Rambler's Top100 Service

Вопросы господину Адамскому

эксперт проекта 'Большой Новосибирск', д. филос. н., проф., PhD (Monash, Australia), зав. кафедрой философии Новосибирского госуниверситета экономики и управления - НИНХ, Новосибирск.
21 Август 2008

В своем интересном интервью ректор ИОП 'Эврика' Адамский Александр Изотович защищает несколько тезисов относительно реформы нашего высшего образования, по поводу которых мне бы хотелось высказать несколько слов.

1. Должно быть несколько федеральных университетов, которые будут задавать остальным образцы.

2. Должно остаться 50 университетов (хотя непонятен критерий, поскольку перед этим говорится, что конкурентоспособных вузов в пять раз больше).

3. Высшее образование девальвировалось, и нужно больше людей без высшего, чтобы питать бизнес.

4. Ключевым механизмом повышения качества образования должна быть не структурная реорганизация, а изменение системы оплаты труда в высшей школе. И нужно платить в первую очередь за науку, потому что в вузах должны преподавать ученые, а не методисты.

5. Министр образования и науки Андрей Александрович Фурсенко продвигает идеи инновационных образовательных программ, и это внушает оптимизм.

6. Надо смелее идти в сторону европейской интеграции (т.е. продвигать Болонский процесс), бакалавры насытят экономику, а магистратура начнет пополнять науку. И вообще высшего образования нужно меньше, но лучше.

С первыми двумя из этих положений можно согласиться, хотя совершенно непонятно, на чем основаны оценки, и каков будет механизм сокращения, а это вопросы далеко не праздные. И недавний скандал в Южном федеральном университете не случаен.

Но вот что хотелось бы прояснить - как связаны между собой реформы школьные и реформы высшего образования? В этом интервью совершенно отсутствует школа. А ведь во многих случаях вузы вынуждены давать хотя бы какое-то образование выпускникам школ, просто потому что там среднее качество ниже любого заранее заданного уровня. Поэтому и преподаватели вузов работают много ниже своих возможностей. Составляют ли систему начальная, средняя и высшая школы, или они существуют сами по себе? А если еще прибавить детские учреждения и пост-вузовское образование? Но в том, что говорится, системность никак не проглядывается.

Предлагаемая панацея - изменение оплаты труда. Часть базовая и часть стимулирующая. Схема, знакомая по школе. Когда проводилось августовское совещание учителей и директоров школ в прошлом году, мне довелось быть на обсуждении этой схемы. Я тогда спросил сотрудников возглавляемого А.И.Адамским института 'Эврика', работает ли такая система оплаты труда у них в институте. Ответ был отрицательный. Но тогда возникает законный вопрос: если такая система по убеждению ректора является лучшей, чем существующая, почему он не практикует ее у себя в институте? Что-то здесь, извините, не правильно. Я задавал тогда и второй вопрос: как соотносится предлагаемая система оплаты труда с системой оплаты труда в вузах? Ответ был вполне невразумительный, из чего я заключаю, что он даже не обсуждался предварительно. И отсюда, (плюс то, что можно сказать об отдельных действиях по реформе образования) вытекает следующий вывод: предлагаемые реформы и даже те, которые так смело и решительно проводит министр, никак не составляют системы. Ведь одновременно со стимуляцией научной работы следует резко сократить учебную нагрузку. Необходим другой уровень связей. Необходимо наладить систему библиотек. И уровень оснащенности вузов площадями, оборудованием и т.д., и т.п. Должны быть совершенно другого качества общежития для студентов. Другой уровень издательского дела. И это только по высшей школе. Но должна быть соответственно реформирована и средняя, и начальная. Здесь и вопрос учебников, и вопросы профилизации (что она дает и что она отнимает). Это, конечно, и вопросы финансирования. И здесь бессистемность может привести и реально приводит лишь к негативным результатам.

Поэтому реформаторы в качестве образца берут некую усредненную модель высшего образования на Западе и полагают, что двигаются именно к ней. Возникает иллюзия системности. Но это именно иллюзия, потому что в реальности никакой системности нет. Есть продавливание определенных элементов, но результирующая никак не направлена в сторону улучшения качества. Да, если сократить девятнадцать из каждых двадцати вузов, а часть самых сильных преподавателей перейдет в оставшиеся, то качество улучшится. По этой логике можно сократить и больше, и качество будет улучшаться и улучшаться, пока не останется один самый сильный профессор с одним самым сильным студентом. Но назвать это 'реформой' вряд ли правильно. Так же, как называть введение ЕГЭ 'экспериментом'.

Насколько я знаю из публикаций, А.И.Адамский является защитником интересов гражданского общества. Но почему тогда наши образовательные реформы проводятся таким недемократическим способом? И в данном случае это называется смелостью и решительностью. Я участвовал в весьма представительных конференциях по реформе образования, резолюции которых отправлялись в министерство. Там были высказаны весьма серьезные замечания по поводу перехода на двухуровневую систему образования и другие. Никаких прояснений так и нет. Причем, почему это нужно делать в такие сжатые сроки? Подобные реформы требуют значительно большего времени, а здесь речь идет о нескольких годах. Даже стандарты нового поколения министерство не успевает сделать, а перестраивать под них всю систему образования оказывается возможным. Кстати, со стандартами вообще какая-то катавасия. Что в школе, что в вузах. Говорится о стандартах первого, второго и третьего поколений. Где-то внедряются стандарты второго, где-то остаются стандарты первого поколений, а стандарты, ориентированные на компетенции, так пока и остаются недоделанными.

Иначе говоря, если я правильно понимаю А.И.Адамского, речь идет о том, что надо заставить бизнес брать людей без высшего образования, потому что после резких сокращений вузов образованных будет слишком мало. Тогда ключевое положение интервью: 'Поэтому мне кажется, что бизнес все-таки должен открыться людям со средним специальным, с начальным профессиональным образованием и сделать так, чтобы средний класс питался отсюда'. И здесь смелость и решительность звучат более конкретно, чем какие-то 'инновационные образовательные программы'. Но уверены ли вы, что в перспективе для будущего страны меньшее число образованных людей лучше, чем большее? Умные образованные люди сами решат стоящие перед страной проблемы. И почему здесь рассматриваются лишь административные меры, а рынок остается в стороне?

И еще вопрос: если дальше проводить реформы подобным образом, то что же останется от лучшего, что было в нашем образовании? А о необходимости сохранения лучших достижений говорится во всех официальных документах. В интервью об этом даже не упоминается. А как согласовать профилизацию в школе и ориентацию на бизнес в вузе с фундаментальностью, которая считается главной чертой отечественной школы образования? Многие действия явно направлены против фундаментальности.

Я не сомневаюсь, что цели, двигающие реформаторами образования и, в частности, А.И.Адамским, вполне положительные. Вопрос в другом: а почему из процесса реформирования практически выключены те, кто реально работает со студентами? Почему их мнение ничего не значит? Почему отсутствует механизм, который позволял бы услышать его? И это в социальном государстве и при построении гражданского общества?

Загружается, подождите...
0

Error: Can't open cache file!
Error: Can't write cache!