Rambler's Top100 Service

Семь шагов из кризиса

Депутат Московской Городской Думы
15 октября 2009

Президент Медведев в своем недавнем интервью сказал, что Россия 'пробила дно кризиса', что ее экономика 'просела' значительно сильнее, чем большинства ведущих стран, и что это стало для всех неожиданностью.

Да, подобное быстрое и глубокое падение экономических показателей с сентября 2008 года по март 2009 года оказалось неожиданным. Кризис продемонстрировал особые национальные черты ряда экономик и, главное, новую глобальную структуру, о чем я неоднократно ранее писал (желающие могут посмотреть мои три статьи на www . kreml . org от 05 марта, 01 июня и 04 августа 2009 года). До марта 2009 года не было ясно, как развиваются процессы, и, если почитать прогнозы с сентября по март, то виден широкий разброс мнений экспертов, сквозь который тогда проглядывала общая растерянность. С марта стало ясно - с кризисом на глобальном уровне удалось справиться благодаря огромным вливаниям средств в банковскую систему и национальные экономики правительствами Большой двадцатки. Причем главным лидером выхода из кризиса стал Китай, а неожиданно большую глубину падения продемонстрировала Россия, та самая, которую наше правительство даже ранее рекламировало как потенциальную 'тихую гавань' в период кризиса. 'Тихой гаванью' как всегда оказались казначейские обязательства США, а Россия получила мощный удар с той стороны, с которой и должна была получить.

Перед самым кризисом нами была создана простая, но весьма дисгармоничная система макроэкономического регулирования, основанная на эффективности экспортных операций и положительном сальдо внешнеторгового баланса. При этом до трети экспортных поступлений в государственный бюджет санировались в государственных резервах Центрального банка и бюджетных фондах в виде активов, номинированных в иностранной валюте, и изымались из экономики с целью не допустить ее 'перегрева'. При этом рублевая масса, отчасти благодаря 'станку', поступала на внутренний рынок, раскручивая инфляцию. На все это накладывались слабое развитие национальной банковской системы, относительно низкий платежеспособный спрос населения и, что самое главное, отсталость большинства не ориентированных на экспорт отраслей экономики, где производительность труда уступала развитым странам в 3 - 15 и более раз. Наблюдались многие известные симптомы 'голландской болезни', в том числе, что особенно важно, подавление за счет эффективного импорта внутреннего производства и укрепление рубля.

На фоне этих процессов компании-экспортеры, в том числе государственные, получавшие не менее 20% чистой прибыли от внешнеторговых операций, на фоне завышенных ожиданий наращивали заимствования на внешних рынках под залог своих активов. При этом полученные 'легкие деньги' направлялись не только в не всегда хорошо просчитанные проекты развития своей основной деятельности, но отвлекались в непрофильные активы, направлялись в имиджевые проекты, уходили на бонусы менеджменту и выплаты повышенных дивидендов акционерам.

Такая форма существования российской экономики, при всей ее неэффективности и практической невосприимчивости к модернизации в большинстве отраслей, тем не менее, устраивала большинство российского истеблишмента, так как на поверхности выглядела весьма привлекательно. Из года в год активы росли в цене, увеличивались государственные резервы, компании-экспортеры вкладывали средства в национальную экономику, развивалось потребительское кредитование, увеличивались реальные доходы населения. Российская экономика росла, это с одной стороны, радовало, а с другой, беспокоило, так как по всем показателям приходилось уже в ближайшие годы ждать национального кризиса и спада в случае, скажем, уменьшения эффективности экспорта.

Однако, российский 'пузырь' лопнул раньше, чем можно было ожидать исходя из внутренних реалий. Лопнул под влиянием мирового экономического кризиса, пришедшего из США. Это и дает нам теперь основания говорить, что нам принесли кризис извне. Но надо понимать, что если бы не перешел в острую фазу кризис ипотечной системы США, который запустил, как детонатор, мировой кризис, то таким же детонатором в ближайшие годы мог стать 'взрыв' российской экономики, когда лопнул бы российский 'нефтегазовый пузырь'. Скрытый потенциал национального кризиса уже зрел внутри нашей экономической системы, именно поэтому падение российского ВВП в течение года оказалось таким глубоким.

Но что происходит с кризисными явлениями сейчас? Дно кризиса пройдено еще весной этого года. Довольно быстро восстанавливается экономика Китая, испытывая уже некоторые явления перегрева. Хорошо идет восстановление экономик стран Европы, хотя некоторые новые члены ЕС и тянут этот процесс назад. С некоторым трудом, но отчетливо восстанавливается Япония. Экономика США, которую все еще тянут назад отраслевой ипотечный кризис, фондовый рынок и банковский сектор, тем не менее, тоже быстро восстанавливается. Инвесторы начинают выходить из низкодоходных облигаций и выводить капиталы на фондовый рынок, сбережения начинают перетекать в портфельные инвестиции. Наблюдается постепенное восстановление реального сектора и хорошо видны 'точки роста'. Устойчивым и довольно высоким становится спрос на нефть, природный газ, металлы, удобрения, лес, при этом наблюдается тенденции к росту этого спроса. Все это стимулирует к активному восстановлению нашу, уже плотно интегрированную с мировой, российскую экономику.

