Rambler's Top100 Service

В вопросе преодоления кризиса идентичности Россия могла бы оказать большую помощь Молдове

Ион Гуцу
Член парламента Республики Молдова
10 июня 2005

Выступление Иона Гуцу, члена парламента Республики Молдова на заседании «круглого стола» по теме: «Россия – Молдова: перспективы сотрудничества между муниципалитетами, регионами, государствами» 9 июня 2005 г.

Тема сегодняшнего круглого стола мне представляется очень актуальной. Мне представляется дискуссия очень своевременной, потому что, к сожалению, до сих пор представители политических партий, гражданского общества, граждане наших стран не собирались и не обсуждали проблемы взаимоотношений и сотрудничества между Республикой Молдова и Российской Федерацией. У нас происходят непростые процессы, конечно, годы независимости стали очень сложными для нашей страны. Я хочу только одну цифру назвать – валовый внутренний продукт страны составляет 35% к показателям 1990 года, то есть на две трети, по существу, произошел спад в экономике. Я не говорю о моральных потерях, о политических потерях, о судьбах многих сотен тысяч людей, которые не были готовы к таким испытаниям и оказались или выброшенными за пределы нашей страны в поисках куска хлеба. Я не хочу драматизировать ситуацию. Остановлюсь на некоторых моментах, которые мне представляются наиболее интересными не только с точки зрения политической.

Проблемы усугубляются во многом серьезным кризисом идентичности нашего государства. Кризис идентичности характерен для многих стран, которые находятся на пути становления, после 15 лет, после уже значительного опыта строительства демократических институтов, и структурных преобразований, которые с трудом, но прошли в нашей стране, мы вынуждены говорить о том, что одной из самых серьезных проблем остается кризис идентичности, это касается нашего самоутверждения и нашего самосознания. До сих пор в нашем обществе продолжаются дискуссии о языке, об истории, о названии народа и так далее. Многие проблемы, которые для представителей других стран не столь понятны, у нас эти проблемы, к сожалению, и сегодня используются для того, чтобы разъединять людей не просто по национальному признаку, но и молдаван на тех, которые считают себя молдаванами, и тех, которые считают себя румынами. Я думаю, что и в вопросе преодоления кризиса идентичности Россия могла бы оказать нам большую помощь. На сегодняшний день республика расколота. Попытки построить государство без учета реальной этно-национальной ситуации, лингвистической ситуации привели к большим сложностям, к конфронтации, конфликтам, которые имеют сегодня очень серьезные последствия.

Мы не контролируем всю территорию республики. Сейчас мы вкладываем большие деньги, десятки миллионов долларов в строительство железнодорожной ветки в обход Тирасполя, а эти деньги можно было бы использовать иначе. Поэтому я назвал бы вопрос приднестровского урегулирования кардинальным вопросом. Было время, когда мы более терпеливо относились к Тирасполю, когда мы проводили многочисленные переговоры, искали выход. В последние годы решение приднестровской проблемы зашло практически в тупик.

Я думаю, что второй вопрос – это вопрос взаимных интересов. Я думаю, что и у России, и у Республики Молдовы есть ясные интересы. Это прежде всего, конечно, касается граждан Российской Федерации, проживающих в Республике Молдова и Приднестровье, это инвестиции российские, Россия сегодня находятся на первом месте среди всех иностранных инвесторов. Молдова может быть хорошим регионом для того, чтобы через Молдову осуществлять переток электрической энергии, газа на Балканы. Мне представляется, что есть интересы большие и у Республики Молдова. Я недавно приезжал в наше посольство, и увидел, что тысячи людей стояли в очереди на оформление проездных документов. Поэтому взаимные интересы есть.

Есть вопросы более деликатные, например, вопрос о военном присутствии. Завтра наш парламент проголосует наверняка несколько документов, которые опять, я убежден, внесут определенную отрицательную лепту в наши взаимоотношения. Я имею в виду план урегулирования приднестровской проблемы, предложенный Украиной; вывод российских войск, причем ставится задача в очень сжатые сроки; другие проблемы, связанные с процессом демилитаризации Приднестровья и так далее. Я как представитель оппозиции не представляю себе, как можно принимать декларации, решения, не обсудив эти вопросы с российской стороной. Это тоже вопросы очень деликатный.

В принципе, мне кажется, надо обсуждать открыто вопрос присутствия России в Приднестровье. Я сторонник открытого обсуждения этой проблемы не только на уровне государственных структур, но и на уровне гражданского общества.

Я думаю, что для нашей страны главным должен быть принцип полиэтнического плюрализма.

Надо беспокоиться о положении статуса русского языка в Республике Молдова. Например, меня беспокоит в этой связи не столько сохранение русского языка в школах, меня беспокоит, например, что юное поколение молдаван не знает русского языка. Это беспокоит Россию или нет? Я думаю, что этот вопрос должен беспокоить. Почему во Франции, а мы являемся членом Французской лиги, знают до одного человека в республике, до последнего класса, которые изучают французский язык. И почему сотни, тысячи людей, которые изучают французский язык, ежегодно участвуют в различных мероприятиях, состязаниях, олимпиадах, конкурсах, выезжают по приглашениям каких-то организаций. Мы в республике сузили эту работу, к сожалению. Мне кажется, что на это надо акцент сделать, если говорить о наших взаимоотношениях, чтобы действительно больше внимания, больше людей, коренного населения изучали русский язык.

Мы не работаем на уровне институтов гражданского общества, на уровне партий. Я занимаюсь, и многие мои коллеги занимаются партийной деятельностью немало лет, и я ни разу не встречался с представителями какой-либо партии России.

Я считаю, что России следует действовать также, как действуют другие иностранные государства. Каким образом они работают в нашей республике? Создаются и регистрируются неправительственные структуры и организации. Пожалуйста, открыт Институт Демократической партии Соединенных Штатов Америки, Институт Республиканской партии Соединенных Штатов Америки, эти структуры зарегистрированы и работают ежедневно. Любую помощь эти структуры готовы оказать. А Россия в республике практически не представлена.

Также мне представляется, что одним из резервов развития добрых взаимоотношений между нашими странами могла бы стать работа с нашей элитой, в первую очередь, с интеллектуальной.

И последнее, что я хотел сказать: конечно, сейчас нам не следовало бы осуществлять комплексный подход выхода из тупиковой ситуации в наших взаимоотношениях, надо определить конкретные задачи и шаг за шагом их решать.

0

0