Rambler's Top100 Service

Пресс-конференция В.Путина по завершении саммита G8

Владимир Путин
премьер-министр Российской Федерации, второй президент РФ
9 июня 2007

8 июня 2007 года
Хайлигендамм

 

В.ПУТИН: Добрый день, уважаемые дамы и господа!

Прежде всего хочу выразить слова благодарности нашим немецким друзьям и коллегам, госпоже Меркель за организацию нашей работы и за ту атмосферу, которую ей удалось создать в ходе нашей совместной деятельности за эти два дня. Это был очень большой мужской коллектив. Она была единственной женщиной, причем ей нужно было руководить этим большим коллективом, мужчинами с разных континентов, с разным цветом кожи, с разными мнениями, взглядами, убеждениями. И мне кажется, что ей удалось это сделать очень хорошо, она справилась с этой задачей блестяще.

И как результат - наши договоренности. Мы обсуждали, как вы знаете, самые разные темы. Первой темой, которой мы занялись и обсуждение которой прошло весьма позитивно, было развитие мировой экономики. Все мы отметили, что экономика развивается весьма позитивно. Должен вам сказать, что в этот процесс все больший и больший вклад вносит Российская Федерация. Как вы знаете, экономически наша страна развивается темпами в среднем около семи процентов ежегодно. За первые четыре месяца этого года у нас рост составил 7,7 процента. Реальные доходы населения где-то уже приближаются к 19 процентам за первые четыре месяца текущего года. И абсолютный приток капитала в прошлом году у нас был 41 миллиард, только за пять месяцев текущего года - уже 60 миллиардов. По золотовалютным резервам мы занимаем сейчас третье место в мире. Растут инвестиции как в относительном расчете, так и в абсолютных величинах.

Есть некоторые моменты, которые вызывают внимание со стороны экспертов. Это определенная диспропорция между странами, где мы наблюдаем дефицит, это прежде всего развитые экономики, и странами, где растут резервы. К ним относится, кстати говоря, и Россия. Но это больших тревог пока не вызывает. Эксперты еще должны понять, как будет развиваться этот процесс. Мы большое внимание уделили проблема климата, и я хочу еще раз поздравить госпожу Федерального канцлера - мне кажется, что, несмотря на всю сложность дискуссии и этой темы, мы договорились о главном.

Первое. Мы договорились о том, что все, что зафиксировано в Киотском протоколе, будет соблюдаться, во всяком случае, теми странами, которые этот протокол подписали и ратифицировали. К ним, как известно, относится и Российская Федерация. Конечно, всех волнует, что будет за рубежом 2012 года, и думаю, что удалось сделать самое главное - удалось вовлечь в эту дискуссию все страны, которые являются, как часто звучало на саммите, основными загрязнителями, я имею в виду все индустриальные страны, некоторые развивающиеся страны, рост экономики которых, конечно, заставляет нас задуматься о том, что они должны быть вовлечены в этот процесс так же, как и такая мощная, большая экономика, как экономика Соединенных Штатов. И удалось в ходе общей дискуссии договориться о том, что эта проблема будет дальше обсуждаться на площадке Организации Объединенных Наций, повторяю, с привлечением всех заинтересованных партнеров.

Мы, естественно, говорили об энергетике в связи с этим, об энергосбережении, о справедливом распределении ресурсов. И, как вы знаете, Россия вносит здесь тоже весьма существенный позитивный вклад. Разумеется, речь шла и об образовании, и о борьбе с болезнями. Большая, позитивная дискуссия была проведена и с нашими коллегами из африканских стран. Это была одна из инициатив немецкого председательства. И те инициативы, которые были зафиксированы в документах, мне кажутся весьма позитивными. Я к ним отношу прежде всего выработку принципов финансирования для небольших проектов в Африке, некоторых других документов, которые были согласованы в ходе нашей совместной работы.