Так, российские биржи по сравнению с показателями годичной давности с ноября 2008 удвоили свои индексы. Кто купил акции 'голубых фишек' в ноябре 2008 года - феврале 2009 года стал, по общему портфелю, в среднем, богаче вдвое. Предвидя такой поворот событий, я призывал покупать российские акции осенью 2008 года (статья в www . kreml . org от 08 октября 2008 года). Хорошо, что правительство России озаботилось и выделило средства порядка 4 миллиардов долларов на покупку акций 'голубых фишек' в 2008 году. Это позволило в то трудное время поддержать депрессивные торги и смягчить шок от падения котировок, а впоследствии еще и получить доход. Так что президент Медведев недооценил эту меру, назвав ее в одном из интервью 'ошибочной'. Надо было направить на биржи раз в десять больше средств на покупку акций, и был бы другой эффект, падение фондового рынка было бы остановлено еще в 2008 году, крупные стратегические компании получили бы самым оперативным способом 'живые' деньги в самое трудное время, а государство получило бы дополнительный контроль над ситуацией. А потом получило бы и совсем другого масштаба доходы в бюджет, которые бы нам не помешали в 2010 году. Но не будем критиковать прошлое, а станем смотреть в будущее.

Российская экономика, в связи с ее экспортной ориентированностью, зависимостью от импорта оборудования, товаров и инвестиций, работает отчасти по, так сказать, триггерному принципу: или капиталы вовсе не идут в Россию извне, или приходят в нее массировано и быстро.

Российская экономика, сократившись за последний год на десятую часть, тем не менее, продемонстрировала хорошую устойчивость. Накопленные за период роста внутренние предкризисные явления, в частности, в виде завышенной стоимости активов 'рассосались', теперь основные активы недооценены. Даже российский бич - инфляция - на время приостановилась, несмотря на положительный внешнеторговый баланс, валютное скопидомство Центробанка и работающий станок. Государственные резервы велики, дефицит бюджета они полностью покрывают, внешняя торговля весьма эффективна, рубль укрепляется, наблюдается восстановительный рост промышленного производства, есть хорошие показатели аграрного сектора, идет восстановление кредита, растет покупательная способность населения. Все это происходит на фоне социальной стабильности внутри страны и улучшения политической конъюнктуры в мировом окружении. Реально страновые риски России невелики, какие бы оценки ни давали ангажированные аналитики, а опыт работы иностранных инвесторов на российском рынке и российских компаний на фондовых рынках зарубежных стран, накопленный за последние годы, весьма велик. Создана вся необходимая инфраструктура для привлечения западных капиталов на российский рынок.

Полагаю, что масштабное возвращение иностранных инвесторов и иностранных кредитов на российский рынок начнется еще в этом году, и к концу 2010 года наша экономика наполнится деньгами и импортными товарами. Снова начнется кредитование российской экономики под залоги пакетов растущих акций 'голубых фишек' и компаний второго уровня, снова будет чрезмерное накопление государственных резервов, снова проявит себя во всей красе 'голландская болезнь' или 'нефтяное проклятие'. К модернизации такая экономика будет практически нечувствительна. Зачем трудиться, когда все дается без труда? И будем проедать наше будущее.

Что же мы должны в этой ситуации сделать, если хотим развития, а не прозябания в 'сырьевой периферии'?

Первое, не суетиться. Пока экономика восстанавливается, ее можно бросить в еще один виток кризиса любым неосторожным решением. Пока необходимо продолжать проводить актикризисные меры, улучшать политическое положение страны, всячески привлекать инвестиции во всевозможные отрасли экономики вплоть до восстановления устойчивого роста. Восстановление устойчивого экономического роста - это и есть окончание кризиса. А вовсе не достижение докризисных показателей.

Второе, по достижении устойчивого роста на стадии 'разогрева' и 'перегрева' взять под государственный контроль три фактора: общий объем экспорта, в первую очередь, нефтепродуктов, объем внешних заимствований всех компаний-экспортеров и целевое использование госкомпаниями этих заимствований (об этом также в моей статье в www . kreml . org от 16 сентября 2009 года). Необходимо снижать до разумных пределов объемы экспорта нефти и газа, перестать соревноваться в расточительстве с Саудовской Аравией и начать экономить ресурсы по всем направлениям, во-первых, сначала, продаваемые вне страны, и уже во вторую очередь, реализуемые на внутреннем рынке, а не наоборот, как хотелось бы некоторым. При этом в качестве ограничителя объема заимствований компаниями-экспортерами, в частности, принять специальные правила о запрете залога значительных объемов стратегических активов у нерезидентов.

Третье, открыть широкое бюджетное кредитование из федеральных бюджетных фондов стратегических компаний-экспортеров и других крупнейших предприятий и организаций по низким ставкам, ниже банковских, и в отдельных случаях, даже ниже учетной ставки (ставки рефинансирования) с тем, чтобы заместить иностранные кредиты. При этом ввести жесткие залоговые правила и ограничения на непрофильное использование своих активов бюджетными заемщиками.

