Rambler's Top100 Service

Есть ли патриотизм у экономики

Кандидат физико-математических наук, главный редактор городской газеты "Встреча" (Дубна)
28 декабря 2009

Еще в октябре президент Дмитрий Медведев призвал российские особые экономические зоны быстрее работать и поручил министру Эльвире Набиуллиной активизировать деятельность ОЭЗ, вовлекая субъекты Федерации в более существенное участие в развитии таких зон.

После этого произошла ликвидация РосОЭЗ, и схема управления особыми экономическими зонами в России из трехступенчатой (МЭРТ - РосОЭЗ - ОЭЗ) стала двухступенчатой (МЭРТ - ОЭЗ). Куратором всех экономических зон России стал директор инновационного департамента министерства экономического развития Дмитрий Левченков.

В атмосфере ожидания новых правил игры на площадках ОЭЗ в Конгресс-центре ОЭЗ 'Дубна' 26-27 ноября проходила четвертая по счету ежегодная конференция 'Особая экономическая зона 'Дубна' - перспективы развития'. Участниками ее были представители федеральных и региональных экономических ведомств (в том числе, Дмитрий Левченков), руководители администрации Дубны и правительства Московской области, бизнесмены и ученые.

Мы - оптимисты, но:

Оптимизм в отношении деятельности российских особых экономических зон как института развития бизнеса вполне обоснован - в разных странах мира насчитывается огромное количество динамично и успешно развивающихся особых экономических зон под названиями 'особые зоны', 'технопарки', 'технополисы'.

Российское министерство экономического развития оценивает успехи работы особых зон в России по тем же критериям, что и наши зарубежные коллеги: количество резидентов, объемы выпускаемой продукции, размеры частных инвестиций, минимизация административных барьеров для инвесторов. Эти критерии прекрасно работают во Франции, в Германии, Индии, Китае, Белоруссии: Почему же в России бизнесмены не торопятся воспользоваться возможностями особых экономических зон для развития своего дела? Почему пустуют построенные государством новенькие здания конгресс-центров и бизнес-инкубаторов, а территория, отведенная под корпуса фирм-резидентов, что называется, гуляет под пáром. Где тот самый инновационный продукт, в котором так нуждается Россия?

Пора взглянуть правде глаза

Во время обсуждения на конференции отечественного и зарубежного опыта развития инновационных экономических зон остро и объективно прозвучало мнение президента группы компаний IBS (Информационные бизнес-системы) Анатолия Карачинского: 'У нас большая проблема с проектом 'Особые экономические зоны', так как он не заработал'.

Глава группы компаний IBS , куда входит, в частности, известный производитель программного обеспечения   Luxoft , напомнил участникам круглого стола, что левобережная площадка ОЭЗ в Дубне под названием "Российский центр программирования" создавалась как место, куда можно было бы собрать тысячи программистов со всей России, обеспечив их нормальными условиями работы. То есть компаниям, работающим в области информационных технологий, были нужны три компонента для организации бизнеса - люди, низкая стоимость инфраструктуры, дешевое и благоустроенное жилье для сотрудников. Городок программистов был задуман на 10 тысяч специалистов, которые работали бы так, как сегодня работают их коллеги в Индии и Китае.

Что вышло из этой идеи за четыре с половиной года? 'Здесь, в этом здании хорошо и красиво, - констатировал Анатолий Карачинский, - но российские компании за это время наняли 10 тысяч программистов на Украине - в Киеве, Днепропетровске и Одессе - и заплатили им за работу примерно 500 миллионов долларов. То есть каждый год из России уходит 500 миллионов долларов, которые могли бы оставаться в стране'. Добавлю - в Дубне.

Почему так вышло? Инфраструктуру построили, а проблему жилья не решили. А раз не решена проблема жилья, то и офисы строить не для кого. 'Спасибо ОЭЗ 'Дубна', где придумали гостиницу и временное жилье, - поблагодарил руководство зоны президент группы IBS ,   - но все это, я бы сказал, ерунда. Надо менять законы. Потому что сегодня можно строить жилье только по коммерческой модели, которая убивает идею конкурентоспособности зоны'.

Вторым камнем преткновения, по мнению Анатолия Карачинского, является полное отсутствие у бизнеса экономического интереса к работе в ОЭЗ. Те налоговые и таможенные льготы, которые сегодня предоставляются резидентам ОЭЗ, предпринимателей заманить в зону не способны.

  'Наши инноваторы как только что-нибудь придумают, плавно переезжают в Калифорнию, - объяснял ситуацию руководитель IBS . -   Потому что во всех развитых странах - США, Канаде, Финляндии, Индии и даже на Украине - есть налоговый инвестиционный кредит на ограниченный срок (не платишь налог на прибыль, пока не вернешь свои инвестиции). Во Франции такой кредит размером в 5 миллионов евро дается на 2 года в обмен на инвестиции. А у нас делаешь 10 миллионов инвестиций и платишь 6 миллионов налогов.   Патриотизм хорош тогда, когда в кармане бюджетные деньги. Экономика - математическая вещь, там патриотизма очень мало. Российским ОЭЗ надо так скорректировать свою программу, чтобы она стала выгодна для бизнеса'.

