Rambler's Top100 Service

On-line конференция с В.Фадеевым: "Экономический суверенитет России - как проблема и как перспектива"

Главный редактор журнала "Эксперт", директор Института общественного проектирования
12 сентября 2005

On - line конференция с главным редактором журнала "Эксперт", директором Института общественного проектирования Валерием Александровичем Фадеевым "Экономический суверенитет России - как проблема и как перспектива"

 

Валерий Фадеев: Добрый день, уважаемые коллеги!

 

Орехова Полина, Воронеж: Добрый день, Валерий Александрович! Спасибо за качественный интересный журнал. Думаю, что проблема экономического суверенитета, точнее, даже геополитического, тесно связана с вопросом самоидентификации нации, который зиждется на извечных спорах "западников" и "азиатов". Может, сначала стоит определиться с идеологической моделью развития страны, а потом вести речь об экономической?

 

Валерий Фадеев: Обсуждение российского суверенитета есть один из важнейших пунктов той идеологической модели, о которой вы говорите. Суверенитет имеет не только хозяйственную составляющую, но и идеологическую. Необходимо разъяснить, что имеется в виду под понятием суверенитета.
Все понимают, что Россия является независимой страной, членом совета безопасности ООН, владеет ядерным оружием и так далее. Надо сказать, что Россия не последняя страна в списке независимых стран мира, однако, далеко не первая. Проще всего объяснить, что такое реальный суверенитет на том определении, который дал суверенитету Карл Шмидт (немецкий философ): "Суверен – тот, кто принимает решения о чрезвычайном положении".
Эта, казалось бы странная формулировка, дает нам ключ к понятию суверенитета.
Возьмем для примера вполне независимую страну - Мексику.
В 90-х годах в этой стране был серьезный экономический кризис. Мексиканское правительство пугало мировое сообщество объявлением дефолта. "Зависло" несколько десятков миллионов долларов, но кто в конце концов реально принял решение об объявлении кризиса и о выходе из него? Вовсе не мексиканское правительство. Решение было принято президентом США Клинтоном в консультации с МВФ и крупными международными инвесторами. Оказалось, что в критической ситуации мексиканское правительство не принимает решения, а значит оно не суверенно. Всего в мире не так много суверенных стран в том смысле, который мы обсуждаем. Всего 7 может быть 10.
Отвечая на следующий вопрос, я попытаюсь объяснить, что суверенитет это не "понты", а насущная инструментальная потребность для нашей страны. Если мы не обретем реального суверенитета, то страна просто не сможет существовать.

 

Сальникова Ирина, Московская обл.: Комментируя социально-экономические инициативы президента, Вы сообщили, что ИНОП совместно с Всероссийской общественной организацией "Деловая Россия" и партией "Единая Россия" принимает активное участие в подготовке государственной экономической доктрины. Какова ее генеральная линия и приоритеты? Что принципиально нового она в себя включает?

 

