Rambler's Top100 Service

Полурасширение НАТО

Виталий Трофимов-Трофимов
редактор сайта "Россия - Суверенная демократия", комиссар движения "НАШИ"
7 апреля 2008

Закончившийся саммит НАТО в Бухаресте ознаменовался его традиционным расширением. Несмотря на то, что из пяти стран было принято в свои стройные ряды два с половиной государства (половина - это Македония, которую взяли бы наверняка, если бы уточнила своё название географическим определением). А вот расхождение между участниками Альянса по поводу принятия Грузии и Украины вскрыло давние геополитические расхождения между её отдельными участниками и группировками. Это проливает свет на геополитические аспекты НАТО, и позволяет очертим его дальнейшие перспективы накануне саммита 2009, на котором организация будет подводить итоги своего 60-летнего существования.

Во-первых, НАТО как военный блок, принимающий на себя политические и частично цивилизационные функции, призван общей военной миссией связать 'Европу после Вождя', медленно и упорно продвигается к своим противоестественным границам. Вторая Мировая война, плавно перетекшая в Первую Холодную, заканчивается только с крахом ОВД и ее завершение должно означать свертывание инфраструктуры и переход к новым формам геостратегического позиционирования. Этого не происходит из-за того, что издержки от демонтажа блока значительно превышают его дальнейшую экспансию и включение в свою орбиту новых стран и регионов.

Генералы, готовящиеся к предыдущей войне, все еще рассматривают Россию как вероятного противника, хотя уже сейчас очевидно, что Вторая Холодная война потребует совершенно иных тактико-стратегических решений. В частности, как в любой войне, где сражаются сильное государство со слабым, естественный и единственно правильный тип военных действий - партизанская война с использованием террористических методов. В связи с этим парк подводных лодок в Средиземноморье или противоракетные радары в Чехии совершенно бессмысленны против террористических сетей, действия которых будут приводить к затянутым, непредсказуемым, но точно неадекватным действиям. Так, например, после 11 сентября был ужесточен режим въезда в США, были депортированы студенты-арабы и введены специальные системы оповещения на борту авиалайнеров - фактически запоздалая и неоправданная реакция.

Включение в состав НАТО Хорватии геостратегически не оправдано вообще ничем. Это небольшое континентальное государство с тонкой полоской побережья, наполненного курортной инфраструктурой, в глубине Адриатического моря - географически внутриевропейского залива Средиземноморья. От включения Хорватии в блок выигрывают только США, дополняющие малую Антанту балканскими прицепами.

Другая балканская страна, призванная учиться воевать по-европейски (и, видимо, демократии тоже учиться) в большей степени заслуживает внимания. Албания ближе Хорватии к Ливии (до конца двадцатого века попустительствовала размещенным там базам левых террористов - RAF и 'Сондело Луминосо', а сейчас по некоторым сведениям пригрела и 'Аль-Кайду') на случай проведения там операций и ее побережье более ровное, чем Греция, чьи берега гористы. Военно-морская база НАТО могла бы сыграть роль градообразующего предприятия (такова судьба у всех военных баз в Восточной Европе - и американских и НАТОвских), а это частично привяжет албанское население и сократит отток ее граждан. В этом плане уникально положение Косово. Это небольшая равнина между северомакедонскими возвышенностями и горами Черногории. В рамках военной стратегии - идеальная площадка для марш-броска танковой колонны от румынского востока (в случае операции в бывшей Трансднистрии - например, воссоединение Молдавии и Приднестровья) до албанского запада, где вероятная военно-морская база НАТО могла бы паковать эти танки с пометками 'LibiaFOR'.

Во-вторых, неоднородность блока бросается в глаза уже с начала его посткоммунистической истории. Первую скрипку в Альянсе играет США, смещающая плацдарм своих оперативных и тактических маневров со Старой Европы в Восточную. Это обходится дешевле, там больше пространства, меньше плотность населения, а также позволяет чувствовать странам-основательницам НАТО в Европе более спокойно от южных и восточных угроз, рождающихся в головах генералов генштаба. Новые страны-участники формируют малую Антанту, сгруппированную вокруг Польши (и частично Чехии), фаворитки евроинтеграции по-посткоммунистически. Вторая опора НАТО - страны Старой Европы. Подписание конституционного акта уже позволяет говорить о грядущей единой европейской оборонительной, а затем оборонной стратегии, которая уже по прогнозам экспертов в 2012-2015 году станет реальностью и так или иначе разграничит интересы ЕС и США - станет причиной пересмотра договора о деятельности НАТО.