Мнение Анатолия Карачинского о недостатках работы ОЭЗ было не единичным. 'Наши особые экономические зоны проигрывают зонам других стран по объему налоговых и таможенных льгот', - признался участникам конференции и куратор особых зон России Дмитрий Левченков. Он рассказал о том, что министерство экономического развития пытается улучшить закон об экономических зонах. В частности, оно выступило с предложением предоставлять без аукциона прилегающие к ОЭЗ земельные участки для застройки жильем, чтобы заместить государственное финансирование из федерального и регионального бюджетов долгосрочным заемным финансированием, привлекаемым инвесторами для строительства инфраструктуры.

Продолжение истории

Спустя две недели, 9 декабря в том же Конгресс-центре ОЭЗ 'Дубна' министр экономического развития Эльвира Набиуллина провела совещание по проблемам развития особых экономических зон в России. На совещание в Дубну были призваны резиденты и технико-внедренческих, и промышленных зон России. Прибыли также представители регионов и так называемых институтов развития - госкорпорации 'Роснано', Внешэкономбанка и 'Российской венчурной компании'.

Поскольку заседание было закрытым, то всю информацию о нем журналисты смогли узнать лишь по его окончании из краткого сообщения Эльвиры Набиуллиной во время ее 'подхода к прессе'. По словам министра, задачей совещания было - выслушать мнения резидентов о проблемах,   с которыми им приходится сталкиваться в ходе реализации их проектов в ОЭЗ. В ходе совещания обсуждались пути решения выявленных таким образом проблем, реорганизация структуры управления особыми зонами и сокращение административных барьеров в налоговой и таможенной части обслуживания резидентов. Затронули и вопросы взаимодействия зон с финансовыми институтами развития, откуда резиденты могли бы черпать средства для развертывания своих проектов. Правда, при этом выяснилось, что для привлечения в зону кадров, которые могли бы заняться развертыванием проектов, необходима специальная мотивация - они туда не рвутся. Министр Набиуллина пообещала, что поможет добиться разрешения строить жилье для сотрудников ОЭЗ на прилегающих к зоне территориях.

Размышления у парадного подъезда

Россия, возводя мощную и дорогую инфраструктуру особых экономических зон, идет тем путем, который прошли на Западе в 50-70-е годы прошлого века. Нынче тенденции развития таких зон за рубежом изменились. Строительство новой инфраструктуры в условиях развития информационных технологий и снижения себестоимости инновационной продукции обходится дорого. Поэтому особые экономические зоны нового поколения формируются как сетевые технопарки, объединяя интеллектуальные, кадровые, технологические и финансовые возможности нескольких городов региона. Например, британский сетевой технопарк Technium соединяет в инновационной деятельности возможности 11 городов.

Опыт создания сетевых технопарков без масштабного строительства новых зданий особенно интересен в условиях северного климата, где инфраструктура стоит гораздо дороже, чем на юге.  

Выступая перед журналистами, Эльвира Набиуллина ссылалась на успешный мировой опыт функционирования особых экономических зон. Однако, в ответе на вопрос, учитывается ли при использовании этого опыта на российской почве климатический фактор, министр сказала, что не считает этот фактор существенным.

Между тем, в России себестоимость программных продуктов выходит выше, чем в других странах, где их производят. Это подтверждает, например, председатель совета директоров компании ABBYY Давид Ян. 'Если пообщаться с компаниями, которые имеют исследовательские команды в России, в Финляндии, в Индии, в Китае, в США, - рассказал он в интервью порталу Кремль.орг, - у всех у них есть аналитика, связанная с долями в процентах от стоимости разработки: сколько составляет аренда, сколько составляет зарплата, сколько налоги, сколько менеджмент и так далее. В России значительной затратной частью являются затраты на аренду помещений для программистов, и эти затраты действительно в разы больше, чем в других странах. У нас неадекватно высокие расценки, которые уменьшают конкурентоспособность нашей разработки'.

Почему же стоимость аренды так высока? Во многом, потому, что большую часть ставки аренды составляют расходы на отопление и водоснабжение. А обе эти инфраструктурные системы в глубоко промерзающей российской почве получаются гораздо дороже, чем в более теплых странах, и при монтаже, и при обслуживании. Плюс толщина стен зданий, на которую тоже расходуется больше строительных материалов, чем в ином климате. Не потому ли нанимают резиденты ОЭЗ 'Дубна' программистов не в Дубне, а в Киеве и Днепропетровске, где зданий сооружать не нужно - они там уже есть?

Вывод: в холодном климате, выстраивая особую экономическую деятельность, особенно важно брать в расчет уже имеющиеся возможности территории, чтобы снизить и так высокую по сравнению с югом себестоимость производимого здесь продукта. Да и продукт хорошо бы производить не какой душа захочет, а уникальный, которого нет нигде.

И тут хочется спросить: а если бы развитие ОЭЗ 'Дубна' началось не с идеи создания Центра программирования в чистом поле, а с естественного развития тех идей, которые уже давно томятся у физиков Дубны в Объединенном институте ядерных исследований, ожидая внедрения в промышленность? Может, раз уж программисты засели на Украине, а не в российском наукограде, стоило бы пересмотреть направление развития ОЭЗ 'Дубна' в пользу более широкого внедрения хорошо развитых в Дубне и России ядерно-физических технологий?

0