Все это дает мне основание сказать, что саммит прошел весьма успешно, и я хочу еще раз поздравить наших немецких друзей с этим результатом. И кроме всего прочего нам в ходе неформального и формализованного общения удалось пообщаться с коллегами в двустороннем формате, обсудить двусторонние отношения. У меня, во всяком случае, были встречи и с Президентом Соединенных Штатов, с Премьер-министром Великобритании, с бразильским коллегой, мне удалось переговорить и с Генеральным секретарем ООН, и практически со всеми участниками встреч, участниками саммита так или иначе удалось пообщаться. Это уникальный случай, уникальная площадка для общения подобного рода.

Хочу еще раз поблагодарить и надеюсь, что все наши договоренности будут исполняться.

ВОПРОС (Ассошиэйтед пресс): Владимир Владимирович, Вы вкратце уже рассказали о Вашей инициативе о создании совместного российско-американского радара в Габале. Не могли бы Вы пояснить, где должны быть расположены ракеты-перехватчики по Вашему плану? И не приведет ли Ваш план к ухудшению отношений России с Ираном?

В.ПУТИН: Моя инициатива и мои предложения нашим американским партнерам гораздо более широкие, чем создание радиолокационной станции в Габале. Мне казалось, что я вчера достаточно подробно говорил об этом, но, если есть необходимость вернуться к этому, я скажу. Нам не нужно создавать никакой радиолокационной станции в Габале. Она давно создана, еще в советское время. В этом и весь фокус. И не думаю, что это приведет к ухудшению наших отношений с Ираном. Потому что станция уже работает и работает давно.

В чем заключались наши предложения и на чем они основаны, вообще из чего мы исходим? Мы исходим из того, что выход наших американских партнеров из Договора о противоракетной обороне, который состоялся несколько лет назад, является делом весьма неблагодарным и, как мы и говорили раньше, ведет к дестабилизации в сфере международной безопасности. Мы с самого начала говорили о том, что мы не будем создавать такую дорогостоящую систему, но с целью сохранения баланса в мире, стратегического баланса, мы вынуждены будем работать над системами преодоления систем противоракетной обороны. И мы тогда от наших американских коллег услышали: ничего страшного, мы друзья, мы больше не враги, делайте что хотите. Мы именно этим и занимаемся все эти годы. Мы и создаем системы преодоления - они у нас и так были, мы их еще и усовершенствуем. Но когда мы услышали о том, что эти системы ПРО будут размещаться в непосредственной близости от наших границ и будут якобы нацелены на иранские ракеты, которых не существует, это, конечно, вызвало у нас тревогу. Обращаю ваше внимание, уважаемые дамы и господа, на то, что не мы, а наши американские друзья собираются создавать противоракетную оборону против ракет, которых нет. Их нет в природе. Сегодня Иран располагает ракетами дальностью 1400 километров. Для того чтобы достичь южных границ Европы, нужна дальность 4,5-5 тысяч километров. Даже не планируются пока Ираном такие ракеты к производству. Это во-первых. А во-вторых, я бы не стал так априори подозревать наших соседей, а Иран для нас соседнее государство, в таких планах. Как сказал один из руководителей Ирана, у них не было и нет никаких планов нападения на Европу:

Нас, конечно, это смущает. Это, естественно, ставит под угрозу наш ядерный арсенал. А вы знаете, в чем опасность реализации планов подобного рода? Если одна из сторон находится под иллюзией того, что она гарантирована от нанесения ответных ударов - агрессивность в действиях возрастает. И это может привести к серьезным конфликтам. И то, что я сейчас говорю, не имеет никакого личного качества и плана.

Мир после Второй мировой войны держался на балансе стратегических сил. Если это баланс нарушается, возникает угроза международному миру. Как только мы узнали о том, что в непосредственной близости от наших границ будут созданы две системы - радар в Чехии и система антиракет в Польше, - естественно, наши военные эксперты просчитали последствия для нас. Мы убеждены в том, что это наносит ущерб безопасности России и ее гражданам. И мы, конечно, вынуждены думать об ответных шагах.

