"Успехи в борьбе за правовые институты снимут остроту претензий к демократии"

Президент Фонда эффективной политики
14 Апрель 2008

Выступление Глеба Павловского, президента Фонда эффективной политики на Форуме 'Стратегия 2020', 14 апреля 2008г.:

 

- Я бы предложил различать демократию и правовой строй. Мне кажется, что часто, когда мы говорим о демократии, о дефиците демократии, судя по примерам, которые приводятся, это примеры, прежде всего, дефицита правового строя и дефицита правовых институтов и правовой культуры. Строго говоря, даже в Европе есть государства, которые по политической системе никак не являются демократическими даже формально, при этом никто их не называет недемократическими. Потому что там царит правовой строй, хотя никто никого не выбирает. Но главное для нас, я думаю, обсуждение приоритетов действий, которое должно идти непрерывно. Справедливо отмечается дефицит профессиональных дебатов, профессиональные дебаты невозможны без публичной политики. Модернизация, о которой многие говорили, можно назвать демократической, но это достаточно бессодержательный эпитет в данном случае. Важно, что если модернизация действительно идет, то существует, так или иначе, действует механизм согласования интересов. Согласование интересов и диалога этих интересов, которые находят себе место в процессе демократизации, эта проблема у нас не решена, потому что конфликт интересов у нас требует арбитра. И сам по себе тезис о том, что арбитр выбирается, недостаточен для эффективности работы самой машины. Сегодня очень резко поставлен вопрос о новых стратегических задачах, и это требует, соответственно, обострения публичных дебатов, которые должны быть профессиональными. Но для этого надо знать как устроена страна. Потому что, модернизируя неизвестно что, мы придем к неизвестно чему, что уже не раз бывало.

Я бы хотел подчеркнуть такой тезис, который является сегодня по факту бесспорным: последние 20 лет наша политика осуществляется так или иначе, в рамках признания лидерской повестки дня. То есть основной спор идет вокруг того, кто является лидером, кто в наибольшей степени воплощает главные задачи, основные приоритеты, основные цели и стратегию, которая признается большинством населения. И, собственно говоря, самая жаркая полемика идет вокруг этого: такой-то человек является лидером, достоин того, чтобы быть лидером, или нет. Даже я напомню, что само президентство у нас появилось как способ придумать юридический статус для лидера, это просто исторически так произошло. И вся наша история последних 20-ти лет распадается на три разные величины, разной длительности, но лидерских политических платформ. Самая длинная из них - это путинская, она действительно без перерывов заняла восемь лет, даже немножко больше. Само по себе лидерство - это не какое-то персональное свойство. Лидер - это человек, который вносит порядок в неопределенность и хаос реальной ситуации. Он предлагает определенный порядок. С ним могут не согласиться, тогда он не лидер, от него могут отвернуться, он теряет свое лидерство. Но, разумеется, для того, чтобы двигаться вперед и организовывать, необходимо перейти от чисто персонального лидерства к организованной системе институтов. Я обращу внимание на два важных момента: во-первых, то, что каждый лидер строил систему обхода бюрократии, без исключения. Это значит, что действительно проблема бюрократии не решалась, проблема бюрократии в нашей системе устойчиво не решается. И второе: самые тяжелые провалы происходили именно тогда, когда упразднялась основа для оппозиции. Кому? Оппозиции именно той самой бюрократии, которая нужна нам в качественном и компетентном виде. Честно говоря, пока не придумано других механизмов, которые могут сдерживать бюрократию, чем политическая партия или лидерское движение. В нашем случае эти два понятия имеют шанс совпасть. И, мне кажется, очень важно, чтобы у нас появилась политическая сила, которая будет отличать себя от бюрократического аппарата на всех уровнях, снизу доверху. Это трудная задача, потому что состав партии возникал на базе существующих управленческих элит, деловых элит, он был тесно переплетен с аппаратом исполнительной власти на местах и на среднем уровне. И сегодня задача построения политической партии - это, собственно говоря, задача построения политического механизма эффективного, работающего лидерства. Может быть, будет предложена другая система, но тогда ее надо интегрировать в существующую. Потому что сегодня здесь были высказаны какие-то оптимистические гипотезы, что у нас есть аппарат авторитарной модернизации. У нас нет аппарата даже авторитарной модернизации, собственно говоря, его предстоит создать. Наш аппарат сегодня в значительной степени возник как реактивный и ориентирован был на задачи выживания и частично для собственного выживания и передачи приказов. Это не инновационный механизм и не мобилизационный механизм. Поэтому сегодня все смотрят на партию: сможет ли она превратиться в политическую силу, которая будет предлагать одновременно некоторый баланс импровизации и традиционализма, баланс обновления и устойчивости? И, мне кажется, центр этой борьбы - это институты, борьба за правовые институты. Строго говоря, мы увидим, как успехи в борьбе за правовые институты снимут остроту претензий к демократии. Потому что сегодня центр недовольства - это несправедливость при взаимодействии граждан с институтами.

Я хочу сказать, что сегодня реально модель нашей работающей политики сформировалась вокруг лидерской команды, которая предлагает концепцию, предлагает стратегию, и партии, которая сегодня движется к конвергенции с лидерством, которая идет к тому, чтобы быть не просто пассивной системой передачи лидерского сигнала к мобилизации масс в примитивном смысле, а идет к тому, чтобы войти в состав лидерства, стать просто частью этого механизма. Я просто хочу сказать, что это один из демократических механизмов: лидер - не хозяин, лидер не может приказать, лидер может завоевать на свою сторону. Это публичная политика.

Интересные факты:
Загрузка ...











Европейский форум