Kreml.org | "Есть масса интересных вещей, кроме телевидения"

Мне кажется, что тема более чем назрела, про это давно уже не говорилось, по крайней мере, я не участвовал. Но я стараюсь не ходить на телевидение, причем стараюсь не ходить ровно потому, что оно такое, какое оно есть.

Первый разрыв, как мне кажется, абсолютно принципиальный - это то, что телевидение отнюдь не только политический феномен, а культурный феномен. Но в нем есть политическая составляющая, и эта политическая составляющая была взята под контроль. А все остальное было отдано на откуп. Причем, под контроль - это не значит, что она контролировалась. Было заявлено, что она под контролем. И я совершенно согласен с тем, что это контроль особый, феномен специфический.

Кто-то может что-то сказать и "получить по голове", а может и не получить. Кто-то может показать президента камерой нормально, кто-то может показать его так, что он как сирота на гигантском мосту. Помните эту потрясающую историю, как маленький Путин, огромный пустой мост через Волгу, и он, как тоскливая маленькая фигурка, в полном одиночестве. Причем, камера там стояла сверху, чтобы мост было лучше видно, поэтому и Путина было видно сверху. Ну и что из этого - под контролем? Было сказано: ребята, вы чего? Они говорят: а чего? И все на этом закончилось. И такие ситуации происходят каждый день и показывают, что это за контроль.

Это некая игра: вы делаете вид, что контролируете, а мы делаем вид, что мы контролируемся. Но поскольку это много лет продолжалось, то вырабатывалось некоторое собственное представления, что может понравиться контролирующим. Тот же Соловьев на наших глазах эволюционировал. Он тоже играет в какую-то игру, рассчитывая на то, что он кому-то понравится. Вот почему он зовет людей, которым, в общем, место на рынке, которые довели ситуацию до того, что там неприлично говорить тихо.

Все остальное - это так называемый бизнес. Но бизнес, который основан на тех деньгах, которые можно получить здесь и сейчас. Никакой стратегии в этом бизнесе нет, и это как раз одно из тех родимых пятен, которое идет из нашего капиталистического детства, из 90-х годов, когда было заявлено, что рейтинги - это святое, и ничего больше не существует. По большому счету, никаких исследований телевидения, кроме рейтингов, нет, и рейтинги являются до сих пор и главным ориентиром, и главной отмазкой, закрывающей некомпетентность, неспособность не просто делать телевидение, а делать что-либо вообще. Причем, таких людей там очень много, это такое место, куда приходят те, кто готов работать по стереотипам.

Единственное творчество - это гигантское разнообразие, связанное с техникой освещения. В прямом смысле - осветительской техникой декораций. И гигантская выдумка, как еще использовать известные физиономии, начиная с цирка и кончая реальным мордобитием. Действительно, жутко интересно: известные лица без грима, да еще с синяками и кровоподтеками. Но это называть бизнесом очень странно, потому что в бизнесе, по крайней мере, теоретически присутствует какая-то идея на будущее. А поскольку здесь идеи нет, то ясно, что это кончится через какое-то время, может быть, завтра.

Разрыв между так называемым контролем и так называемым бизнесом приводит к тому, что в этом бизнесе по-прежнему присутствуют как фетиш рейтинги и реклама.

Следующий разрыв находится не в телевидении, а в нас. На самом деле существует несколько миров, которые возникли на наших глазах, и здесь присутствующие в основном относятся к одному из них. А другой мир - которому все то, что здесь говорится, не то что неинтересно, но даже непонятно, о чем речь идет.

Есть книжка, которая называется 'Экономика впечатлений'. Начинается она с того, что там описывается некая эволюция экономики. Началось все с того, что производились вещи, затем возникло производство услуг, и сегодня развивается экономика и производство впечатлений. Это некий цивилизованный факт. Когда мы говорим: не хватает нам дебатов, не хватает нам серьезных общественно-политических форматов, не хватает нам актуальных, интересных, важных новостей - мы все время имеем в виду некие модели, которые большой части населения не то что не нужны, они не поймут этот разговор и не будут этим интересоваться, потому что они уже другие.