Валерий Фадеев: Тема суверенитета вплотную соприкасается с экономической доктриной страны.
Что такое экономическая доктрина? Это образ будущего экономического состояния страны, это то, каким мы хотим видеть хозяйство страны через 30-50 лет, это те средства, с помощью которых мы достигнем этого состояния.
Абсолютно ясно, что сегодняшние мощности хозяйства страны недостаточны, чтобы удержать ее единство, недостаточны, чтобы обслуживать огромную территорию - 13 границ. В силу своего географического положения и огромной территории мы вынуждены, даже если не хотим участвовать во всех конфликтах происходящих рядом с нашими границами. А это масса конфликтов: проблемы территорий с Японии, невероятно быстро растущий Китай, Центральная Азия, Афганистан, опасность исламского радикализма в этом регионе, Кавказ, Ирак, Иран, проблемы отношений с быстро растущим Европейским Союзом, постсоветские комплексы Прибалтики... этот перечень вы сами можете продолжить. И участие в решении огромного количества проблем - это вовсе не имперские амбиции России, в сущности – это наш долг. Если мы хотим сохранить Россию хотя бы в ее нынешнем виде, нам придется во всем этом участвовать. Но если мы решим, что в этом нам участвовать не надо, то немедленно начнется замещение России другими силами, и, в первую очередь, не потому, что эти силы - враги России, а потому, что главная задача, которую решают сильнейшие мировые игроки – это достижение стабильности и предсказуемости в мировой политике. Если Россия откажется быть игроком, откажется нести свою долю ответственности за эту долю пространства, то эту ответственность возьмут на себя другие игроки, а Россия из субъекта мировой политики превратиться в объект чужой игры. Это будет означать, что мы потеряем свой суверенитет.
Теперь подробнее об экономической доктрине. Сегодняшний ВВП России составляет 600-700 миллиардов долларов. Это экономической мощности абсолютно недостаточно чтобы решать те задачи, о которых сказано выше. ВВП России должен составлять 2-3 триллиона долларов. Таким образом, известная идея об удвоении ВВП это лишь промежуточная задача, задача ускорения экономического роста, потому что даже удвоив ВВП мы не займем адекватного места в мировой системе. Наша экономическая мощность должна примерно соответствовать Германии или даже Японии. Если мы выйдем на немецкий уровень ВВП, то учитывая другие обстоятельства Россия станет действительно весьма влиятельной страной и в политическом и в экономическом плане. Другие обстоятельства – это колоссальные запасы сырья (30% мировых запасов), вовлеченность в большое число политических процессов, мощная армия с ядерными силами. Как выйти на уровень 2-3 миллиона ВВП? На одном только сырье мы на этот уровень не выйдем. Необходимо развитие внутреннего рынка. Некоторые направления очевидны. Например, жилищное строительство. Учитывая нынешнее состояние жилищного фонда и обеспечения жильем здесь перед нами неограниченные перспективы. Мы должны удержать и развить по крайней мере несколько отраслей промышленности. Конечно, это сырьевые отрасли и отрасли первого передела, такие как металлургия, с ними у нас все в порядке, но обязательно должны быть развиты такие отрасли, как химия, машиностроения, отрасли сопряженные со строительством... Только развив существенно базовые отрасли промышленности, увеличив мощность внутреннего хозяйства, можно рассчитывать на развитие высокотехнологичных отраслей, инновационного хозяйства страны. Пока хозяйство страны имеет целевую ориентацию и у хозяйства нет долгосрочных ясных перспектив разговоры о высоких технологиях останутся высокой мечтой.
Следующий важнейший пункт – финансовая система. О ней позже.

Кошелева Ольга, Оренбургская обл.,: Какую из проводимых в стране реформ вы считаете самой необходимой и продуманной, и какую преждевременной?

 

Валерий Фадеев: Я считаю, что надо, наконец, в какой-то момент остановиться и прекратить бесконечное реформирование страны. Реформирование у нас стало в какой-то момент самоцелью. Интенсивность реформ часто рассматривается, как показатель работы власти. Мне кажется, что надо дать людям возможность отдохнуть от реформ.
Все базовые реформы давно проведены. Мы имеем демократическую политическую систему (другое дело, что она плохо работает). У нас рыночное хозяйство, где уже шесть лет наблюдается экономический рост и так далее.
Надо говорить сейчас не об очередной реформе, а о развитии каких-либо общественных областей или хозяйственных секторов, или о модернизации.
Короткий пример разговора о реформе образования. Разговоров много, но до сих пор никто не сказал, чего мы хотим добиться, желая изменить систему образования в стране.

 

Иорик Александра, Челябинская обл., Информационно-аналитический портал: Не считаете ли вы понятие "экономический суверенитет" своеобразным оксюмороном (сочетание несочетаемого)? Применимо ли это понятие к России? Какие страны мира в наибольшей степени являются экономически суверенными? Как бы вы спрогнозировали ситуацию с назревающим экономическим кризисом в США, в связи с последствиями недавнего урагана?