Знаковое событие саммита - отказ 'старой гвардии' принять в свой состав Украину и Грузию. География отказавшихся удивительным образом совпадает с границами Центральной и Западной Европы - Германия, Бельгия, Испания, Италия, Люксембруг, Нидерланды, Потругалия, Франция . Расширение явно не в их интересах - при ведении войны, например, с Россией, чья стратегия основана на принципах исчерпывающего континентализма, щит по линии Прибалтика-Польша-Чехия-Венгрия-Болгария-Румыния уже достаточен. В это же самое время расходы на 'приведение армий новых стран-участниц к стандартам НАТО' ляжет на их плечи.

Несовпадение взглядов на национальные интересы отдельных стран-участниц имеет и еще одно измерение. Из всей плеяды бойцов значительно выделяется Франция, в силу исторических причин единственный жилец общеевропейского дома, обладающий своими геостратегическими приоритетами. И при этом не входящая в военный блок НАТО, а только политический.

Из всех стран, чья колониальная политика строилась на водной стихии и большом военном флоте, Франция в значительной мере сохранила свои связи с бывшими колониями - это культурные, экономические, военные обязательства, выражающиеся и в автопробеге Париж-Дакар, и в военных операциях французского иностранного легиона. Испания утратила свои неоимперские амбиции после дележа испанского наследства, Великобритания - после Второй Мировой войны, выйдя из нее кредитором США и теперь исполняющая роль переводчика между Соединенными Штатами и малой Антантой.

На саммите не была рассмотрена идея Средиземноморского союза как организации-дубля НАТО, которая могла бы и реализовать амбиции Франции по участию в делах Северной Африки (Марокко, Западная Сахара, Алжир и немного Тунис), и задействовать Турцию как компенсационную плату за невключение в Евросоюз, и интегрировала бы Египет с его разветвленной экономикой побережья Средиземного моря. Для Германии такая организация - кредит Франции для усиления собственного влияния в европейских делах, проект-откуп.

Жизнь после саммита диктует нам строить дальнейшие прогнозы развития этой организации. И теперь становится очевидным, что этот путь, ввиду все большего 'закрытия' геополитического пространства, будет менее экстенсивным и более интенсивным.

Следует полагать, что следующие страны, которые получат письма счастья с приглашением в Альянс, это Черногория (столь же геостратегически бессмысленное приобретение, что и Хорватия), Кипр, если решит свои проблемы с северной частью, Косово и, вероятно в более отдаленной перспективе, Израиль, как плацдарм для участия НАТО на Ближнем востоке, а равно его самая отдаленная противоестественная граница. Даже у Молдавии значительно больший шанс запрыгнуть на подножку балканского поезда, следующего в НАТО, чем у Украины, для этого не обладающей минимум четко разграниченной территорией, а максимум собственной суверенности (российский флот будет выведен значительно позже).

Интенсивная фаза развития НАТО возьмет в оборот новые виды безопасности. Возможно делегирование странами 'старой Европы' своих собственных экологических обязательств (в этом и новые и старые страны-участницы НАТО солидарны) и, вероятно, попытка оседлать идущий из мусульманских стран антропоток - миграционная безопасность. Но прежде всего это безопасность энергетическая, на которую так или иначе европейское НАТОвское ядро попытается сориентировать военно-политический блок как второй вариант после провала 'энергетической хартии'. Тенденция в поиске новых форм под видом 'безопасностей' присутствовала и на бухарестском саммите - был создан центр по противодействию кибератакам, на который легла выработка стратегии информационной безопасности. Далее, развитием этой темы может стать безопасность медийная, вырабатывающая единый подход как к освещению военных операций НАТО или отдельных ее стран-участниц, так и выработке единой стратегии освещения общих для Европы явлений, например, проблемы сербов.

Ключевым вопросом военной (фундаментальной для Альянса) части НАТО является поиск противника, или хотя бы носителя такого образа. Очевидно, что ни Россия, ни исламисты, ни Иран на эту роль принципиально не подходят. А соответственно законы выживания диктуют Альянсу поиск новых внешних угроз и вызовов. Возможно, на следующем саммите в 2009 году мы ознакомимся со списком новых стран-изгоев, которые, видимо, могут угрожать безопасности 'мирового цивилизованного демократического сообщества'.

0