Сегодня пятая часть взрослого населения России окончила школу в XXI веке, они вообще не знают, что такое форматы, которые мы имеем в виду. Это из другой Вселенной, с другой планеты. Это те самые, которые живут в Интернете, а часть из них не живет в Интернете, но так или иначе себя проявляет. Им неинтересно в принципе то, о чем мы говорим. Естественно, можно поставить вопрос, чтобы их перевоспитать, таких попыток было много. Но разрыв между культурами, поскольку там много непонятного, выводится вообще за границы разговора. И этот разрыв сегодня проявляется между телевидением и Интернетом в явном виде, это уже стало фактом. Хотя, скажем, лет пять назад разговор про то, что в Интернете что-то происходит, вообще вызывал недоумение: какой такой Интернет - какой-то карлик по сравнению с гигантом.

Называть (тех, кто работает на ТВ - ред.) телевизионной корпорацией не очень точно, на самом деле это сословие, в духе Симона Кордонского, которое полностью уже институционализировалось и, как и положено сословию, платит и собирает сословную ренту, обладает всеми признаками сформировавшегося института, и там производится своя подготовка кадров. Я уж не знаю, каких студентов Виталий Товиевич готовит, но уж в этой корпорации точно машина подготовки кадров, воспитания, формирования мировоззрения за эти годы развилась.

И последнее, по поводу исследований. В последние годы даже не ставили вопрос о том, чтобы хоть как-то попытаться подобраться к этой тематике. И даже, по-моему, Дондурей устал кричать что-либо вообще по этому поводу, потому что это как болото. Попытка была с Мананой Асламазян, в прошлом году мы сделали работу, "обыденную телекритику". Она не планировалась, не было такой идеи, просто у них возник грант и они думали, что с ним делать. А я в то время как раз читал очередной выпуск телекритика и в раздражении сказал: если у вас действительно есть желание что-нибудь поделать, давайте устроим панель людей, которые будут вместо этих известных телекритиков заниматься телекритикой, писать рецензии или, по крайней мере, их наговаривать. В духе этих известных телекритиков, только ровно наоборот и гораздо более содержательно.

Это было сделано, это оказалось очень интересно, и они даже выпустили книжечку, поскольку по гранту это полагалось. Потом вектор ее интересов сместился по известным причинам. Но что касается представителей телевизионного сословия, то они даже не заметили, что это произошло, хотя к этому специально привлекалось внимание телевизионных начальников.

Если говорить про то, как телевидение убивает Медведева - для Медведева это очень важно. Но есть гораздо более важные факторы, которые полностью компенсируют или почти компенсируют то, что делает с ним телевидение. То, что его позвал Путин - это единственный фактор, который формирует отношение к Медведеву. А отношение к Путину сформировано, оно - как застывший, зацементировавшийся памятник, как жесткая конструкция, сложившаяся за восемь лет, на которую абсолютно ничто не повлияло, никакие выборы, никакие смены должностей, вообще ничего. Оно, это отношение, естественно, со временем будет меняться, ничего нет вечного под луной.

Сегодня существует длинная история, как формировалось отношение населения к Путину, и короткая история отношения к Медведеву. Если спрашивать про то, за кого стали бы голосовать избиратели, в вопросе, где есть Путин, но нет Медведева, там примерно та же цифра, что была в начале года или в конце прошлого года - чуть меньше 60%. Если спрашивать тот же список без Путина, но с Медведевым, получается цифра пунктов на 6-7 меньше. Если спрашивать с обоими, то между ними разница 60 на 10. То есть - это конструкция из двух половинок, и в данном случае на обоих распространяется то, что сложилось в прошлом, просто Медведев - часть Путина.

Телевидение, даже если захочет испортить это отношение, должно сильно постараться, чтобы это сделать. Я не говорю, что не надо на это внимание обращать, но это одна из задач в рамках очень большой проблемы.

Части сегодняшней социальной вселенной, которую составляет Россия, не интересно ТВ. И вообще телевидение - это отстой. Есть другие вещи, у кого-то Интернет, у кого-то карьера, дела, у кого - то учеба, у кого-то - просто плевать в потолок, но есть масса интересных вещей, кроме телевидения.