 

Валерий Фадеев: Самодостаточных в экономическом отношении стран не много: Япония, Китай, в определенной степени Индия. В Европе – Германия, Франция, Великобритания, может быть, Италия, Испания и США. Хорошо смотрятся Канада и Австралия. Под словом "самодостаточный" я имею в виду вполне видимую независимость от внешней экономической среды. Конечно, никто не отменит мировую торговлю, перетекание капитала и глобализацию, но совершенно ясно, что играть самостоятельную роль, а значит проводить самостоятельную политику и достигать своих целей (своих, а не чужих), могут только те страны, зависимость которых от внешней среды не определяет их внутреннюю хозяйственную жизнь. Вспомним пример Мексики.
Относительно недавнего урагана в США. Даже такой мощный ураган не может вызвать экономический кризис в этой стране. Однако кризис весьма вероятен, но по другим причинам.
США сейчас находятся в периоде экономической стагнации. Этот период часть "длинной волны Кондратьева" и длится он обычно 10 лет. Это очень важный период, когда принимаются стратегические решения о том, какие продукты, какие отрасли станут доминировать в последующие 20-30 лет экономического развития. Пока такие решения не приняты. А значит, непродолжительные подъемы будут чередоваться с экономическими спадами. Эти решения не могут быть приняты властью или интеллектуалами. Это сложнейший процесс выработки решений, в котором принимает участие весьма широкие слои элиты.

 

Гришунина Наталья, Респ. Мордовия, Известия Мордовии: Считаете ли Вы реальным, что при реализации какой бы то ни было экономической доктрины бизнесмены и руководители предприятий будут учитывать интересы прежде всего России, а уж потом свою реальную выгоду? И возможно ли совпадение этих позиций? Спасибо.

 

Валерий Фадеев: Тема суверенитета предполагает совпадения этих позиций. Хотя принято говорить, что капитал не имеет границ и национальностей, это неправда. Любому бизнесу, а особенно крупному, чрезвычайно важно иметь базу – собственную страну, которая имела бы возможность и силы отстаивать их интересы. Поэтому в идеале реальная выгода бизнеса и России весьма близки. В то же время, ожидать от бизнеса какой-либо беспредельной ответственности и патриотизма не следует. Они просто люди...

 

Борисов Юрий, Владимирская обл., Еженедельник: Валерий Александрович, если бы Вас назначили премьер-министором России и попросили обозначить приоритеты на ближайшие пять лет, чтобы вы назвали?

 

Валерий Фадеев: Меня не назначат премьер-министром России... К счастью.

 

Вдовина Юлия, Нижегородская обл., ООО ТК: Последние пятнадцать лет в России происходит смена строя. В процессе перехода к капиталистическому строю капитал, а значит и власть, периодически оказывается то в одних, то в других руках (группировки разной направленности, олигархи). Насколько сегодня, когда борьба за капитал достигла своего апогея, вообще возможно создание экономического суверенитета?

 

Валерий Фадеев: Возможно, вы затронули важнейший вопрос. Пока элита страны не договорится о тех ценностях, которые она разделяет, и о тех целях, которые должны быть у страны, не будет никакого суверенитета и развития. Это хорошо понимают и в Кремле. Об этом говорил глава Администрации Президента Медведев в интервью журналу "Эксперт" в апреле этого года.

 

Куприн Александр, Челябинская обл.,: Здравствуйте Валерий Александрович. В ходе весенней Ассамблеи проекта "Медиакратия в Екатеринбурге, вы говорили о необходимости формирования ценностей, которые послужат основой для строительства сильного и демократического государства. А как быть с теми ценностями, которые уже есть у россиян? Может быть просто дать людям возможность жить согласно их устремлениям, а не навязывать что-то извне? Все-таки наш народ как-то живет уже не одну сотню лет.