Подчеркиваю, что это не наша инициатива - это ответные шаги. Какие они могут быть? Конечно, нейтрализовать те угрозы, которые возникают для России. Именно поэтому я сказал: да, мы вынуждены будем, видимо, нацелить на эти объекты наши ракеты, в свою очередь. Чего же здесь неожиданного? Не надо провоцировать Россию на такие действия.

Но вчера разговор у нас состоялся весьма позитивный с Президентом Соединенных Штатов. Что мы предложили? Мы предложили использовать имеющуюся и арендуемую сейчас Россией радиолокационную станцию на территории Азербайджанской Республики, которая называется 'Габала'. Она полностью покрывает весь район, который вызывает подозрения у наших американских друзей и коллег. Полностью покрывает. При необходимости мы готовы ее модернизировать - если необходимость такая есть. Пока мы не видим такой необходимости, но готовы и это сделать. И в режиме реального времени передавать всю нужную информацию. В этом случае отпадает необходимость у наших американских друзей выводить ударные группы в космос, что само по себе представляет большую угрозу для международной безопасности. Почему? Потому что в этом случае не нужно строить новую радиолокационную станцию в Чехии и не нужно размещать антиракеты на территории Польши, а можно поставить их на юге. Я говорю сейчас гипотетически, нужно вести переговоры с определенными странами, но это могут быть союзники Соединенных Штатов по НАТО, скажем, Турция или тот же Ирак. За что воевали, спрашивается? Хоть какая-то польза из этого будет.

Можно разместить противоракеты и на мобильных платформах, на военных судах. Какие это дает преимущества? Во-первых, это не дестабилизирует ситуацию в Европе, во-вторых, покрывает весь район, опасный с точки зрения наших американских партнеров. В-третьих, это дает возможность не часть европейской территории, а всю Европу покрыть этим щитом. Следующий резон заключается в том, что в случае каких бы то ни было ракетных атак на территорию Европы они будут сбиты на первом разгонном участке. Это значит, что остатки ракет не будут падать на европейские города. Все они упадут в море. А это тоже нешуточное дело, это, знаете, такие железные болванки - 10, 20, 30 сантиметров величиной, которые будут прошивать крышу, если они будут падать сверху с огромной скоростью, пяти-семиэтажного дома и проходить вплоть до подвала. Это не шутки.

В случае реализации нашего предложения эти остатки будут падать в море. Что мы еще предлагаем? Мы предлагаем, чтобы это не было какое-то одностороннее или даже двустороннее действие. Мы предлагаем собрать пул заинтересованных, в том числе европейских, государств. Оценить, реально оценить ракетные угрозы на период до 2020 года. Договориться о том, какие должны быть предприняты совместные действия по предотвращению этих угроз. Договориться о равноценном, демократическом и приемлемом для всех участников этого процесса доступе к управлению этой системой. И, наконец, очень важный аспект заключается в том, что мы надеемся - и я вчера об этом на встрече с прессой уже сказал, разумеется, сказал об этом Президенту Соединенных Штатов Джорджу Бушу - мы надеемся, что не будет совершено никаких односторонних действий до завершения этих консультаций и переговоров. И мы в любом случае не опоздаем, потому что сегодня, повторяю, этих ракет у Ирана нет. Во-вторых, если даже предположить, что Иран начнет их разрабатывать, то мы об этом своевременно узнаем, а если мы даже об этом не узнаем, то мы это увидим сразу же, как будут произведены первые испытания. И мы увидим, и американские спутники это увидят. От первого испытания до постановки ракет на боевое дежурство в армию проходит 4-5 лет. За это время можно развернуть любую систему противоракетной обороны где угодно. Так зачем же сегодня дестабилизировать ситуацию в Европе? Мне кажется, наши предложения являются вполне логичными, обоснованными и партнерскими.

ВОПРОС (РИА 'Новости'): Хотелось бы уточнить. Вот Вы сказали по поводу размещения ракет - в южной части Европы или на платформах. Где было бы предпочтительнее их разместить? Если в Европе, то безопасность Европы от этого не будет страдать?

