Мифология оранжевых революций и ухода от России провалилась

Алексей  Пушков
Тема:







Автор и ведущий программы «Постскриптум», член президиума Совета по внешней и оборонной политике
4 Июль 2005

Выступление Алексея Пушкова, ведущего и руководителя программы «Постскриптум» («ТВ Центр») на Пленарном заседании: Реалистические итоги года революций и перспективы развития Евровостока в следующем политическом сезоне 30 июня 2005 года.

 

Поскольку тема «Итоги революций» и состояние Евровостока, то первый итог этих революций, это демонстрация их несамостоятельного и не самодостаточного характера. Революции не просто инспирированные частично, но даже в той степени, в которой они вызрели в этих государствах, они не самодостаточны в том плане, что ориентиры этих революций не само национальное государство, а его присоединение к каким-то более крупным международным образованьям. Например, британская революция в свое время была самодостаточной, французская тоже. И русская революция была самодостаточной. Но то, что мы наблюдали на постсоветском пространстве, это не самодостаточная революция. Целью этих революций          было, либо присоединение к Соединенным Штатам в стратегическом отношении, либо к Европейскому союзу в экономическом отношении. И это важнейшая черта этих революций, потому что в этом их главная слабость. Я согласен с г-ном Чачия и с предыдущими ораторами, который говорили, что это не революции классического типа. Успех этих революций зависит от того, состоится ли воссоединение этих национальных государств с более крупными центрами силы, или нет.

Второй момент, важнейшие итоги политического года состоят в том, что как раз вот эта внешняя ориентация так называемых оранжевых революций фактически подвергнута колоссальному сомнению, то есть, ориентация может сохраняться, но результаты нет. Голосование по европейской Конституции показало, что Евросоюз расширяться не хочет, это уже понятно. Были сомнения и раньше, но то, что Конституция европейская отложена на долгий срок, то, что сейчас пытаются вмешаться американцы, поддержать веру Европы в саму себя, это показывает, что и Америка очень обеспокоена, поскольку для Америки расширение Евросоюза, это бесплатный способ расширения зоны своего геополитического влияния.

То есть, платим минимум, получаем максимум. Поэтому американцы, конечно, настаивают на максимальном расширении Европы, но в Европе нарастает антиамериканская волна со времен войны в Ираке, и вы это прекрасно знаете. И голосование против европейской Конституции, это голосование против использования Европы Америкой в своих геополитических целях, это тоже совершенно очевидно. Соответственно, миф о быстром присоединении к Европе Украины, Грузии, и других, потерпел колоссальное поражение. Это вот второй итог этого политического года.

Третий итог этого политического года - нарастание разочарования на Западе в лидерах «оранжевых» революций. Я имею в виду Ющенко и Саакашвили. Нарастание очень заметное. Совершенно очевидно, что появившееся в последнее время сожаление в Германии, во Франции, в Англии, что при Ющенко на Украине то же самое, что при Кучме, но только с другим знаком. Это выражение еще некоторого беспокойства, поскольку проект Ющенко, это не просто демократический проект. Это геополитический проект и, если этот проект провалится, то куда пойдет Украина?

Если провалится проект Саакашвили, то куда пойдет Грузия? Поэтому сейчас уже в Соединенных Штатах начинают готовить людей, которые могут заменить, в крайнем случае, Ющенко или Саакашвили во главе этих республик. Обратите внимание на постоянное нарастание критики этих режимов во влиятельной западной прессе. Обычно так и начинается: сначала пресса, потом общественные организации, потом Совет Европы, а потом уже, так сказать, и правительство. Это тоже очень важный итог этого года, нарастание разочарования на Западе в лидерах «оранжевых» революций, которых до недавнего времени поддерживали безоговорочно и безусловно.

Четвертый момент, государства, в которых произошли так называемые революции, столкнулись, я бы назвал с феноменом неприкаянной зависимости, то есть, они вроде как бы независимые, но они хотят к кому-то присоединиться, к кому-то притулиться, так сказать, к кому-то прислониться. А прислониться сложно, потому что в организационном плане их в Европу не принимают.

Вступление в НАТО? Да, это возможная альтернатива, но здесь вступают в действие внутренние моменты. Например, на Украине за вступление в НАТО пока только 15% населения. Значит, тут тоже есть большие сложности. Да и НАТО тоже не хочет. Возможно, в Европе, во всяком случае, тоже есть силы, которые не хотят, чтобы НАТО расширялось до бесконечности, потому что это превратит организацию в творог, а не в какой-то сжатый кулак. Соответственно, вот эта концепция ухода от России к Соединенным Штатам и Европе, она очень сильна, но выяснились ограничения возможностей этого ухода. То есть, от России отойти можно, но можно ли приблизиться к Евросоюзу и даже к НАТО, это большой вопрос.

Пятый момент – государства, которые обрели независимость с распадом Советского Союза, были достаточно сильны и остаются в настроении в пользу собственной независимости и национального суверенитета. Однако, уходя от России, эти государства уже сразу увидели, что они попадают в другой капкан ограниченного суверенитета, который постоянно находится в кармане у Соединенных Штатов Америки.

И здесь уже приводились примеры с Украиной, и я думаю, что можно привести немало других примеров. Игра Каримова по уходу от России к Соединенным Штатам совершенно очевидно потерпела поражение, это ясно. Приезд Каримова сейчас в Москву подтверждает, что Соединенные Штаты не нуждаются в лидерах старого типа, даже если они готовы играть в какие-то игры с Соединенными Штатами. Американцам нужны лидеры нового типа, которые будут фактически воплощать в себе новую американскую парадигму, а не быть наследием от старых советских времен.