 

Валерий Фадеев: Здравствуйте, Александр. Во-первых, наш народ по-разному живет не одну сотню лет. И периоды жизни страны сменялись попросту катастрофами.
Во-вторых, если попытаться навязать ценности извне, то это неминуемо приведет к новой катастрофе.
Речь как раз и идет о том, чтобы на основе наших собственных ценностей построить это самое сильное демократическое государство.

 

Ирина Опиканец, г. Киров, КГТРК Вятка: Укрепить позиции в конкурентной глобальной экономике сегодня сложно. Как, на Ваш взгляд, Россия и российский бизнес могут упрочить свои позиции в этой сфере? Сегодняшняя ситуация в этом плане таит в себе много неясного. Какие возможности (часто не всегда заметные и очевидные) заключены в современной ситуации, и каким образом можно их использовать для подготовки к полномасштабной конкуренции в связи с вхождением в ВТО?

 

Валерий Фадеев: Главное наше конкурентное преимущество сегодня - это огромные сырьевые ресурсы. Часто говорят, что это порок российской экономики, что стыдно продавать сырье, что другие "правильные" страны продают высоко технологичную продукцию. Несомненно, продавать автомобили лучше, чем продавать нефть или газ. Но для того, чтобы двигаться вперед, нужно использовать любые преимущества, а не мечты. Скажем, известная концепция "Россия – энергетическая сверхдержава", на мой взгляд, весьма продуктивна. Если понимать под этой концепцией развитие всех сопряженных с добычей энергоресурсов отраслей промышленности. Скажем, энергомашиностроение, весьма мощная и емкая в части инноваций отрасль, или глубокая переработка нефти, или современные методы добычи угля, или эффективная с минимальными потерями передача энергии на дальние расстояния. Здесь масса интересных задач. Как я уже говорил, нам следует выработать линию других отраслей промышленности с высокой стоимостью на основе уже сейчас имеющихся конкурентных преимуществ.
Вхождение в ВТО не является существенным фактором для нас. Это организация, в сущности решила те задачи, которые на нее были возложены крупнейшими развитыми странами мира, а задачи эти заключались в создании новой системы управления мирохозяйственной системой. В сущности, ВТО умирающая организация, и никакое ВТО не спасет Европу от экспансии китайских товаров.
На мой взгляд, единственный важный пункт для нас, связанный со вступлением в ВТО, это сохранение возможности построить независимую мощную финансовую систему. Ни в коем случае мы не должны сдать наши финансы внешним игрокам.

 

Якуба Александр, Курская обл., газета: Не кажется ли вам, что единственный путь повышения капитализации и финансовой мощи российской банковской системы - это создание государством нескольких супербанков (по типу Внешторга)? Хватит ли у частных банков ресурсов для превращения в игроков, способных на равных конкурировать с западными монстрами?

 

Валерий Фадеев: Вы совершенно правы, когда говорите, что без по-настоящему мощных банков невозможно конкурировать с Западом. Добавлю, и с Китаем. Если вы посмотрите списки крупнейших компаний развитых стран, то лидируют в них компании финансового сектора. Похоже, придется согласиться с вашей идеей – создания нескольких супербанков именно государством. Потому что у нас нет времени ждать, когда эти банки достигнут надлежащей мощности в ходе естественного развития.

 

Ковтуненко Елена , г. Санкт-Петебург, радиостанция: В одном из номеров Вашего журнала нашла результаты исследования на тему как "устроено российское общество" с подзаголовком "Социальный лифт: двери открываются". Материл показался очень убедительным. А вот коллеги из Русского "News week" вскоре написали о том, что эти самые "социальные лифты" в России в последние годы работают очень плохо, и молодым в нашей стране сейчас гораздо тяжелее "выбиться", чем, скажем в 90-е (и отсюда, дескать, потенциальная наша "оранжевость" и обращенность на Запад, где эти лифты работают). Согласны ли вы с этим мнением? И можете ли дать пару советов, как (не считая получения образования) молодым быстрее подняться на российском "социальном лифте" и путем личного успеха укрепить экономический суверенитет страны?

