Каким будет новый стиль?
- Стабильность и размеренность, в которой происходит передача власти, становится чуть ли не рутинной. На самом деле это одно из главных событий года, на мой взгляд. Именно эта регламентированность, заранее известная определенность и стабильность, мне кажется, является серьезным благом для России. Это первое. То есть, регламент и закон торжествуют при передаче верховных полномочий. Будем надеяться, что хотя бы на ближайшие четыре года правовая модель существования государства российского останется неизменной.
Как я понимаю, в общественном сознании существует вопрос - станет ли новый президент самостоятельной фигурой со своей собственной политической судьбой, со своим собственным политическим почерком, сможет ли он реализовать эти достаточно робкие анонсы относительно реформы налогообложения, относительно облегчения бизнеса, особенно среднего и мелкого, во взаимоотношениях с государственными органами, это с одной стороны. С другой стороны, ведь в общественном сознании господин Путин сопрягался со славным отрядом чекистов, как ни крути, и господин Медведев в этом смысле представляет собой в определенном смысле антипода. То есть это человек, которого можно назвать - из славной когорты юристов, и человек, который знает цену законности, знает цену правовым принципам. То есть это заведомое обращение к фундаментальным гуманитарным ценностям, в которых, как мне кажется, Россия по-прежнему нуждается, несмотря ни на какие модернизаторские или сверхмодернизаторские настроения.
Я - один из тех, которые все время талдычат о необходимости модернизации практически всех сфер, и экономической, и политической, и модернизации в том смысле, что должна быть объявлена какая-то, если угодно, охота на национальную идею, на то, чтобы найти стержень собственной российской идентификации. В том, что Россия - не империя, надо поспорить, в том, что именно национальное сегодня в России, что такое многообразие, почему это многообразие само по себе благо - обо всем этом надо спорить. И мне кажется, тут какой-то общественный дискурс должен быть, а не только экспертный, как он сейчас иногда прорывается. Вот некоторые говорят: Россия - не империя. Ну, хорошо, а что это такое - это многонациональное государство? А государство ли это вообще, если, как я смею утверждать на самом деле, политическая система не вся предъявлена обществу. Существует серьезная часть политической системы, отсутствующая для общественного контроля и для присутствия общественности. И никакие общественные палаты не могут заменить и заместить дефицита публичности в политической сфере. И в этом смысле юрист Медведев, возможно, окажется человеком, который в состоянии будет не просто регламентировать, всё регламентировать невозможно, а попытаться предъявить государственному строю какие-то юридические требования и объявить какие-то правовые принципы. Может быть, нам предстоит быть пассивными свидетелями, если хотите, каких-нибудь конституционных новаций или инициатив по изменению конституции, это вполне возможно. Как правильно заметил один чиновник, Конституцию России можно прочесть таким образом, что она может быть от суперпрезидентской до слабопрезидентской или полупрезидентской. Вот в этом, видимо, дискурсе самоопределения новой верховной власти, возможно, будет находиться некоторое время господин Медведев. Нам очень интересно за этим последить и очень интересно, с точки зрения экспертной, увидеть, стоит ли ожидать модернизации в том смысле, чтобы искать более эффективные способы управления и формы управления государственным строем. Это с одной стороны. С другой стороны - давно уже наскучило говорить про то, что правоохранительная система совершенно забыта государством, она настолько архаична, настолько из прошлого, настолько 'совковая', что уже не просто о реформировании идёт речь, а речь идёт о том, чтобы 'догнать' общество. Общество давно оторвалось и существует, если угодно, в плоскости противопоставления правоохранительной системе. Правоохранительная система - какая угодно, какими угодно можно назвать эпитетами её сегодня, она коррупционная, она ретроградная, она репрессивная, она абсолютно не отвечает потребностям защиты прав собственников, абсолютно нет даже тени желания сотрудников правоохранительных органов что-либо сделать по службе, если это не касается каких-то серьёзных интересов. Всё это давно переросло в совершенно восточный вариант откупов, вариант маленьких зарплат, в котором главным становится должность, и само по себе это порождает, каждодневно порождает коррупцию и правонарушения.
Рядом с этой правоохранительной системой стоит подобающая ей судебная система. Хоть и говорили в тексте 'Стратегии развития России до 2020-го года' о том, что укрепилась самостоятельность суда - ну да, она укрепилась, в каком смысле, материально суд перестал быть похожим на суд начала 90-х годов. Но, если вы возьмёте судебную практику, то суды общей юрисдикции просто лишены какого-нибудь информационного сопровождения. Решения, которые не соответствуют судебной практике, почему-то происходят с регулярностью, которая просто вводит в грусть любого оптимиста. Если в системе арбитражных судов есть неплохое информационное сопровождение судебной практики, и там можно увидеть легко и публично те или иные решения, которые явно вываливаются из общего русла применения закона, то в судах общей юрисдикции ничего близко нет. Почему? Да потому что выгодна коррупция. Нужно создать такое пространство многочисленным судебным чиновникам родом из Советского Союза, которые в отсутствие прямого прокурорского надзора, могли бы принимать коррупционные решения. Вот эта закрытость должна быть взломана, и судебная система, прежде всего, за счёт её публичности, прозрачности должна быть перестроена.
Вот это только несколько сюжетов, наверное, перед которыми на самом деле оказался новый президент. И мне кажется, что Медведеву хватит и времени, и сил для того, чтобы хотя бы начать какой-то процесс реформирования. Я надеюсь, что также сменится и почерк политического лидера страны. Я надеюсь, что господин Медведев самоопределится как политический лидер и обретёт свой собственный почерк. И профессия, и профессиональные его качества как юриста при этом, я надеюсь, очень позитивно скажутся на том, чтобы изменить наше настоящее к лучшему. Вот, пожалуй, такой самый короткий комментарий.
распечатать