Поэтому, уход от России возможен, но это не означает, что эти правители, эти режимы, эти страны и эти народы, получат какой-то реальный суверенитет, какую-то реальную независимость в рамках других международных структур. Скорее всего, они ее там как раз и потеряют.

Что касается самой России - шестой момент и это крайне важно. Дело в том, что у нас постоянно и на Западе, и в странах СНГ, спрашивают, а вы что, собственно, вы-то чего хотите? Вы какими себя видите? И вот здесь, поскольку от России внятного ответа нет, кроме невнятных рассуждений о демократическом характере новых независимых государств и суверенном характере…это никто не ставит под сомнение, что Россия уважает суверенитет этих стран…но других суждений нет. Но это еще не значит, что тем самым определяется роль России.

Вот недавно Сергей Лавров впервые робко сказал, робко очень, что Россия не должна вступать ни в ЕС, ни в НАТО, а вполне может быть самостоятельным фактором в мировой политике. Я с этой идеей выступал давным-давно, где-то еще с 1998-1999 гг., когда она была совсем непопулярна. Я говорил о том, что Россия должна превратиться в самостоятельный фактор и в самостоятельный центр силы в мировых отношениях, почему? Потому что иначе России просто не будет.

Россию никто не интегрирует, никто не вберет в себя, она слишком велика для ЕС, она уничтожит НАТО, потому что хотя бы она создаст другой центр силы внутри НАТО, противостоящий Америке, и приведет к биополярности внутри НАТО со многими, кстати, европейскими акторами, которые будут играть на этой биополярности - Франция, Греция. Не исключено, что при определенных обстоятельствах и Италия, и Германия, и Испания.

То есть, появятся кандидаты на то, чтобы поставить под сомнение доминирование Америки в НАТО, если туда войдет Россия. Поэтому, исключено вступление России в обозримой перспективе и в ЕС, и в НАТО. Если она не может быть частью, значит, она является объектом, если она является объектом, то каков смысл западной политики в отношении объекта? Ну, та или иная степень геополитического, экономического освоения... Это совершенно всем ясно. В этих условиях все время там стучатся, вот как-то намекают, мы чего-то там хотим с Европейским союзом. Давайте определимся, мы хотим быть партнерами с Европейским союзом.

Но мы не можем вступить в Европейский союз, потому что условием вступления России в Европейский союз фактически, я так думаю, будет целый ряд требований, на которые мы пойти не можем. Практически сейчас негласное требование Европы к России – "отпустите Чечню". Как только мы отпускаем Чечню, начинается развал государства, и это всем понятно. Значит, в итоге, Московская какая-то область может в перспективе вступить в Европейский союз, европейская часть нынешней Российской Федерации… Я считаю, что это концепция неприемлема, а другой концепции нет.

И поэтому нам надо сказать нашим европейским друзьям и американским партнерам, сказать, мы не собираемся ни в НАТО, ни в Европу. Своей историей, своей культурой, своим положением в мире мы предназначены быть либо самостоятельным центром силы, либо мы просто распадемся, как распались очень многие крупные центры силы. Например, империя Александра Македонского, и так далее. Здесь нет альтернатив, и мы должны четко это сказать, это не значит, что Россия как самостоятельный центр силы будет имперским государством, совершенно не обязательно. Империи тоже меняются, есть империи, которые никогда не были империями. Посмотрите на Соединенные Штаты, это империя нового типа, она не была исторической империей, но она, безусловно, является империей по характеру действий и по образу отношений с другими странами.

Мне кажется, что России надо четко определить вот эту свою роль. Это прояснит отношения с нашими соседями, это прояснит отношения с нашими дальними партнерами. Хватит уже бояться собственной тени, и пытаться кого-то задобрить. Что-то там с эстонцами подписывать смешное, так сказать, вот мы хотели подписать вместе политической декларацией договор о границе, а эстонцы сказали, нет. Мы политическую декларацию подписывать не будем, мы сказали, ну во имя дружбы с вами дорогие эстонцы мы подпишем тогда без политической декларации.

В итоге получили вот эту преамбулу и сами теперь, значит, срываем ратификацию. Ну, что это - очень умная политика? Это не умная политика, надо было с самого начала объяснить на каких условиях мы готовы подписывать этот договор. Не хотите на таких условиях господа, давайте вести переговоры, пока не найдем общего подхода. Потому что вот это задабривание, попытка понравиться, вот это смягчение постоянной позиции только ведет к ухудшению отношений, а не к улучшению. Потому что наши партнеры не понимают, из чего мы исходим, чего мы хотим и какими мы себя видим.

Последний момент: эти итоги политического года, о которых я говорил, по-моему, все-таки проясняется само восприятие России. Вот это заявление Лаврова я не считаю случайным. Я думаю, что это ведет к некоему окну возможностей для России и тех друзей России, которые существуют в соседних с нами государствах. Воспользуется ли Россия, и мы все этим окном возможностей, чтобы прояснить наши отношения и понять, что ограничение по отношению к Европе и к евро-атлантическому сообществу, есть не только у России?

Такие ограничения есть и для Украины, и для Грузии, и для других государств. Понять, что мифология оранжевых революций, с одной стороны провалилась, а, с другой стороны, представление о том, что уход от России, это абсолютно позитивный процесс, тоже провалилось. Будет ли это понимание, как далеко оно пойдет, насколько его воспримут? Вот от этого, мне кажется, будет зависеть будущее, так называемого, постсоветского пространства.

Интересные факты:
Загрузка ...














  Европейский форум