 

Валерий Фадеев: Согласен с вами – молодым сейчас "выбиться" тяжелее, чем в 90-е годы. Однако это абсолютно естественный процесс. 90-е годы были фактически революционным периодом в жизни страны. Не помню, кто сказал, что "революция – это 100 тысяч новых вакансий".
Когда ситуация стабилизировалась, конечно, двигаться вверх стало труднее, но на мой взгляд, это скорее свидетельствует о позитивных изменениях - в стране достигнута стабильность.
А вот с коллегами из русского "News Week" не согласен. Не буду сейчас здесь спорить с ними содержательно. Скажу только, что разница нашей оценки и их оценки всегда будет. Она определяется не исследованиями, какими-то конкретными данными, а она определяется ментальной разницей оценки ситуации в России. По большому счету, наши коллеги не верят в возможность быстрого развития страны. Они не верят в свободного российского человека. Они не верят, что в России, в конце концов, будет и эффективная демократия, и мощная экономика. Им было бы гораздо веселее, если бы действительно произошла какая-нибудь "оранжевая революция". Это огромная проблема весьма широкого слоя российской журналистики, это чрезвычайно мешает консолидации российской элиты.

 

Ратошнюк Олеся, Челябинская обл.: Не считаете ли вы что протекционистские меры, а именно, таможенные пошлины и иные барьеры для импорта, так необходимые сейчас нашей экономике, все же скорее расслабляют нашу промышленность, и товары не могут конкурировать. Какой выход здесь есть, как сделать конкурентоспособными товары отечественного производства?

 

Валерий Фадеев: Таможенная политика весьма тонкий инструмент. Несомненно, весьма высокие барьеры могут расслабить нашу промышленность. Но есть и другая сторона.
Хочу напомнить, что в значительной степени мы живем сейчас более или менее благополучно вследствие правильно проводимой российским правительством таможенной политики еще в конце XIX века. Российская нефтяная промышленность и нефтепереработка были чрезвычайно развиты в то время на основе идей таможенной политики, продвинутых Д.Менделеевым. Тогда речь шла о барьерах на пути американского керосина в России. Эти барьеры позволили развить отечественную нефтепереработку и всего лет через 20 все европейские города освещались российским керосином, а не американским. Заложенные тогда традиции дали возможность освоить и Западную Сибирь уже в советские годы.

 

Калинина Анна, Калужская обл., ТРК: Валерий Александрович, как на ваш взгляд, стоит ли сегодня субъектам РФ формировать внутрирегиональное производство таким образом, что бы создать и сохранить свой, хотя бы относительный, экономический суверенитет? Или для нашей страны будет перспективнее иметь единую производственную сферу, по образу и подобию советской? Спасибо.

 

Валерий Фадеев: Никакого экономического суверенитета субъектов России допустить нельзя.

 

Василий Королев, г. Кемерово: Как Вы оцениваете ближайшие переспективы экономического развития российских "окраинных земель" (прежде всего Сибири и Дальнего Востока)? Что для них ныне реальнее: существование в роли сырьевого придатка или все-таки превращение в самодостаточный экономический организм?

 

Валерий Фадеев: Ваши противопоставления не вполне правильны. Подъем экономики Сибири возможно исключительно на основе развития сырьевых месторождений. Но следующим шагом должно стать развитие и других отраслей. Несомненно, Сибирь должна стать в экономическом отношении диверсифицированной. Смотрите предыдущие ответы: мы не достигнем нужной нам экономической мощности на одном только сырье.

 

Семененко Татьяна, г. Оренбург: Стараюсь регулярно читать "Эксперт", но, к сожалению, не встречала аналитических материалов, которые освещают экономику северо-кавказских республик, в частности, Чечни. Почему редко появляются материалы об этом?

 

Валерий Фадеев: Учту ваше замечание. Исправлюсь.

