Российский бизнес увязает в Украине

генеральный директор экспертного агентства 'Трейд'
30 августа 2005

Из выступления Михаила Виноградова, руководителя департамента политического консультирования Центра «Пропаганда» в экспертной дискуссии: «Украина 1991-2005: политическая независимость и экономическая реальность», «Росбалт», 24 августа 2005 года.

 

За период после революции российский бизнес на Украине пережил уже три этапа: первый - романтический, связанный с ожиданиями рационализации экономической политики. Отголоски этого до сих пор присутствуют, в частности, поток туристов, приезжающих на выходные из Москвы, возрос, покупаются квартиры в Киеве. Второй этап, совсем короткий – агрессивный, когда на встрече Владимира Путина с олигархами говорилось, что у российского бизнеса есть очень серьезные интересы на Украине и бизнес рассчитывает на поддержку власти. Но уже с апреля можно говорить о третьем этапе – этапе увязания российского бизнеса в Украине, когда никакой политической позиции Россия не сформулировала и каждый играет за себя.

Если проанализировать логику поведения и успешность российских игроков на украинском рынке, я бы выделил шесть групп. Первая группа – это те, кто активно борется за объекты собственности, сюда я отнес бы «ЕвразХолдинг», «Ренову», стремящихся получить контроль над Никопольским заводом ферросплавов, а «Ренова» еще и компанию «Титан Украины» и «Северсталь», проявляющая интерес к «Криворожстали».

Вторая категория – это те, которые «отбились» от предъявляемых им претензий украинской прокуратурой. Это «Русский алюминий», в значительной степени СУАЛ и ряд нефтяных компаний, которые сумели без серьезного ущерба для себя выйти из весеннего бензинового кризиса. Третья группа – это компании, которые ограничивают свою активность, хотя и присутствуют на украинском рынке, но не начинают осуществление серьезных проектов. В этой связи можно упомянуть Национальную резервную компанию, аффилированную с Национальным резервным банком. Четвертая категория – это российские компании, присматривающиеся к украинскому рынку, например, Магнитогорский металлургический комбинат, проявляющий интерес к Полтавскому ГОКу.

Далее компании, которые работали и работают на украинском рынке, но менее заметны, в частности телекоммуникационные компании, «Вимм-Биль-Данн», «Балтика», предприятия, аффилированные с «Сибнефтью». И наконец, компании и бизнес-структуры, чье присутствие в Украине в большей степени обуславливается политическими, нежели экономическими причинами. Это Газпром, сюда можно отнести присутствие на медиа-рынке структур Бориса Березовского, который делает ставку на правительство Юлии Тимошенко. Существует ряд ограничителей, препятствующих более широкому распространению российских компаний на украинском рынке, в частности, ограничителей репутационных. Не секрет, что бытовое отношение к Украине и к украинцам немножко «сверху вниз», присутствующее у жителей России, наблюдается и у российского бизнеса. Во-вторых, репутация Украины как страны коррупционной и олигархической. Ограничители экономического свойства: мы видим ухудшение конъюнктуры в таких структурообразующих отраслях украинской экономики, как черная металлургия, где наметился спад цен, а также лево-олигархический курс украинского правительства, который не вызывает восторга у российских компаний. И, наконец, политические ограничители. Российскому бизнеса понятно, что новая расстановка сил не оформилась, раскол в украинской власти колоссальный, поэтому всерьез «вкладываться» достаточно рискованно. Хотя есть ожидания, что мартовские выборы в Верховную Раду обозначат правила игры, но и опасения, что мартовские выборы могут только усилить хаос.

Но надо учитывать, что политический успех вовсе не тождествен имиджевему успеху, доказательством тому – рост рейтинга Тимошенко.

Когда российские нефтяники одержали политическую победу над правительством Тимошенко после бензинового кризиса, несмотря на очевидную политическую победу российских нефтяников.

Я не ожидаю появления новых крупных российских игроков на украинском рынке, но ситуация может развиваться по различным сценариям. Например, российским бизнесменам удастся договорятся с украинской властью и получить «зеленый свет», хотя пока договариваться, видимо, не с кем, со всеми одновременно договориться слишком дорого. Второй сценарий- получение политической поддержки со стороны России и осуществление масштабной экспансии на Украину. Третий сценарий - это честная конкуренция российского бизнеса с украинскими олигархами и с западными компаниями, которые начинают приходить на украинский рынок. И здесь шансы российских компаний не по всем предприятиям выглядят предпочтительно. Но если условия честной конкуренции будут созданы, наверное, российский бизнес не ударит в грязь лицом. И четвертый сценарий – это отказ от масштабных публичных проектов. При этом возрастает активность на Украине рейдерского бизнеса и дружественных захватов, в случае дальнейшего ослабления украинской власти в ближайшие месяцы.