В.ПУТИН: Мне кажется, что я уже достаточно подробно ответил на этот вопрос. Могу еще раз сказать: в случае реализации нашего предложения нет необходимости ни в создании новых радаров в Европе, ни в создании новых баз для антиракет. Достаточно разместить их на плавучих платформах, на военных судах, либо на территории южных стран, в том числе союзников США по НАТО. В этом случае, конечно, у нас будет отсутствовать всякая необходимость нацеливать наши ракеты на какие бы то ни было объекты в Европе либо в Соединенных Штатах. Такая необходимость полностью отпадает и исключается.

Мы не будем размещать наши ракетные группы ни на территории Калининградской области, ни продвигать их к западным границам Российской Федерации.

ВОПРОС ('Голос Америки'): Господин Президент, как Вы можете верить иранскому режиму, когда они говорят, что у них нет никаких планов создать систему с потенциалом в четыре тысячи километров?

В.ПУТИН: Существует такое понятие, даже в отношении конкретных лиц, как презумпция невиновности. И если есть какие-то озабоченности в отношении Ирана, мы стараемся их разъяснить, в том числе через имеющиеся международные институты, через Организацию Объединенных Наций и через МАГАТЭ.

Но я же сказал, что если предположить - мы же не отвергаем это напрочь - мы говорим, что готовы предположить, что такая угроза существует. Мы ее не видим, но допустим, что она есть. И мы предложили конкретный план совместных действий. Я его только что изложил, он вполне приемлем. И если наши партнеры считают, что такая угроза существует, то при реализации этого плана она будет полностью нейтрализована. Без всякой необходимости осложнять ситуацию с глобальной безопасностью и с безопасностью на европейском континенте.

ВОПРОС (Франс-пресс): Владимир Владимирович, Ваши западные партнеры все-таки настаивают на независимости для Косова, несмотря на то, сколько этого нужно ждать - полгода, год, или, может быть, дольше. Россия может при каких-то условиях с этим согласиться?

В.ПУТИН: Наша позиция по Косову основана на международном праве и решениях, которые были до этого приняты Советом Безопасности ООН. Она ясная и понятная. Мы исходим из фундаментального принципа международного права, который говорит о необходимости соблюдения территориальной целостности государств. И на резолюции 1244, которая была принята Советом Безопасности ООН и которую никто не отменял. В этой резолюции черным по белому записано, что Косово - неотъемлемая часть Сербии.

Нас пытаются убедить сегодня в том, что можно эту проблему решить, не получив соответствующего согласия вовлеченных в этот конфликт сторон, в данном случае - сербской стороны. Мы считаем, что это неправильно, это не соответствует ни моральным, ни правовым нормам. И нужно набраться терпения и работать как с албанцами косовскими, так и с сербами. Нужно придерживаться имеющихся принципов международного права. И не навязывать свою волю другим странам и другим народам, не унижать другие народы.

Если же все мы придем к выводу, что в сегодняшней международной обстановке принцип права нации на самоопределение важнее, чем принцип территориальной целостности государства, то тогда мы должны будем руководствоваться этим принципом во всех регионах мира, а не только там, где нравится кому-то из наших партнеров. И тогда правом нации на самоопределение должны воспользоваться как народы, проживающие на постъюгославском пространстве, так и малые народы, в том числе народы Кавказа, проживающие на постсоветском пространстве. Потому что никакой разницы между одной и другой ситуацией мы не видим. И там, и там это результат распада коммунистических империй. И там, и там был этнический конфликт, и там, и там этот конфликт имеет глубокие исторические корни. И там, и там с обеих сторон были совершены правонарушения, а подчас и преступления. И там, и там фактически существует независимость квазигосударственных образований. Никто не может нам назвать ни одного различия. А это значит, что применяемые правила должны быть универсальными.

ВОПРОС ('Независимая газета'): Владимир Владимирович, Вы встречались с новым Президентом Франции Николя Саркози. Вы могли бы рассказать о своих впечатлениях от этой встречи, о ее результатах, и вообще, на Ваш взгляд, насколько опытным политиком является новый Президент Франции?

( Выкрик из зала по-немецки .)

В.ПУТИН ( по-немецки ): Хорошо, сделаем, немного позже.

