"Обсуждение результатов выборов - это нормальная часть политической борьбы"
Выступление на круглом столе "Итоги выборов 11 октября 2009 года, политическая борьба вокруг выборов". 21 октября. Москва
Сегодня тема нашего круглого стола: Итоги выборов 11 октября и политическая борьба вокруг этих итогов. Мне кажется, что уже прошло достаточно времени, и хотя у нас нет еще окончательных результатов самих выборов, у нас есть уже достаточно материала для того, чтобы обсуждать и их результаты, и полемику, которая ведется вокруг этих результатов, намерения участников этой полемики. Потому что обсуждение результатов выборов - это нормальная часть политической борьбы.
В старые времена, когда мы все только учились проводить избирательные кампании, азбучной вещью считалось, что финалом кампании являются не выборы, а борьба за интерпретацию результатов выборов. Эта борьба очень важна, потому что она, собственно говоря, доводит до самих избирателей характер сделанного ими выбора. И это тоже борьба, потому что борются разные концепции. Прошли выборы 11 октября, а мы больше недели спорим об их результатах. Это и хорошо, и плохо, потому что у нас есть привычка избирательно оспаривать те цифры, которые нам не нравятся. Так, например - Центр Левады, близкий, безусловно, к оппозиции, дал перед выборами прогноз, практически подтвердившийся на выборах. Но он был тут же освистан за недостоверность данных. Зато в прессе значительное место заняли удивительные астрологические расчеты. Например, есть некто Шпилькин, который вызвал большой восторг, переводчик, скрытый математический гений, который нашел универсальное средство рассчитать истинный результат любых выборов. Базу этого расчета он не рассказывает, но все газеты его охотно публикую. Это, я напомню, тот самый Шпилькин, который во время президентских выборов насчитал, что у Медведева на 15 млн. меньше голосов, чем он получил. Вот такие аналитические гуру оппозиции ведут ее от провала к провалу.
Но высокие цифры поддержки 'Единой России', кстати, никем особенно не оспаривались перед выборами, социология не оспаривалась, у нас не очень любят спорить с социологией, их просто игнорировали. Но при 58-процентном рейтинге поддержки партии ее результаты, в принципе, не могут быть на выборах меньше 60%, это просто невозможно. И после выборов мы столкнулись с двояким феноменом: с одной стороны, партия изумлено рассматривала свои высокие результаты, но рассматривала, в значительной степени, молча. И я считаю, что это был очень важный проигрыш поля в политике - уход из поля интерпретации результатов.
А оппозиция подготовилась к этому этапу, и она вывалила на прессу и, тем самым - на граждан огромное количество мнимых тезисов. Наши средства массовой информации, к сожалению, не выполнили своей работы, то есть не анализировали эти тезисы. Например, самый важный: фактически, на выборах 11 октября имело место снижение роли административного ресурса. По стране практически прекратились массовые снятия кандидатов, которые были излюбленным инструментом местных властей любого уровня. Они преследовались федеральным Центром, и федеральный Центр начал борьбу с этим злом, фактически, добился перелома. Но, естественно, похвалы за это исполнительная власть не дождалась. И в прессе миф об использовании административного ресурса с самого начала рассматривался как доказанный.
То же самое я бы сказал о мифе роли досрочных голосований. По Москве - меньше 1% досрочных голосований и меньше 1% голосований на дому. Никакие результаты здесь не могли повлиять на итоговые результаты выборов. В то же время мы имеем дело с абсолютно лживым мифом о том, что Москва была затоплена урнами с предварительными голосованиями. То же самое - и с мифом о толпами изгоняемых наблюдателях оппозиции, по Москве несколько тысяч наблюдателей. 26 человек ровно было удалено из участков, из них только 7 захотело это оспорить. То есть, речь идет о тысячных долях процента. В прессе, как само собой разумеющийся и фактически доказанный, распространялся миф о том, что наблюдатели оппозиции были изгнаны с участков. Но это, кстати, заставляет спросить у оппозиции, как она готовилась к наблюдению за выборами и заинтересована ли она была в этом наблюдении.
Есть тезисы оппозиции, которые я не стал бы отвергать с порога. Это то, что она считала, что с ней договорились. Мы помним, как велась кампания в Москве и в других местах. Она состояла из бесконечных рассуждений аналитиков оппозиции о том, что они идут на какие-то уступки для того, чтобы их каким-то образом включили, каким-то образом кооптировали, что ли, в состав избираемых органов власти. Я готов допустить, что такие заведомо ничтожные соглашения, которые являются нормальным средством политической борьбы, заключались. Это очень простой метод обмана политического конкурента, широко распространенный в политике любых стран. И если с оппозицией заключали соглашения, а потом отправляли ее к избирателю, то она жаловаться может здесь только на саму себя.
Но мне кажется, что есть и реальная проблема - проблема политической культуры выборов. Она остается у нас на невысоком уровне. И я бы сказал, что самое снижение административного вмешательства в избирательный процесс ведет к усилению вкуса к силовым методам борьбы, причем с разных сторон. Мне кажется, такие вещи имели место в Астраханской области и в ряде других мест. Вообще, силовые приемы в предвыборной борьбе часть используются в пределах закона. Против них трудно возразить, но контроль за этим мне кажется абсолютно недостаточным. И опасно, если федеральная власть упустит этот контроль.
Что касается Москвы, то, мне кажется, стиль московского правительства, которое, с моей точки зрения, исходно запустил кризис, дав оппозиции право говорить, что с ней не захотели обсудить результаты выборов, и конкретно стиль московского мэра становится архаическим и трудно переносимым. В конце концов, Путин сделал для России больше, чем Юрий Михайлович Лужков. И он никогда не вел себя самодержавно, никогда не вел политику от 'я': я хочу, я так думаю, я настаиваю, выйдите вон. Мне кажется, что московскому мэру необходимо учиться демократическому стилю у нынешнего премьера и лидера партии Владимира Путина. Но есть и много других интересных тем, которые надо обсудить.
распечатать
