Rambler's Top100 Service

Интересы России обязательно учитываются другими государствами на постсоветском пространстве

Игорь Яковлев
Заместитель директора Института экономических стратегий
21 июля 2004
В последнее время главными проблемами в сфере обеспечения российских интересов стали проблемы, связанные с Кавказом. В первую очередь, это те события, которые происходили и происходят в этом регионом в связи с так называемой «революцией роз». Мы знаем, что в сфере интересов России этот регион находится давно, по крайней мере около 500 лет. И текущее обострение отношений достаточно существенно сказывается на тех российских перспективах, которые связаны с этим регионом. Мы явно видели проблемы, которые были у Грузии в связи со сменой власти в Аджарии, мы видим то, что происходит сейчас в Южной Осетии. И это естественным образом связано с той проблемой, с которой российским властям и вооруженным силам приходится сталкиваться, например, в Чечне, в Ингушетии, которые граничат с Грузией. Здесь можно видеть различные сценарии.

 

Мне кажется, что при любых обстоятельствах, то, что сейчас происходит в этом регионе, является серьезным индикатором, отражающим положение, которое Россия занимает в мире в настоящее время, и это положение весьма непростое. Отрадными, с другой стороны, являются факты, связанные с определенными интеграционными тенденциями на постсоветском пространстве. Особенно в связи с контактами и укреплением союзнических обязательств, которые существуют между Россией, Казахстаном, Белоруссией и в несколько меньшей степени с Украиной. Но, тем не менее, сам факт укрепления ЕврАзЭС говорит о том, что те связи, которые были разрушены с распадом СССР, не в полной мере уничтожены, они имеют тенденцию к регенерации.

 

Тревожным фактом, с моей точки зрения, является то, что нет существенного прогресса, связанного с созданием российско-белорусского союзного государства. И здесь одной из основных проблем является то, что вразрез с Договором о создании союзного государства от 1999 года до сих пор не введена единая валюта союзного государства. И это в серьезной степени сказывается как на перспективах этого государственного объединения, так и на экономических связях между Россией и Белоруссией. Потому что мы знаем, что Белоруссия является одним из крупнейших партнеров России как на постсоветском пространстве, так и вообще в мире. Известно, например, что товарооборот между нашими странами составляет 9,5 млрд. долларов, это даже больше, чем между Россией и Китаем. То есть, вот основные болевые точки, которые сейчас можно определить.

 

Что касается регионов Прибалтики, здесь, к сожалению, традиционные проблемы, и в первую очередь они связаны с вхождением балтийских государств в состав Единой Европы и с положением русскоязычного населения этих стран. В первую очередь речь идет о Латвии, где есть проблемы, связанные с преподаванием ряда предметов на русском языке. Это серьезный индикатор обеспечения интересов России, русскоязычного населения, ущемления его прав в смысле получения образования. Известно, что преподавание целого ряда дисциплин на латышском языке затруднено не только потому, что русскоязычное население и русские в этих странах плохо владеют латышским языком, а в первую очередь из-за недостатка терминологии, которая достаточно скудна в отношении математических, например, и физических дисциплин. Здесь как раз в полный рост встает проблема русского языка как языка межнационального общения на территории постсоветского пространства. Опыт показывает, что размывание значения русского языка на постсоветском пространстве в течение ближайших 10-20 лет может негативно сказаться, в частности, и на экономическом развитии наших стран, включая и проблемы, которые связаны с преподаванием, с подготовкой специалистов самого разного профиля.

 

Мы видим тенденции по сдаче российских позиций, в частности, в Центрально-Азиатском регионе, в зоне Закавказья. В данном случае здесь есть целый ряд факторов. Когда в регионе складывается определенная расстановка сил, когда в дело вступают и дипломаты, и политики, и военные, естественно, учет того влияния, которое крупнейшие западные державы оказывают на эти регионы, необходим. Я могу сказать, что искусством поиска политического баланса и русская, времен Российской империи, и советская, и нынешняя российская дипломатия обладает. Вопрос заключается в том, что очень часто сам факт нахождения баланса в отношениях с Западом требует определенной политической воли.

 

Вряд ли можно говорить о консенсусе в российской элите по политике обеспечения российских интересов. Консенсус – это согласие. Я бы в данном случае говорил бы о балансе интересов, о их уравновешенности. Интересы экономические, политические на территории СНГ – это та сфера, где вряд ли достижим консенсус для российских политических элит. В данном случае как раз можно говорить только о балансе сил, о, может быть, даже неустойчивом равновесии, но ни в коем случае не о консенсусе.

 

Я только что приехал из Казахстана, у меня сложилось такое впечатление, что казахстанская политическая элита с большим вниманием прислушивается к тем интересам, к тем запросам, которые есть у российской политической элиты. Обобщая, может быть, не все пространство СНГ, а центрально-азиатский регион, можно говорить о том, что законные интересы России соблюдаются, к ним прислушиваются, и эти интересы учитываются в процессе анализа расстановки сил и распределения интересов в этом регионе. В целом мы можем сказать, что Россия, вероятно, потеряла свои позиции как великая держава, но она осталась великой региональной державой. И то, что происходит в странах Балтии, это скорее исключение, чем правило. Российские интересы осознаются на постсоветском пространстве, и они являются серьезным политическим фактором, который учитывается в ходе дипломатической и политической игры.

 

В Таджикистане есть определенные проблемы. В частности, связанные с тем, что оттуда   отводятся российские пограничники, и тем самым граница как бы открывается. Но о серьезном притеснении в том же Таджикистане российского населения вряд ли можно говорить, потому что даже в Москве порядка нескольких сотен тысяч гастарбайтеров из Таджикистана, это естественным путем балансирует ситуацию. В том случае, если начинаются притеснения российского населения на территории Таджикистана, это отразится на людях, которые являются кормильцами таджикских семей и работают в Москве. Я думаю, что Таджикистан не самый яркий пример, в большей степени можно говорить о Туркмении. Там притеснение связано с тем, что Туркмен-баши отменил институт двойного гражданства. В этой ситуации русские вынуждены были принимать решение – либо бросать все нажитое и уезжать в Россию, либо оставаться в Туркменистане и принимать только туркменское гражданство.

 

Перспективы обеспечения российских интересов на пространстве СНГ я не могу назвать радужными, но перспективы стабилизации я усматриваю. Особенно это связано с деятельностью ЕврАзЭС. В определенном смысле мои надежды связаны с тем, что будут урегулированы и сбалансированы отношения между Россией и Белоруссией. Серьезная надежда на шанхайские договоренности, потому что, так или иначе, они затрагивают пространство СНГ и являются своеобразным балансом между тем, что происходит на территории наших западных соседей по СНГ. Я бы свои представления о складывающейся обстановке назвал сдержанно оптимистичными.

 

0

0