( По-русски .) Отлично, молодец. Дай мне, что бросаешь-то.

( По-немецки .) Молодой человек! Дайте мне, пожалуйста, что вы разбросали! Вы сделали то, что хотели сделать. Теперь оставьте нас в покое, дайте мне время ответить. Хорошо? Согласны? Это демократично? Сядьте, пожалуйста. Спасибо.

В.ПУТИН: У нас состоялась хорошая беседа с господином Саркози. У меня есть полное основание полагать, что весь позитив, который был наработан в последние годы между Францией и Российской Федерацией, будет использован для развития наших межгосударственных связей. Более того, мы нашли очень много точек соприкосновения в личном плане.

На мой взгляд, господин Саркози является человеком очень подготовленным, очень хорошо знающим современную Россию и заинтересованным в развитии наших отношений практически по всем направлениям. Откровенно говоря, я даже был удивлен той детализацией, которую он использовал в обсуждении конкретных направлений нашего сотрудничества. Скажем, сотрудничества по линии ЕАДС и нашей Объединенной авиастроительной корпорации. Все это дает мне основание полагать, что на французском направлении у нас будут хорошие перспективы.

Я все-таки хочу сказать по поводу тирании. Поскольку записка поступила, я на нее отвечу. И этому милому молодому человеку я тоже скажу несколько слов и всем, кто хочет защитить демократию в России. Мы в России пережили очень тяжелые времена. Они связаны с развалом Советского Союза, они связаны с фактически гражданской войной на Кавказе, они связаны с обнищанием миллионов людей после крушения прежней экономики, с развалом социальной системы. И, разумеется, это все не могло не наложить отпечатка на реальную сегодняшнюю жизнь. Но это совсем не значит, что мы будем выдумывать для себя какой-то особый российский способ существования и какую-то особую российскую демократию. Мы будем развиваться так же, как и все цивилизованные страны на общих принципах.

Я посмотрел внимательно и решения Европейского суда по правам человека, и выводы международных правозащитных организаций. Там много критики в адрес Российской Федерации. И она часто бывает справедливой. Часто не очень, как нам кажется, но часто справедливой. Мы будем иметь это в виду, конечно. Но там не меньше критики в адрес наших партнеров, в том числе и по 'восьмерке'. Очень много и по средствам массовой информации, по нелицензированию средств массовой информации, по необоснованным увольнениям журналистов, там очень много критики в адрес имеющегося законодательства, регулирующего отношения с миграцией. Там очень много критики в отношении судебной системы и содержания людей в местах лишения свободы. И это все ведь тоже общие ценности, не так ли? Вы знаете, не нужно делать вид, что везде все хорошо, а у нас одни проблемы. Проблем достаточно.

Теперь мы приближаемся к достаточно непростым рубежам нашей политической жизни. В конце 2007 года у нас будут выборы в Государственную Думу, в начале следующего года пройдут выборы Президента Российской Федерации. Уверяю Вас, все будет сделано в рамках демократических процедур. Все будут иметь право заявить свое мнение, сказать все, что они думают о деятельности сегодняшних властей, но только все должны будут действовать в рамках действующего закона.

Мы никому не позволим нарушать Конституцию Российской Федерации - я сам ее не нарушаю и не позволю никому это делать. Все будут действовать только в рамках закона. А победит тот - и на выборах в Думу, и на выборах Президента Российской Федерации - победит тот человек, которому подавляющее большинство граждан Российской Федерации окажут доверие в ходе прямого тайного голосования. И Вы будете иметь дело с той Россией, которую поддержит российский народ, а не которую кто-то хочет видеть со стороны.

А любая попытка вмешаться и поддержать какие бы то ни было политические силы внутри Российской Федерации накануне крупных политических событий, поддержать силы внутри России, на которые кто-то хотел бы опираться для того, чтобы продвигать в отношении самой России свои собственные интересы, - этого мы не допустим.

Большое спасибо вам за внимание, всего вам самого доброго.

 

Источник: Kremlin.Ru

0

0