 

Смазнов Роман, Тверская обл., газета: Экономика государства может в значительной степени подпитываться зарубежными инвестициями в производственную базу. Потенциально и отечественный капитал готов кредитовать российскую промышленность и сельское хозяйство. Средства имеются. Но руководители предприятий буквально стонут: кредит под модернизацию производства - слишком дорогое удовольствие. Фактическое отсутствие "длинных" денег не дает развиваться реальному сектору. Как, на Ваш взгляд, можно сделать отечественный капитал более доступным?

 

Валерий Фадеев: Доступность кредита и "длинных" денег достигается путем развития финансовой системы, о чем мы говорили ранее.

 

Садрыев Азат , Респ. Башкортостан,: Добрый день, Валерий Александрович! Сегодня часто приходится слышать о том, что малый бизнес в России до сих пор нуждается в поддержке правительства. Как Вы считаете, так ли это, и какие ниши малого бизнеса у нас пока пустуют? Спасибо.

 

Валерий Фадеев: Добрый день! Во-первых, считаю, что плач по малому бизнесу неуместен. Это довольно развитый сектор экономики. Во-вторых, возможно, государство должно поддерживать средние компании, те, которые в будущем станут крупными, создавать условия для развития средних компаний, потому что в мире почти всегда значительную часть спроса на малый бизнес предъявляют именно средние компании. Чем мощнее в России будут эти самые средние компании, тем больше возможностей будет у малого бизнеса.
В третьих, главным направлением считаю развитие инновационного бизнеса. Здесь возможна любая поддержка государства вплоть до отмены налогов.
Инновационная сфера – то, что мы должны удержать в любом случае. Если мы не встроимся со своими инновациями в следующую волну экономического мирового развития, то, как технологическая держава Россия исчезнет навсегда.

 

Гуцал Евгений, Свердловская обл., ТК: Валерий Александрович, действительно ли в России есть элиты, способные защитить экономический суверенитет России? Кто входит в эти элиты? Насколько такие элиты привлекательны для тех, кто инвестирует в нашу экономику. И прокомментируйте, пожалуйста, анекдот последней "Комсомолки" - про то, что российская экономика - страшная вещь, в неё боится вкладывать даже российское правительство. Спасибо.

 

Валерий Фадеев: Очевидно, что в России есть и крупные предприниматели, которые понимают, что экономический суверенитет им лично выгоден. Я думаю, среди так называемых олигархов, а на самом деле они давно уже никакие не олигархи, лучше использовать более нейтральный термин "магнат", почти все понимают эту идею.
Что касается российского правительства, то его действия в некотором смысле анекдотичны. Действительно, финансовые резервы Центрального банка, а это около 150 миллиардов долларов, и средства Стабилизационного фонда вкладывают в значительной степени в ценные бумаги американского правительства. Тем самым мы оказываем поддержку экономике США, компенсируя их бюджетный дефицит. Выглядит все это довольно глупо. В частности, поэтому нам позарез нужна экономическая доктрина, в которой не было бы глупостей вроде того, что нефтяные деньги "незаработанные, лишние, вредные", а также песен про идиотскую "голландскую болезнь".
Если кто-то из участников нашей пресс-конференции считает, что у него когда-то были лишние деньги, пусть сообщит.

 

Василий Королев, г. Кемерово: Что реально даст для экономики России ее предполагаемый Союз с Белорусией? Это взаимовыгодная сделка?

 

Валерий Фадеев: Если ставить во главу угла экономической доктрины понятие мощности экономики страны, то любые союзы с соседями нам выгодны. Это попросту нас усиливает.
Также не надо забывать о военном аспекте предполагаемого союза.
Но, к сожалению, этот союз зависит не только от российской власти. И не только, как принято думать, от президента Лукашенко. Белорусская элита сама еще толком не определилась с формой союза. И мы недостаточно серьезно думаем над тем, какие выгоды получит белорусская элита от данного союза.

 

Светлана Верещага, Екатеринбург: Валерий Александрович, что нужно делать со Стабилизационным фондом и как рационально потратить эти средства?

