняшнее усиление позиций России и декларирование ею своих интересов для наших западных визави могут означать лишь некорректное поведение побежденного. Либо, что еще хуже, возрождение прежнего врага в более опасной форме (по германской модели после Первой мировой войны).

Под таким углом зрения тревоги наших западных коллег вполне объяснимы. Думаю, примерно так в СССР, например, относились к тем или иным проявлениям германского реваншизма во второй половине ХХ века. Но если принять, что Россия никогда и не действовала в режиме капитуляции, не рассматривала свои односторонние шаги даже в чувствительных сферах в качестве вынужденных и болезненных уступок, которые нужно при случае наверстать или отквитать, картина меняется кардинальным образом.

Дело еще и в том, что Запад не может вести себя в отношении России ни как сильный, т.е. как уверенный в себе победитель (даже если мы не считаем его таковым), - великодушно, ни как слабый, поскольку им он точно не является. В итоге возникает непродуктивная смесь страха и высокомерия, когда приходится и общаться, и давить, и опасаться. И все прикрывается разного рода якобы "системными" разногласиями, по которым неких "конструктивных шагов" (уступок) ждут, опять же, от России.

Но если попытаться абстрагироваться от первопричин (логики победителей/побежденных) и детально изучить основные поля наших противоречий - ни одно из них при ближайшем рассмотрении не окажется системным (если нет системного стремления Запада противостоять России при любых обстоятельствах). Главное, чтобы существовало это желание - обоюдное! - к обстоятельному изучению проблем и не было попытки спрятаться за разногласиями и констатацией их непреодолимости.

Публикуется с сокращениями. Полный текст будет опубликован в журнале "Россия в глобальной политике"

Источник: Известия

Интересные факты:
Загрузка ...









Европейский форум