Четвертое, и может быть самое важное - разрешить выделять из бюджетов Российской Федерации, субъектов федерации и крупнейших городов беспроцентные или льготные бюджетные кредиты промышленным предприятиям, в первую очередь, энергетике, тяжелому, химическому машиностроению, металлургии, производству горного оборудования, транспорту, строительному машиностроению, судостроению, авиастроению и некоторым другим важнейшим отраслям производства. Такие кредиты должны носить исключительно целевой характер и быть направлены исключительно на внешнеторговые закупочные операции, на приобретение машин, оборудования, целых производственных линий, ноу-хау, патентов и иных видов преимущественно основных средств производства.

Что это даст нашей экономике:

-   производительность труда в тяжелой и иной индустрии, на транспорте будет расти высокими темпами: если в развитых странах рост производительности труда не превышает 4% в год, то развивающиеся страны, применяя импортные технологии нового поколения, могут достигнуть роста производительности труда до 15% - 20% в год (при условии высокого образовательного уровня населения);

-   за счет роста производительности труда высвободится много рабочих рук, которые можно будет использовать в расширенном воспроизводстве, что есть наилучшее решение демографических и миграционных проблем, которые в России, в отличие от Европы, порождены не высоким уровнем социальных гарантий и общей цивилизованностью, а нашей отсталостью;

-   появятся в большом количестве товары высокого качества, способные заменять импортные поставки, разовьется конкуренция на товарных рынках, тем самым будет сдерживаться инфляция, а также появятся новые российские продукты с высокой добавленной стоимостью на экспорт;

-   для проведения внешнеторговых закупок компаниями-заемщиками будет приобретаться валюта на внутреннем рынке, и Центральном банку не придется ее покупать и санировать в большом количестве в иностранных активах, поступление рублевой массы 'от станка' может быть уменьшено до разумных пределов. Более того, Центробанк может начать санировать и уничтожать при случае избыточную рублевую массу, что позволит, наконец, ограничить инфляцию, устранив макроэкономические факторы;

-   начнется активное перемещение мировых производств в Россию (об этом подробнее в моей статье в www . kreml . org от 03 апреля 2009 года), вслед за технологиями придут и частные инвестиции, за ними снова технологии, в том числе смежные, что создаст мультиплицирующий эффект и даст мощный и качественный рост ВВП.

Теперь пятое, о чем я также уже писал, необходимо разрешить рублевое кредитование по умеренным ставкам из бюджетов всех уровней градообразующих предприятий, перспективных проектов развития и создание инфраструктуры. Это позволит не только поддержать и модернизировать производства, создать рабочие места и обеспечить транспортную доступность, но и окажет положительное влияние на банковскую систему, заставив ее активно снижать ставки, искать новые возможности, конкурировать за заемщика. Такая конкуренция среди кредиторов также позволит увеличить производство и подавить инфляцию. Также такой подход поможет развить частно-государственное партнерство, в том числе, путем софинансирования стратегических проектов.

Шестое. За период выхода из кризиса, за счет бюджетных и внебюджетных финансовых ресурсов, на основе отечественных разработок и международного сотрудничества выделить направления инновационного развития, создать и аккумулировать научно-практические разработки, часть из которых довести до практических моделей и опытных образцов, подготовить их к промышленному выпуску. Часть патентов и ноу-хау можно при этом продать зарубежным партнерам. Для этого также необходимо приобретать за валюту современное научное и опытное оборудование

И, наконец, седьмое, очень, и очень трудное для нас. Это наладить массовый выпуск инновационного продукта. И вот здесь становится очевидным, что без новой индустриализации страны, без закупки самых современных технологических линий, без обучения персонала, нам инновационный продукт самим не произвести, придется только торговать патентами, если хоть это сможем. Миновать индустриальное возрождение страны и сразу прыгнуть в инновационную постиндустриальную эпоху не получится. 'Большой скачок' не удавался никогда особенно никому.

Таким образом, в предлагаемой к рассмотрению модели посткризисного развития можно выделить три этапа:

- инерционный этап (подготовительный) - выход из кризиса, подготовка законодательства и организационных мер для второго этапа;

-   'большой перелом' - изменение экспортной политики, контроль над внешними корпоративными заимствованиями, массированные бюджетные инвестиции в новые импортные индустриальные технологии, закупка импортного научного оборудования, развитие частно-государственного партнерства, подавление инфляции, стабилизация рубля, качественный рост ВВП, новых научных исследований, создание опытно-конструкторских разработок, накопление защищенного интеллектуального продукта;

-   инновационное развитие на основе оригинальных технологий.

Таким видится мне наш посткризисный период в том случае, если мы захотим обновления страны. Да, это какой-то 'азиатский вариант' развития, но, вероятно, модели Швеции или Канады нам не очень пригодны. Правда, можно и не делать ничего, на наш век хватит, а там 'хоть трава не расти'.

0