 

Валерий Фадеев: Светлана, нам нужны большие инвестиционные проекты.
Например, о необходимости построить магистраль от западных границ до Владивостока, я слышал не только от левых политиков типа Глазьева. Недавно я обсуждал эту тему с одним из финансовых воротил мира. Они тоже ждут от нас серьезных больших деяний. И на этом фоне разговоры об опасности инфляции, опять-таки о незаработанных деньгах, выглядят безответственной глупостью.
На слуху пока только один большой проект: достройка Богучанской ГЭС в Красноярском крае и освоение района вокруг нее. Этот проект тянет на пять миллиардов долларов, из которых два готов вложить частный бизнес (Олег Дерипаска), а три должно внести государство. Таких проектов должно быть много, а их инвестиционная емкость должна составлять десятки миллиардов долларов.

 

Новиков Даниил, Псковская обл., Газета: Валерий Александрович, почему, на ваш взгляд, за 15 лет реформ наши экономические специалисты в высших эшелонах власти так и не смогли создать конкурентоспособную финансовую систему? Проблема в постоянной смене состава правительства или недостатке каких-либо финансовых институтов и инструментов?

 

Валерий Фадеев: Этому есть две причины. Одна объективная. Для подобного рода проектов требуется очень много времени, даже для понимания необходимости такого рода проектов требуются годы. Вторая причина, субъективная – мало кто во власти осознает необходимость создания финансовой системы. К сожалению, очень многие указывают, например, на Польшу или Чехию, говорят: "Ведь в этих странах нет собственной финансовой системы, а население живет вполне прилично". Обсуждая ранее тему суверенитета, я объяснял, что Россия при всем желании не сможет стать такой страной, как Польша или Чехия. А те, кто ставит эти страны нам в пример, некомпетентны и безответственны. К сожалению, в правительстве таких людей много.

 

Горбунова Екатерина, Курган: По словам Владимира Путина, жилье должно быть доступно для граждан России, однако не секрет, что позволить себе купить квартиру может далеко не каждый. Как вы считаете, когда жилищная программа, заявленная правительством, начнет эффективно работать и исчезнет дефицит квадратных площадей? Как известно, Владимир Путин говорил о реализации её до 2007 г., насколько это реально?

 

Валерий Фадеев: Предложение Владимира Путина по жилищной программе, на мой взгляд - намеки на то, какой эта программа должна быть.
Приведу в пример Германию после Второй мировой войны. Там было разрушено четверть жилищного фонда, немцам негде было жить. Государство действовало весьма энергично. Кредиты на строительство жилья субсидировались или даже предоставлялись бесплатно. Прибыль предприятий, направляемая на строительство жилья, освобождалась от налогов. Государственные расходы на поддержку жилищной программы составляли 5% государственного бюджета. Если взять ситуацию в Германии за аналог, то государство должно поддерживать этот сектор на сумму 200 миллиардов рублей в год. Напомню, что все инициативы В.Путина потянули на 100 миллиардов рублей. Если мы будем действовать, как немцы, то ежегодный ввод жилья возрастет с нынешних 30 миллионов квадратных метров до 150-200 миллионов квадратных метров. Вот тот масштаб целей, к которому мы должны стремиться.

 

Кошелева Ольга, Оренбургская обл.,: Как вы оцениваете изменение межбюджетных отношений в пользу федерального Центра?

 

Валерий Фадеев: Оцениваю плохо. И идея пересмотра пропорций распределения денег между федеральным Центром и регионами назрела. В определенном смысле слишком большая доля федерального Центра - это атавизм политики выстраивания единства страны. Однако тенденция на автономизацию регионов, на раздирание страны давно преодолена, а деньги из регионов продолжают выкачивать. Необходимо развернуть тенденцию в другую сторону и добиваться того соотношения, который заложен в Бюджетном кодексе: 50% - центру, 50% - регионам.

 

Валерий Фадеев: До свидания!

Источник: www.mediacratia.ru

Загружается, подождите...
0